Итоги № 37 (2013)
Шрифт:
По официальным данным все той же ООН, сегодня в Ливане находится более 700 тысяч сирийских беженцев. Половина из них — дети. Беженцы уже составили 18 процентов населения страны. Притом, как говорит официальный представитель Управления Верховного комиссара ООН по вопросам беженцев Дана Сулейман, речь идет только о вынужденных переселенцах, зарегистрированных в лагерях. То есть на самом деле их гораздо больше. Действительно, если приглядеться, то обнаружить беженцев в Ливане сегодня можно практически повсюду. Они поселились под мостами в Бейруте, живут в гаражах, заброшенных цехах, в палатках. Из уст ливанских властей все чаще звучит термин «гуманитарная катастрофа». В Бейруте «Итоги» попытались получить комментарий по поводу ситуации у представителей местного министерства труда, но получили отказ. Однако на условиях анонимности
Гуманитарная катастрофа вовсе не локализована границами Ливана. По данным ООН, к концу августа 110 тысяч сирийцев нашли приют в Египте, 168 тысяч — в Ираке, 460 тысяч — в Турции, 515 тысяч — в Иордании. По словам Даны Сулейман, столь масштабных потоков беженцев, нарастающих с такой ужасающей скоростью, мир не наблюдал давно.
Есть и еще один аспект — сирийские беженцы обосновались в соседних странах всерьез и надолго, и дело даже не в том, что их дома разрушены. Репрессии в отношении мирных жителей, бессудные казни и похищения людей вынуждают беженцев не просто дожидаться прекращения боевых действий, а ждать именно развязки ситуации, чтобы каждый мог принять решение — возвращаться ему или нет. Поскольку часть беженцев поддерживает оппозицию, а часть — Башара Асада, люди предполагают, и не без оснований, что в случае победы тех или других они подвергнутся преследованию и репрессиям. Это означает, что даже без военной агрессии извне число беженцев будет лишь увеличиваться, угрожая стабильности соседних стран.
«Скорее бы все закончилось» — эту фразу говорили все обитатели лагеря, с которыми удалось пообщаться. И лишь, наверное, Халид вкладывал в нее нечто большее, чем просто желание скорейшего окончания войны. «Через два месяца начнет холодать, пойдут дожди, все начнут болеть. Вы когда нибудь слышали, как задыхаются от кашля десять — двенадцать детей одновременно?» — говорит он.
...Мы покидали лагерь сирийских беженцев, когда уже стемнело. Ночной воздух полнился живыми звуками: откуда-то доносился приглушенный смех, откуда-то — детские всхлипы. А из ближайшей палатки неспешно струилась певучая арабская речь, как будто кто-то усердно и страстно молился. О чем, вы спросите? Странный вопрос...
Бейрут — Москва
Дамасская жесть / Политика и экономика / Вокруг России
Дамасская жесть
/ Политика и экономика / Вокруг России
Кто они, самые азартные и рисковые игроки в «сирийскую рулетку»?
Идея передачи сирийского химического оружия под международный контроль, выдвинутая Россией, отсрочила военную операцию США против режима Башара Асада, но не отменила ее. Прежде всего потому, что в «маленькой, но победоносной войне» прямо или косвенно заинтересованы как отдельные государства, так и мощные финансово-промышленные группы, действующие на глобальном рынке. Кто они, наиболее азартные игроки этой «ближневосточной рулетки»? Сколько фишек стоит на кону?
Ковбой
Под номером первым — американский сенатор от штата Аризона республиканец Джон Маккейн. Многие эксперты называют именно
Маккейн по сути является PR-агентом сирийской оппозиции в американском истеблишменте. К примеру, невзирая на любые «вещдоки», он с пеной у рта отвергает обвинения в связях сирийских боевиков с «Аль-Каидой», говоря, что запросто может отличить друзей от врагов. Обама относится совсем к другому лагерю. Неудивительно, что он явно саботирует процесс бомбометания, хватаясь за соломинку дипломатических решений. Проблема в том, что президент США — «хромая утка». Ему больше не идти на выборы. С одной стороны, борись за мир в свое удовольствие, оправдывая свою Нобелевскую премию. Но партийные интересы диктуют иную логику. Если президент проявит мягкотелость в глазах «ястребов», у следующего претендента на Белый дом от Демократической партии шансов на победу не будет. А значит, и бизнес, традиционно поддерживающий демократов, окажется на обочине.
Кроме того, для войны имеются твердые экономические резоны. Как полагает президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский, Запад — это «собака, которой вертит хвост». Иными словами, в обмен на нефть монархии Персидского залива требуют от «вашингтонского обкома» и его союзников соответствующего «админресурса» — от дипломатов до канонерок.
Для Джона Маккейна, яркого представителя американского нефтяного лобби, критически важной является геополитическая задача — контроль за ценами на углеводороды. Контроль подразумевает, что США будут иметь возможность в том числе с помощью «Томагавков» в любой момент снизить или повысить мировые цены на нефть.
С одной стороны, американский бизнес заинтересован в их повышении — это делает рентабельной сланцевую добычу. С другой — Запад в целом и крупнейшие транснациональные корпорации в частности страдают от слишком высокой цены черного золота. Дело может поправить нефть Ближнего Востока. Однако сегодня ее добыча и экспорт политически затруднены. Сирия производила до войны 0,5 процента мировой нефти. Сейчас экспорт из страны закрыт. Ливия обеспечивала почти два процента, но забастовки и политический хаос не позволяют этим ресурсам поступать в Европу. Египет добывает мало, но через Суэцкий канал и трубопровод Sumed проходит более четырех процентов мировой нефти. Из-за нестабильности в этой стране поставки под угрозой. Главное же — Ирак. Там после свержения Саддама Хусейна нефтедобыча практически целиком сосредоточена в руках американских компаний. Проблема в том, что транспортировать эту нефть можно только круговым путем — через Персидский залив, Индийский океан, Красное море, Суэцкий канал и далее в Европу, что существенно влияет на ее себестоимость. Открытие сирийских портов в разы упростило бы логистические схемы для всего мирового нефтегазового бизнеса, но прежде всего для американцев.
Спонсор
Второе место в «списке Асада» занимают бывший эмир Катара шейх Хамад бен Халифа Аль Тани и его наследник Тамим бен Хамад Аль Тани, который папашу с престола уже подвинул. Правители государства-карлика с аппетитом Гаргантюа — основные финансовые и информационные спонсоры войны с Сирией. По мнению главы Совета по внешней и оборонной политике Федора Лукьянова, для Катара режим в Сирии — острие враждебного шиитского Ирана, нацеленного в сердце суннитского мира. Мало того, для правителей стран Аравийского полуострова, считающих себя потомками Пророка, сирийские алавиты, к которым относится Асад, — это вообще язычники. Религиозная ненависть столь велика, что перевешивает даже соображения собственного политического выживания. Для абсолютных монархий вообще-то не характерна поддержка демократических революций. Хотя враг моего врага… Абсолютистская Россия в свое время активно поддерживала революционеров в Северной Америке, лишь бы насолить Британской империи. «В понимании катарцев, — продолжает Лукьянов, — устранение Асада способно создать хаос, который, конечно, вызывает опасения в менее воинственных странах региона — ОАЭ, Кувейте, Иордании, но выгоды от уничижения Ирана все же видятся как перевешивающие все риски».