Истории Сантея
Шрифт:
– Так! – Бросив связку писем на стол и припечатав ее крепкой рукой, отчего несчастное столярное изделие явственно застонало, Капитан строго на меня зыркнул. – Есть для тебя работа.
– Да? – заинтересованно переспросил я. Кроме неясной жалобы скандальной госпожи, никаких дел на горизонте.
– В Сантей прибывает небольшое посольство, и нам выпала честь сопровождать его. – Капитан скривился, будто от зубной боли. – Бойцы все при деле, магов беспокоить не стану. Пойдешь ты.
– Куда сопровождать?
– Экскурсия, – хмуро буркнул Кройнтурен.
Посчитав до пяти,
– По Сантею? Вы же знаете, как я ориентируюсь…
– Думаешь, ты один «счастливчик»? – Настучал по столу мотивчик, отдаленно напоминающий боевой марш гномов. – В два пополудни у главных ворот Южного отделения. И не опаздывай! Свободен.
Капитан отвернулся, не глядя, подхватил папку со стола и погрузился в чтение. Я не двинулся с места. Прошла пара минут, Капитан хмуро поинтересовался:
– Ты еще здесь?
– Хотелось бы обсудить пару моментов.
– Ну, – злобно рыкнул гном, не отрывая глаз от очень важного документа.
– Сегодня у меня нет дежурства, да и вообще, днем я не работаю… Компенсировать бы. Отгулом.
Капитан перевел на меня взгляд, обещающий страшные муки в жизни, после смерти и в следующей жизни, если такая будет.
– Для всей тройки, – уточнил я и, вставая, добавил: – И небольшую премию хорошо бы. За старательное отношение к службе.
– Пошел вон! – заревел Капитан, а я, старательно сохраняя невозмутимое выражение, стрелой вылетел из кабинета.
Время неизменно… Жаль, мы не такие. То, что пару лет назад казалось Целью Жизни, рассыпается в прах, приходят новые заботы, увлечения, а прошлое потихоньку стирается из памяти… Вот, совсем недавно, ты еще был безусым юнцом, верил в Справедливость, Силу, Магию и Веру, а сейчас – что осталось? Что-то есть, но там, вдали, и не для тебя; лишь отражение низменных инстинктов и глупых взглядов; а кое-что так вообще то приходит, то уходит, то витает, но не дает поймать себя за хвост.
Я пришел в этот мир учиться своей судьбе, но со временем понял, что не может быть стремление к магии смыслом жизни. Все намного запутаннее, возможности – только ключ. К хорошей, богатой и достойной жизни.
Поэтому и не бросаю работу в небольшой лавке, устроился в стражу разбирать никому, по совести, не нужные дела. Но на самом деле все просто – мне нравится. И это – самое главное.
Работа в лавке сегодня накрылась, так что я решил заглянуть в Академию, просмотреть расписание лекций на ближайшую седмицу. В отличие от привычных учебных заведений в родной Москве здесь не наблюдалось постоянства. Может, так сделано, чтобы ученики не могли сразу на целый семестр спланировать расписание прогулов?
Да и Южное управление, как и все центральные, в высоком городе, а там рукой подать до Академии.
Кивнув дежурному на входе, азартно переругивающемуся со стайкой ранних посетителей, я покинул стены родной управы и бодрым шагом потрусил по широкой мощеной улице в сторону возвышающихся вдали башен высокого города.
После десяти минут виляния по мостовой, обхода возникающих заторов, я решил не выпендриваться и воспользоваться
Привередничать я не стал и удобно умостился рядом с кучером.
На вопросительный взгляд небрежно бросил:
– Ближайшие ворота в высокий!
Как все-таки неприхотлив человек! В родном городе практически не замечал ядреных выхлопов от расплодившегося изобилия отечественных и заморских металлических «повозок». Зато прекрасно помню, как иногда, натыкаясь в местах большого скопления народа на аттракцион «прогулка на лошади», еле сдерживал вполне адекватную реакцию на убийственное облако французских ароматов, сопровождающих бедное животное. Но, пожив в мире, где четвероногое непарнокопытное – одно из главных средств передвижения, настолько привык к непередаваемому «амбре», что вот сижу в арьергарде и никакого дискомфорта не ощущаю…
Наконец, со скоростью пешехода доползли до широкого проспекта, по которому рукой подать до одной из главных улиц Сантея – Версы («привет» от гномов). Совершенно непонятно, о чем думали основатели. Проложить несколько широченных, проходящих через весь город проспектов – все равно, что прибить на самом видном месте вывеску: «Заходите, гости дорогие!» Свободный город – лакомый кусочек для любого, крепко стоящего на ногах государства. Кроме внешнего и внутреннего кольца стен, узкие и извилистые улочки идеально подходят для создания дополнительных проблем любому агрессору. А в Сантее шесть широких и прямых, как стрела, дорог.
Главным оправданием давным-давно почивших строителей служит затерявшийся где-то в непролазных Холодных горах Древний Храм, который, по легенде, и основал у подножия Безымянной горы, на берегу теплого и мелкого моря, славный город. «Рядом» – на расстоянии дневного перехода до начала Северного тракта, долго петляющего и с трудом преодолевающего высоченные горы на Уступе, единственном проходимом для гужевого транспорта перевале. Сантей считается в окрестных землях неприступным, но у меня так и не вышло разузнать, что все-таки за Древний Храм своим благословением охраняет славный город. Все знают легенду, храм где-то в горах, а обитатели его – кому они нужны?
Дело пошло веселее. Кучер, погоняя ухоженную лошадку, развил прямо-таки неприличную скорость: прохожие, бредущие по широкой аллее, перебегающие из одной лавки в другую, перестали быть соперниками. Все-таки лошадиная сила – звучит гордо!
Не прошло и десяти минут, как впереди выросла стена высокого города, с опущенным через широкий ров мостом и поднятой железной решеткой. Соскочив с нагретого места, я благодарно кивнул извозчику и быстрым шагом направился к служебному входу, маленькой калитке рядом с огромным проемом ворот. Утро не раннее, а желающих на въезд в благородные кварталы хоть отбавляй, но большая часть – груженные разным скарбом повозки. Что ж тут удивительного? Состоятельные господа любят вкусно кушать, хорошо одеваться, а все это добро до пары рынков и множества лавок доставить еще надо.