Испытание
Шрифт:
Нужно бы на всякий случай предупредить кого-нибудь…
Артем достал трубку и позвонил Косте. Трубку поднял Николай Савельевич и сказал, что Костя с Ларисой только что уехали. Очень при этом торопились и несколько раз поминали его. Однако передать ему ничего не просили. В конце разговора трубка предательски пиликнула: батарейка была на исходе. Вот еще незадача. Артем позвонил знакомому милиционеру, тому самому, который составил для него список пострадавших в результате несчастных
— Савельев! — попросил он. — Запиши адрес, будь другом.
— Диктуй, — лениво ответил тот. — Записал.
Выслать по этому адресу группу захвата?
— Тебе все шутки, — рассердился Артем. — В общем, так, если не позвоню тебе сегодня вечером, будь любезен займись этим типом.
— Хорошо, — отозвался Савельев, — но и ты будь любезен: не забудь позвонить мне вечером, чтобы я зря не дергался. О'кей?
— О'кей!
Артем собрался с духом, но в последнюю минуту вспомнил про Протасова. Неизвестно, сумеет ли он предупредить его о грозящей опасности.
Сквозь пиликание трубки, грозящее скорым отключением, раздался строгий голос:
— Протасов слушает!
— Николай Андреевич, здравствуйте! Мы с вами встречались вчера. Я…
— Помню, помню, — голос мгновенно смягчился. — Из телефонной компании? Ну как, порядок?
— Николай Андреевич, я не из телефонной компании. Я — частный детектив. У меня очень мало времени, но я просто обязан вас предупредить: ваша жизнь — в опасности.
Протасов помолчал, переваривая услышанное, а потом спросил:
— Вы спятили?
— Будьте осторожны. Погибло несколько человек. Вы — следующий.
— Хотите поссорить меня с партнерами?
— Поговорите лучше со своей женой…
— — А при чем тут… — голос его дрогнул.
— Не знаю пока при чем. Пытаюсь выяснить.
Оставайтесь на работе и никуда не выходите до моего появления, договорились?
— И когда же вы явитесь?
— Через час, два, самое позднее — через три.
— Да у меня контора через полтора часа закрывается!
— Вы что, совсем не дорожите своей жизнью? — возмутился Артем. «Что за люди! Их спасаешь, а они еще и помочь тебе не хотят!» — подумал он. — И еще: вам в последние дни не приходилось знакомиться с какой-нибудь стройной брюнеткой?
В трубке повисла пауза. Артем подумал, что батарейки окончательно сели. Затем последовал быстрый ответ:
— Да.
— Когда именно?
— Нет, завтра я не собираюсь за город, — последовал странный ответ.
— Вы не можете говорить? — насторожился Артем.
— В самую точку, — весело ответил Протасов.
— Она.., она у вас сейчас? — Артем не поверил своим ушам.
— Именно! Вы — умница.
— Тогда
— Думаю, что да.
Протасов положил трубку и с улыбкой повернулся к Виктории.
— Рабочий день уже закончился. Что будете пить?
— Ба! — удивилась она. — Какая перемена!
Я уж думала, вы собираетесь вышвырнуть меня из кабинета!
— Ну что вы!
Вика действительно думала, что на этот раз у нее ничего не выйдет. Она не сообразила, что у делового человека в разгар рабочего дня могут быть посетители. А посетителей хватало. Несколько солидных мужчин бросили на нее неодобрительный взгляд, а женщина в строгом деловом костюме демонстративно отвернулась. Даже секретарша, впустившая ее в приемную, изумленно оглядела ее костюм: короткую юбку, чрезмерно открытую майку и тесный пиджак.
— Вы записаны? На какое время? — она открыла тетрадь и приготовилась сделать пометку.
Мужчины перестали разговаривать и уставились на Викторию, ожидая, что же она ответит.
— Я журналист, — улыбнулась Виктория. — Собираюсь писать о вашей компании. Думаю, Николай Андреевич уделит мне минутку?
— Не уверена, — покачала головой секретарша. — Видите, что творится, — добавила она, понизив голос.
— Я все-таки подожду, — в тон ей ответила Виктория.
Чего только она не наслушалась сидя в приемной. Сюда приходили по вызову сотрудники с бумагами и жаловались один другому: "Батюшки!
Опять зверствует!"… «Не успели первый этап модернизации провести, ему второй вынь да положь!»… «Нет, ей-богу уволюсь: второй год без отпуска!»
Молоденькая особа, выйдя из кабинета Протасова с красными пятнами на щеках, пожаловалась секретарше: «Нет, ну что за мужик! Одна работа на уме, будто у людей личной жизни не должно быть! Хоть бы любовницу, что ли, за-! вел…» И ехидно посмотрела на Викторию.
Виктория просидела в приемной три часа, пока не ушел последний посетитель, и секретарша пригласила ее в кабинет Протасова.
— У вас двадцать минут, — предупредила она. — У него перерыв на кофе…
— Он работает строго до шести? — удивилась Виктория.
— Что вы! До десяти или до одиннадцати, — удивилась ей в ответ секретарша.
В кабинет Виктория вошла неуверенно. Все сегодня складывалось не как обычно. Да и Протасов удивил. Подтянутый, высокий, плечи широкие.
Пиджак висит на спинке стула, рукава засучены…
Он окинул взглядом Викторию и скис.
— Вы, простите, из какой газеты?
— Я из «Огонька», — ответила Виктория.