ИВАН БОРОДУЛИН

разведка

Когда мы, обшарив незнакомый чердак и набив себе синяков, вылезли через слуховое окно на крышу, Иван уже боролся с каким-то человеком. Оказалось, что Ео-гатырь поднялся по наружной лестнице на крышу этого восьмиэтажного дома и застал сигнальщика на месте преступления. В те тяжелые для Москвы дни сущестзо-гсл приказ без суда и следствия уничтожать на месте всех диверсантов, наводчиков самолегоз и всю прочую фашистскую тварь. Не раздумывая, Иван сбросил с кры­ши дико заоравшего сигнальщика.

В другой раз Богатырь

отличился, когда вея в Москве наблюдение за каким-то неизвестным типом. Неожидан­но тип сел в поезд дальнего следования. Иван тут же полез за ним и ехал трое суток. Уже где-то за Уралом он сдал своего подопечного под наблюдение работни­ков госбезопасности. Вернувшись в Москву, Богатырэ получил благодарность в приказе начальника училища.

И вот теперь мой старый товарищ напомнил о себе. В тот же вечер я настрочил Богатырю длинное письмо, еовсю расхваливая свое житье-бытье в армейской ра –ведке. Через неделю пришел ответ. Иван намекал на кс-кую-то загадочную операцию в крымских плавнях и со­общал, что будет рад, если увидит меня в этом деле ря­

127

дом с собой. Разумеется, я тут же дал согласие, так как знал: где Богатырь, там по-настоящему интересное дело.

Примерно в середине декабря меня и Сергея Власо­ва неожиданно вызвали в штаб полка и передали приказ штаба дивизии — приготовиться с вещами к отправке в Москву. Мы догадались, в чем дело, и не знаю, чего больше было у нас на душе: радости или огорчения. Ра­довало то, что снова увидим Москву, старого друга, что будем участвовать в важной операции. Огорчало расставание с ребятами взвода, к которым привыкли, как можно привыкнуть только на войне.

Позвонили в первый батальон девчатам снайперам и устроили прощальный ужин. Расставание стало трога­тельным и тяжелым. В голове все время стоял вопрос: «Свидимся ли еще?» Саша Плугова откровенно всплак­нула. Больше всего был огорчен Ваня Ромахин, все вре­мя спрашивал, нельзя ли ему с нами, но поняв, что нель­зя, загрустил и умолк. Словом, веселых проводов, как мы ни старались, так и не получилось.

На другой день полуторка довезла нас на аэродром, а оттуда на «Дугласе» мы прилетели в Москву. Нас никто не встретил.

Мы сели в электричку и прибыли в главную военную комендатуру столицы.

Предъявив документы, получили точный адрес поле­вой почты, куда нам следовало явиться.

Мы поселились в маленькой гостинице на юго-западе Москвы. Разыскивать кого-либо и тем более называть фамилии нам запретили. Не полагалось заводить зна­комства, и вообще следовало вести себя так, чтобы не вызывать ни малейших подозрений, Выходить из гостиницы без специального на то разрешения тоже.

PAGE128

запрещалось, и мы, проторчав е комнате целый день, совсем было заскучали. Но к вечеру настроение под­нялось: приехал Иван Богатырь.

Энергичный, подвиж­ный, веселый, он вошел к нам в номер совершенно не­ожиданно, не постучав. Распахнув двери, сразу с порога закричал:

— Ах вы, бродяги северные, привыкли там на краю земли филонить и тут хотите отсидеться? Не оыйдет! Не затем я по начальству бегал, чтоб вы тут сидели!

Иван подошел, обнял нас обоих сразу, а потом долго мял поочередно, то будто бы любуясь нашим видом, то изучая.

Наконец восторги, вызванные встречей, улеглись, и мы разговорились.

Рассказали Богатырю, чем мы занимались все это вре­мя, как воевали в Заполярье.

Иван объявил, что завидует нам.

— Вы там — худо-бедно, но немчуру бьете, — хмуро сказал он, — а я вот всяких заданий выполнил много, но пока еще не убил ни одного немца.

— А что, не приходилось встречаться?— поинтере­совался Сергей.

— Да нет, встречался, даже ходил между ними, но стрелять — не стрелял.

В тот первый вечер нашей встречи мы просидели еще долго. Иван рассказал, что операция, на которую он при­глашал нас, уже проведена — в Крыму, в районе Анапы успешно действует наш общий знакомый лейтенант За-дорожный.

— Но вы не расстраивайтесь, — бодро заявил Бога­тырь,— для нас есть еще одно деликатное дельце чуть поближе Крыма. Да и ну его к дьяволу, этот Крым,— все равно там сейчас не купальный сезон.

5 Мы– разведка

119

Но зря Иван пытался отшутиться. Мы-то отлично ви­дели, что он очень переживает, обижен, что в Крыму обошлись без него.

Прощаясь, Иван сказал, что завтра утром он заедет за нами и отведет к шефу, фамилию которого нам знать не обязательно.

Провожать гостей тоже не полагалось, и мы с Сер­геем терзались сомнениями. На другой день утром мы все трое были в штабе центра партизанского движения.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

«ЗАДАНИЕ — УКРАСТЬ ПОЛКОВНИКА!»

Дежурный офицер, сидевший в приемной, выслушал Богатыря и вскоре провел нас в кабинет, где навстречу мам поднялся из-за стола седой полковник. Совсем не по-военному, жестом указав на кресла, он пригласил

< есть. Глаза его смотрели тепло, внимательно и чуточку изучающе. Тут же в довольно просторном кабинете, по­мимо стола, четырех кресел и нескольких стульев вдоль – гены, стояла за полураздвинутой ширмой раскладушка, накрытая шинелью. Полковник заговорил мягким, при­ятным голосом. Спросил, где и когда мы родились, где учились, когда вступили в комсомол, где и как воевали.