Испытание
Шрифт:
— Если бы вы согласились со мной, то теперь, по крайней мере, мы бы знали, в каком направлении вести поиски, — слабо возразил Борн.
— Послушайте меня. Все это я мог бы рассказать вам и по телефону, не приезжая сюда. Мне просто хотелось посмотреть на вас и еще раз напомнить: искать его — моя забота, а не ваша. Единственное, что от вас требуется, — держать себя в руках.
— Черт побери, что это даст? Неужели вы не видите, в каком я состоянии! Предположим, мне удастся справиться с собой. Но это их никак не остановит!
— Почему “их”?
— Они всегда действуют группой. От восьми до двенадцати человек.
— Я запросил у ФБР список людей Кесса, которые могут действовать в нашем районе.
— Ерунда. У Кесса нет никаких списков. У него нет никаких бумаг. Все приказы он отдает устно через подчиненных. Даже если ФБР и знает несколько его людей в этих краях, установить непосредственную связь невозможно.
— Вы знаете о нем больше, чем мы. Вы правы, в феврале, когда ему было предъявлено обвинение, он скрылся. По одной версии, сейчас он в британской Вест-Индии, по другой — на Гавайях.
— А может, прямо здесь…
Вебстер пристально взглянул на него.
— Держите себя в руках. Для вашей безопасности уже сделано немало. Скоро прибудет наш человек, чтобы установить на телефон прослушивающее устройство. Если вам еще раз позвонят, мы сумеем определить номер. Форд поехал на ферму, с которой вы получаете молоко. Он все разузнает о том, кто привозит его. Скоро я получу результаты химического анализа, мы узнаем, что это за яд, а если повезет — то и где его взяли.
— В теплице.
Он слишком часто вмешивался в непосредственные обязанности Вебстера, и это уже стало раздражать собеседника.
— Я знаю, мистер Борн, — произнес он с нажимом. — Я обязательно это проверю.
После этого полицейский выдержал паузу, разглядывая ковер, и сменил тему.
— У меня была еще одна причина приехать к вам. Дело в том, что результаты медэкспертизы подтвердили отсутствие на теле мальчика следов насилия. Редкий случай, когда я ошибся. Приношу вам свои извинения.
— Естественно. Странно было бы наоборот.
Глава 12
На самом деле у Вебстера была и третья, самая главная причина для визита — подробнее узнать о Кессе.
— Все, что я прочитал, — очень интересно. Но не могли бы вы рассказать еще что-нибудь?
Борн докурил до самого фильтра, последний раз глубоко затянулся и, раздавил окурок в пепельнице.
— Хорошо. Когда охранник проводил меня в кабинет Кесса, первое, что мне бросилось в глаза — большой револьвер “магнум”, который лежал на столе, на стопке бумаг. Рядом, на промокашке, были рассыпаны патроны. Пепельницей служил обрезок гаубичной гильзы.
— Вы что, знакомы с оружием? Вы уверены, что это был “магнум”?
— Видите ли, когда я сажусь за книгу, я всегда тщательно изучаю необходимый мне материал. А уж такой крупный револьвер узнать несложно — самый большой, сорок четвертого калибра. Ну так вот. Кесс встал из-за
— Но если он задолго до этого отказался встречаться с журналистами, почему он изменил свое решение и встретился с вами?
— Я полагаю, он уже подозревал, что ему будет предъявлено обвинение, и собирался уходить в подполье. В этом интервью он хотел сделать свое последнее публичное заявление. Думаю, что ему попались какие-то мои книги, и он решил, что именно я смогу представить его в лучшем свете. Так что все дело в книгах.
Борн внезапно подумал, что Вебстер неспроста заговорил обо всем этом. Наверное, Вебстер решил таким образом немного отвлечь его. Что ж, как бы то ни было, уловка удалась, и он чувствовал себя немного лучше. По крайней мере, не так одиноко. Он потянулся за очередной сигаретой и извиняющимся тоном произнес:
— Вы бы лучше прибрали их, а то я все выкурю!
— Я вообще не курю.
— А зачем носите?
— У меня всегда при себе пачка — для моих собеседников. Тактика Вебстера срабатывала — Борн даже улыбнулся. Он сделал глубокую затяжку и медленно выдохнул. Горло першило, во рту пересохло.
— Я пишу триллеры, — продолжил он. — В моих книгах главный мотив — преследование. А главный герой — одиночка, который вынужден скрываться от преследования и защищать себя. Кессу показалось это близким. Ему всегда хотелось перенестись куда-нибудь в прошлое, этак лет на тысяч тридцать назад, в тропики. Это его заветная мечта. Ну а в ближайшем будущем он спит и видит, как нападет враг, и тогда он уведет своих людей в горы, будет совершать опасные вылазки и скрываться от противника.
В этом и весь парадокс. Он увидел себя в моих книгах, поэтому вообразил, что я — его сторонник. Он дал мне интервью, а теперь мне самому уготована роль одного из моих персонажей. Разница лишь в том, что мои герой всегда знают, что им делать, а я с трудом удерживаюсь от того, чтобы не наложить в штаны от страха.
— Разница и в другом: вы не одиноки. Человек, который приедет ставить ваш телефон на прослушивание, останется здесь и будет охранять вас. Весь район патрулируют полицейские машины; у них специальное задание — присматриваться к автомобилям, которые часто останавливаются или кружат по улицам. Рядом с вашим домом будет дежурить еще одна наша машина. Не волнуйтесь. Мы доберемся до них раньше, чем они до вас.
Борн почти поверил ему.
Но как только Вебстер поднялся с дивана и со словами “сигареты я вам оставляю” шагнул к выходу, весь страх вернулся к нему. И Борн ничего не мог с собой поделать.
— Простите, вы не могли бы немного подождать? — жалобно, почти как ребенок, произнес он. Вебстер изучающе оглядел его.
— В доме есть какое-нибудь оружие?
— Есть. Винтовка, пистолет и револьвер двадцать второго калибра.
— Вы умеете ими пользоваться?
— Мы с женой учились на курсах. Нам преподавал бывший морской пехотинец.