Итоги № 37 (2013)

Итоги Итоги Журнал

Москва по сути пытается взять реванш за отступление России на Ближнем Востоке в последние десятилетия. Дело не в защите лично Асада. Москве надо доказать, что ее влияние в регионе не меньше, чем у какого-нибудь Катара — это во-первых. А во-вторых, Москвой движут прагматические цели, противоположные американским. России, испытывающей ныне все прелести мирового экономического кризиса, невыгоден ни однополярный мир Pax America, ни даже биполярный. Отечественная экономика очень слаба, неконкурентна и страшно нефтезависима. Именно потому нам выгоден гибкий миропорядок, где бы музыку заказывали несколько влиятельных государств с разнонаправленными интересами, с каждым из которых можно было бы отдельно договариваться. Именно в такой ситуации Россия имеет возможность свободно распоряжаться своим заветным

«нефтяным ключиком». Но так вышло, что и российский ключик, и американский оказались под ковриком двери, ведущей в президентские апартаменты Башара Асада.

Сулейманово решение / Политика и экономика / Профиль

Сулейманово решение

/ Политика и экономика / Профиль

Сулейман Керимов: от полезных активов до вредных калийных солей

«Ничто не вечно под луной», — гласит восточная мудрость. Особенно благополучие финансовых империй. Причем неприятности у их основателей всегда возникают по одному и тому же поводу — когда та или иная акула капитализма намеревается проглотить слишком крупную добычу. Сулейман Керимов — акула. И это безусловный комплимент. Его филигранные сделки по дружественному и не очень поглощению активов с последующей перепродажей оных — это классика жанра, которая, несомненно, войдет в учебники M&A. Осечек не было — добыча всегда выбиралась стоящая, пережевывалась аккуратно, переваривалась тщательно. Циники из бизнес-тусовки зубоскалят, что на этот раз Сулейман Абусаидович решил поглотить целую Белоруссию. И это не фигура речи: «Беларуськалий» — самая драгоценная жемчужина в короне батьки. Как случилось, что Керимов, этот везунчик, этот утонченный ценитель женской красоты, мощных спорткаров и хорошего футбола, вошел в контры с «последним диктатором Европы»?

Его карьера

Родился наш герой в древнем Дербенте в образцовой советской семье: отец — сотрудник угрозыска, мама — бухгалтер в сберкассе. Одна беда: в Дагестане и тогда все решали кровные узы. Будучи лезгином по национальности, юный Сулейман не имел шансов высоко взлететь в родной республике. Для этого надо было родиться аварцем или даргинцем. Зато от отца он унаследовал смелость и упорство, а от матери — математический склад ума.

Окончив с отличием школу, Сулейман решил стать инженером-строителем, но после первого курса института его призвали в армию. Покомандовав в звании старшего сержанта расчетом ракетчиков, будущий бизнесмен задумался о дипломе экономиста. Понятно, что в данном случае интересовала его не корочка, а реальная возможность войти в истеблишмент, обзавестись правильными связями. Как говорят знающие люди, уже тогда будущий предприниматель понял, что главное его богатство — это друзья. Он и сегодня, говорят, управляет бизнесом исключительно через людей, которым полностью доверяет. Просто поменялись интерьеры: раньше это была общага Дагестанского госуниверситета, сейчас — роскошный салон океанской яхты Ice и частного самолета Boeing Business Jet 737-700.

В личной жизни у Сулеймана Керимова тоже было все правильно. Во время учебы в университете он женился на однокурснице, оказавшейся дочерью

влиятельного партийного функционера. Говорят, что тесть помог Керимову устроиться экономистом на одно из самых известных предприятий Советского Союза — завод «Эльтав», который выпускал транзисторы, микросхемы, телевизоры и прочую электронику. Всего лишь за шесть лет наш герой из стажера превратился в помощника директора одного из системообразующих предприятий Дагестана. После развала СССР контрагенты завода оказались в разных странах, и, чтобы было проще вести взаиморасчеты, был создан Федеральный промышленный банк. Вскоре Сулейман Керимов переезжает в Москву, где становится представителем «Эльтава» в этом кредитном учреждении.

На дворе гремели лихие 90-е, самый бум банковского бизнеса, а Федпромбанк занимается не пойми чем. Сулейман Керимов принялся расширять его деятельность, как говорят, опираясь на земляческие отношения с бывшим секретарем дагестанского обкома КПСС Магомедтагиром Абдулбасировым, обосновавшимся в Минсельхозе. Разоряющиеся предприятия электронной промышленности стали выходить из капитала Федпромбанка, а Керимов скупал их доли. Уже к 1996 году он владел контрольным пакетом в банке. Куда двигаться дальше? И тут наш герой принимает стратегическое решение: не бодаться с прочими олигархами за государственные активы на залоговых аукционах, а тихо зарабатывать на вторичке. Схема сработала на все сто. Сулейман Керимов стал асом на рынке «подержанных» бизнес-активов.

Его бизнес

В 1995 году он становится заместителем гендиректора компании «Союз-финанс», которая в том числе работала на авиационном рынке. В 1997 году бизнесмен выкупил контрольный пакет «Внуковских авиалиний». Но гражданская авиация тогда переживала свои худшие времена, и выгодно перепродать актив не получилось. Керимов от него избавился уже через год.

Другое дело — «Нафта Москва». Это детище Керимова остается с ним и по сей день как талисман его инвестиционного успеха. Некогда крупный советский нефтетрейдер (тогда он назывался «Союзнефтеэкспорт») к концу девяностых был вытеснен на обочину. Вот Керимов в 1999 году и решил прикупить 55 процентов акций этой компании за «смешные» 50 миллионов долларов. В начале 2000-х активы «Нафты» принесли ему аж 300 миллионов долларов.

Почти все лихие 90-е Керимов искусно лавировал, не ввязываясь в олигархические войны. Усвоил он и еще один важный урок: хочешь играть по-крупному — иди в политику. Сдружившись с Жириновским, Керимов в 1999 году избирается в Госдуму от ЛДПР.

Если в 90-е про Сулеймана Керимова коллеги говорили только хорошее, то в нулевые он перешел дорогу, наверное, половине бизнес-тусовки. За «Варьеганнефтегаз» боролся с группой «Альянс», которую контролировала чеченская семья Бажаевых. Получив актив, через год продал компанию Михаилу Гуцериеву. Годом позже заходил в Автобанк и «Ингосстрах», принадлежащие бизнесмену Андрею Андрееву. В данном случае он действовал в союзе с Романом Абрамовичем и Олегом Дерипаской. Андреев утверждал, что на него оказывали давление и чуть ли не шантажировали ради заключения сделки.

Лихая история вышла со строительно-промышленной корпорацией «Развитие». Ее владелец Александр Воронин лично наблюдал уже редкую для начала нулевых картину, как полтораста молодцев с бейсбольными битами штурмовали его офис. Потом там прошли обыски. А спустя какое-то время выяснилось, что у компании новый хозяин — Сулейман Керимов. Был ли наш герой причастен к «предпродажной подготовке» — свидетельств тому нет. Тем более что гендиректор злополучной корпорации Владимир Кузнецов все свои претензии вскоре отозвал. За «Развитие» Керимов заплатил 100 миллионов долларов, а продал — за 300 миллионов. Олегу Дерипаске, причем спустя всего несколько месяцев.

Все заработанные деньги Керимов начал вкладывать в миноритарные пакеты акций Сбербанка и «Газпрома», в крупные девелоперские проекты, вроде «Рублево-Архангельского», в «Полиметалл», «телекомы» и прочие крупные публичные компании. В бизнес-среде его воспринимали как санитара: он скупал не очень качественные или ненадежные активы, санировал, грамотно проводил их предпродажную подготовку, после чего с выгодой продавал. Трудный, но прибыльный вид бизнеса, который пришел к нам с Запада...

Его риски