Испытание
Шрифт:
– Да! – восторженно ору в трубку, а ноги сами выплясывают джигу. – Ура!
Света смеется, слыша мою радость, а я вспоминаю первые дни с интерфейсом. Как я нашел Ричи и отобрал его у цыган, как на последние деньги отвел его к ветеринару и покупал ему корм, и от тех дней веет таким теплом, простой и понятной жизнью, что мне чертовски сильно хочется поскорее увидеть и получить щенка в наивной вере, что вместе с ним придет и спокойствие.
– Спасибо, Света!
– Не за что, Филипп! Я вам позвоню, когда мы заберем щеночка. Вам
– Пожалуй, мальчика. Надеюсь, он будет весь в папу.
– Хорошо! Как вы его назовете?
– Пока не знаю… – задумавшись, я называю первое, что взбредает в голову. – Картер. Или Ола.
Глава 25. Шрамы на теле судьбы
Мы должны быть готовы к непредсказуемым событиям, которые могут произойти, а могут и не произойти.
Когда мы встретились с Эктором Санчесом утром после завтрака, он сказал, что десять миллиардов – слишком большая сумма для выплаты за раз, и им бы хотелось все-таки работать со мной поэтапно. Я выдаю им координаты, они проверяют данные, берут или ликвидируют цель, потом переводят деньги в размере, соответствующем категории списка.
Я сказал им, что мой предел поиска – три человека в сутки. Мне все равно пока некуда принимать большие деньги, и именно поэтому, сразу после разговора с Эктором, первым делом я поехал к финансовому консультанту.
Мужчина с немигающим взглядом напротив меня, вопреки стереотипам о финансистах, никоим образом не напоминает мне Марка Яковлевича Каца. Скорее, он похож на профессионального американского футболиста на пенсии – широкие плечи, тяжёлые надбровные дуги, низко посаженый лоб. Его зовут Гари Грант, и именно его интерфейс определил, как наилучшую кандидатуру для моих целей.
Часть денег за Хаккани по моей просьбе мне выдали наличными – буднично вручил Санчес. В рюкзаке сейчас ровно сорок тысяч долларов в четырех пачках. Не знаю, почему я назвал именно такую сумму. Пятьдесят мне показалось много, десять мало, сорок на карманные расходы в Штатах – в самый раз.
– Я вас понял, Филипп, – он энергично кивает и, кажется, впервые за встречу моргает. – Для ваших целей лучше не ограничиваться только одним счетом. Мы могли бы открыть ряд инвестиционных счетов по всему миру – Британские Виргинские Острова, Панама, Лихтенштейн, Маврикий, Кипр, Сейшелы, Сингапур… Но…
– Гари… – я поднимаю руку, призывая его прервать перечисление, но он будто не замечает.
– Полный список с возможными вариантами банков и их условиями я готов предоставить вам в течение дня. Видите ли, сегодняшние реалии таковы, что не клиенты выбирают банки, а банки – клиентов. В вашем случае наш выбор будет крайне ограничен – ваша личность, наверняка, будет отсеяна еще на этапе проверки документов. А их надо будет готовить индивидуально для каждого банка. Сопроводительные письма, рекомендации
– Гари, поверьте, у меня есть все основания полностью вам доверять. Давайте обойдемся без договора. Что касается банков, то оставляю право выбора за вами.
Он некоторое время внимательно смотрит, потом снова кивает.
– Хорошо. Я правильно понимаю, что на интервью в банках вы присутствовать не сможете?
– Да, я же вам говорил.
– Мне понадобится ваш паспорт, чтобы сделать нотариально заверенные копии. Кроме того, предупреждаю заранее, что срок открытия каждого счета – от десяти дней до семи недель.
– Хотя бы один счет мне нужен завтра.
– Тогда… – Гари нахмуривается. – Скажите, ваш планируемый источник поступлений… Насколько он легален?
– Абсолютно легален.
– Тогда ничего не выдумывайте и открывайте счет в любом американском банке – Citibank, Bank of America, Chase. Вам подойдет любой. А я пока запущу процедуры регистрации в офшорах.
– Спасибо, Гари, но мне это не подходит.
Что мешает американцам уже завтра наложить лапу на мой счет в их же банке? Поматросят, бросят, еще и деньги отберут. Покопавшись в рюкзаке, вытаскиваю из него две пачки долларов и оба паспорта.
– Хорошо, открывайте счет там, где это сделают максимально быстро. Этого хватит за ваши услуги?
– Более чем. То, что останется, я могу…
– Оставьте себе. Спасибо, Гари, – протягиваю ему руку. – К обеду паспорта вернете?
– Конечно. Привезу к вам в отель. – Он крепко жмет мою руку и продолжает говорить, не отпуская: – Президент одного панамского банка – мой сокурсник. Я поговорю с ним об одном… неординарном клиенте. Вы же не ошиблись в названии числа? Я понимаю, для вас они очень созвучны – миллионы, миллиарды…
– Девять нулей после единицы, Гари. Девять.
– Понял. Сделаю все возможное, Филипп.
Когда Гари Грант откроет мне счет или счета, скажу Санчесу, что готов выдать им информацию по всему списку «A» в течение дня. Это список имен, представляющих наибольшую угрозу для Соединенных Штатов, и оплата по нему идет по ставке двадцать пять миллионов за имя.
Есть еще списки «B», «C» и «D» – еще террористы рангом пониже, криминал, крупные аферисты и мошенники, разыскиваемые Интерполом. Там расценки меньше.
В любом случае, я не собираюсь ждать. Следующей ночью я соберу в инфополе все координаты по первому списку и столько, сколько успею, – по остальным. Залью все цифры координат в несколько разных таблиц в облако, а когда придет время, просто дам Санчесу доступ.
В приемной Гари Гранта меня ожидает Алекс Томашик, не отлучающийся от меня ни на шаг. Увидев меня, он встает и, качнув головой, показывает в сторону лифта. Киваю, и мы выходим из офиса финансового консультанта. У бедолаги Алекса покраснели глаза, а сам он отчаянно зевает.