Итоги № 24 (2013)
Шрифт:
— Госпожа Смит, какие стратегические цели преследует Тейт, организуя эту выставку? Почему именно прерафаэлиты?
— Это уже третий проект нашего масштабного сотрудничества с Музеем изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Несколько лет назад мы привозили большую коллекцию работ Тернера, а в 2011 году — картины Уильяма Блейка. И нынешняя выставка — логическое продолжение. Мы решили собрать работы прерафаэлитов в этом большом пространстве, чтобы представить их российской публике цельной коллекцией. Это очень уместно именно в России, ведь в ХIХ веке здесь было несколько художников, напрямую связанных с прерафаэлитами. Можно даже проследить стилистическое сходство между поздними работами прерафаэлитов, таких как Данте Габриэль Россетти, Уильям Моррис, и работами таких мастеров, как Михаил Нестеров, Иван Билибин или даже Василий Кандинский и Сергей Дягилев, провести параллель в цветовом решении и двухмерности.
— Нельзя ли продлить эту параллель? Ведь прерафаэлиты в свое время были такими же экспериментаторами, какими сейчас являются современные художники...
— Да, конечно, прерафаэлиты революционны. Это художники, отчаянно шедшие против устоявшихся конвенций, воскрешая искусство эпохи до Ренессанса, которое было более откровенным. Мы хотим показать, какими радикальными они были в своей технике, как великолепно использовали цвет, как точны были в реалистичности изображения, как не боялись откровенности. Интересно и то, что эти художники стирали границы между разными видами искусства — живописью, скульптурой, литературой. Они полагали, что все виды искусства в равной степени интригуют общество.
— Известно, что вход в галерею Тейт бесплатный. На какие средства она существует? Государство участвует в жизни галереи или это частные инвестиции?
— Галерея Тейт — это часть Национальной галереи, она была основана еще в позапрошлом веке и спонсируется в основном государством, которое в дела галереи не вмешивается. Поскольку мы являемся государственной организацией, вход для посетителей свободный. Однако мы полагаемся и на фандрайзинг. Люди жертвуют галерее средства по собственному желанию. И пожертвования от частных спонсоров очень важны, потому что это гарантированная помощь, никак не связанная с экономической ситуацией в стране.
— Привязываете ли вы выставки к каким-то важным социально-политическим или историческим поводам?
— Нет, программа выставок галереи устанавливается директором в сотрудничестве с кураторами. Главная наша цель — придерживаться баланса между выставками современных авторов и демонстрацией исторического наследия, а также между тематическими выставками и монографическими.
— Я знаю, что в Тейт также выступают музыкальные группы и проходят другие мероприятия, не связанные с изобразительным искусством. Галерея становится арт-площадкой?
— Скорее это касается не Тейт Бритен, а другой нашей части — Тейт Модерн, поскольку само пространство там дает возможность для презентации разных видов искусства, в том числе современных перформансов. Но в Тейт и без этого много интерактива: мы устраиваем тематические дни, когда галерея открыта допоздна, вечера поэзии, чтения, воркшопы. Сегодня существует масса возможностей привлечь аудиторию в галерею, удержать ее и сделать это посещение незабываемым. Мы изменяем программу, делаем ее все более необычной. Tак, например, зритель у нас идет по хронологическому кругу и изучает историю британского искусства от 1550 года до современности. Это большая работа для галереи, но она того стоит: каждый посетитель здесь проходит свой путь вместе с искусством.
— Недавно Тейт выпустила мобильное приложение, которое позволяет любому человеку стать куратором выставки. Он может виртуально развешивать картины в соответствии с собственным представлением о прекрасном, а потом даже пригласить друзей. Насколько, по-вашему, важны эти новые технологии в музейном деле?
— Очень важны, мы ведь хотим привлечь молодую аудиторию, зарубежных гостей, детей — разные социальные группы. Тейт заинтересована в новых технологиях, потому что они позволяют рассказать людям о том, каким увлекательным может быть искусство. Большую роль играет наш сайт, где можно, например, ввести название картины и прочитать всю информацию о ней. Сайт становится глобальной социальной сетью, в которой любой человек, не важно, в каком городе мира он находится, может познакомиться с британским искусством.
— А еще Тейт совместно с туристической компанией занималась планированием эксклюзивных туров в интересные, но малоизвестные музеи мира и частные галереи...
— К сожалению, я не очень много знаю об этом проекте, но одно знаю точно: идея возникла потому, что мы хотим вдохновить людей во всем мире и зародить в них мысль о важности искусства. А такая инициатива охватывает сразу большое количество самых разных общественных групп, особенно в сезон отпусков.
— Галерея, как известно, сотрудничает и с телевидением. Вы видели сериал о прерафаэлитах на Би-би-си?
— На историческом канале? Я даже была там консультантом. «Отчаянные романтики» — не в полной мере исторический сериал, в нем много фантазии. Это скорее размышление на тему, какой могла бы быть жизнь у прерафаэлитов. Но мне кажется, что и такая вольная интерпретация искусства может привести в галереи молодое поколение.
На бескнижье / Искусство и культура / Книга
На бескнижье
/ Искусство и культура / Книга
Почему в провинции категорически невозможно купить хорошую книгу
«А где у вас новый роман Питера Хега? — придирчиво выясняет, сверяясь с длинным списком, интеллигентного вида дама возле одного из стендов Большой книжной ярмарки в Перми. — Мне сказали, должны привезти». Посетителей на ярмарке в этом году сравнительно немного (как не без злорадства судачат пермяки, устроители сэкономили на рекламе), зато посетители эти перемещаются между стендами вроде осмысленно, некоторые волоча за собой баул на колесиках и почти все — с наперед составленным списком «дефицита». Праздно шатающихся почти нет, а большая часть круглых столов и встреч с писателями или издателями проходит в звенящей пустоте. Почти все, кто заглянул на ярмарку, пришли сюда с конкретной целью — купить вполне конкретные издания, которые в другое время — в культурном и просвещенном университетском городе с несколькими театрами, великолепной художественной галереей и миллионным населением — днем с огнем не найти либо стоят они космических денег.