Испытание ядом
Шрифт:
Когда мы с Валексом вошли в комнату, в нос нам ударила вонь немытых тел и экскрементов. Я, икнув, закрыла лицо рукой, а Валекс принялся опрашивать присутствующих: «Кто вы? Что вы здесь делаете?» Но ему никто не ответил — они просто провожали его отсутствующими взглядами, не двигаясь с места.
Мало-помалу я начала узнавать некоторые лица. Эти люди жили вместе со мной в приюте. Это были мальчишки и девочки, которые уже давно закончили обучение и должны были работать в других округах. А потом я увидела одну девочку с поблекшими и спутанными
Я принялась гладить Карру по спине, окликая ее по имени, но ее нежные карие глаза так и оставались потухшими. Свободолюбивая девочка, которую я так опекала в приюте, превратилась в безмозглое существо без пола и возраста.
— Мои питомцы, — промолвил Рейяд, горделиво раздувая грудь и паря посередине комнаты. — Это те, кто оправдал мои надежды.
— Что дальше? — дрожащим голосом спросила я Валекса.
— Вы арестованы и будете брошены в темницу, — ответил мне Могкан, остановившийся в проеме двери.
Я и Валекс развернулись одновременно. В дверях стоял Могкан, сложив руки на груди. Ярость вспыхнула в глазах Валекса, и он бросился на него. Могкан отступил в коридор, и я увидела, как Валекс застыл в дверях с поднятыми вверх руками. «Проклятие!» — бросаясь ему на помощь, подумала я.
Могкан как истинный трус уже стоял за спинами, восьми стражников, мечи которых находились в нескольких сантиметрах от груди Валекса.
Глава 30
Острия мечей впивались мне в спину, а я не спускала глаз с Валекса в надежде, что он что-нибудь придумает, пока нас ведут в камеры. Я продолжала уповать на это и тогда, когда нас раздели, обыскали и отняли у меня сумку, нож и цепочку с бабочкой и амулетом, что огорчило меня гораздо больше, чем утрата одежды.
Даже когда нас вели вниз и размещали в соседних камерах, я продолжала ждать, что он вот-вот взорвется.
Однако засов щелкнул, и у меня перехватило дыхание. Стражники просунули в камеру одежду и ушли, оставив нас в кромешной тьме. Я ощупью нашла свою одежду и натянула на себя рубашку.
Вот все и вернулось на круги своя. Мой старый кошмар стал реальностью, когда мы миновали комнату охранников, спустились вниз и оказались в темнице Брэзелла. В ней было всего восемь камер — по четыре с каждой стороны, и нас с Валексом поместили в ближайшие от лестницы. Везде стоял знакомый мне затхлый запах. Царящая здесь тяжелая атмосфера настолько подавляла меня, что я не сразу сообразила, — мы с Валексом являемся единственными обитателями темницы.
Будучи не в силах выносить внезапно наступившую тишину, я позвала:
— Валекс?
— Что? — откликнулся он.
— Почему ты не оказал сопротивления? Я бы поддержала тебя.
— Восемь стражников стояли напротив меня с обнаженными мечами. Одно движение — и меня бы пронзили насквозь. Я польщен твоим предположением, что смог бы одержать верх в подобной
Я различила нотки веселья в голосе Валекса.
— Значит, вскроем замки и сбежим? — осведомилась я, не сомневаясь в том, что Валекс, будучи профессиональным убийцей и опытным бойцом, не сможет долго оставаться за решеткой.
— Это было бы неплохо, только, боюсь, нам нечем их вскрыть, — ответил Валекс, разбивая в прах все мои надежды.
Я принялась ощупью обыскивать свою камеру. Однако единственное, что мне удалось обнаружить, это охапку грязной соломы, крысиный помет и еще какую-то мерзость непонятного происхождения, поэтому я опустилась на пол и прислонилась к каменной стене, которая, разделяла нас с Валексом.
— Неужто это было суждено и тебе? — после долгой паузы промолвил Валекс. — И если бы ты не убила Рейяда, тебя бы тоже приковали к полу и довели до полного безумия.
В моей памяти вспыхнуло воспоминание о бедных узниках. И тело мое покрылось гусиной, кожей. Впервые я ощутила радость от того, что мне не удалось пройти испытания Рейяда.
Размышляя об увиденном, я вспомнила Айрис, которая упоминала о том, как маг может пользоваться магическими способностями окружающих. И я, наконец, поняла, какую роль играли эти мужчины и женщины, сидящие кругами. Могкан черпал у них дополнительные силы. Брэзелл, Могкан и Рейяд старались выявить в воспитанниках приюта магические способности. А когда таковые проявлялись, Могкан стирал их сознание и превращал несчастных в безмозглые сосуды, из которых он мог заимствовать дополнительную силу.
— Думаю, Брэзелл и Рейяд намеревались и меня довести до такого же состояния. Но я выстояла. — И я принялась объяснять Валексу, для чего были нужны эти узники.
— А что произошло с тобой? — напряженным голосом спросил Валекс.
Я помолчала. А потом слова хлынули таким же неудержимым потоком, как слезы из глаз. Я не стала ничего приукрашивать и рассказала все в мельчайших подробностях. И когда я поведала ему все о двух годах, проведенных в качестве лабораторной крысы, о пытках и издевательствах, унижениях и побоях, о жестоких играх и моем страстном желании угодить Рейяду и, наконец, об изнасиловании, которое привело к тому, что я его убила, я почувствовала, как душа моя очистилась. У меня даже голова закружилась от охватившего меня облегчения.
Валекс молчал на протяжении всего рассказа — он не задавал вопросов и не делал никаких замечаний.
— Брэзелл и Могкан будут уничтожены, — наконец ледяным тоном произнес он.
Трудно было сказать, что это — угроза или клятва, но как бы серьезно ни звучали слова Валекса, пока они представляли собой не более чем сотрясение воздуха.
И тут же, словно услышав собственные имена, в коридоре темницы появились Брэзелл и Могкан в сопровождении четверых стражников, которые освещали им путь. Они дошли до наших камер и остановились.