Испытание верностью
Шрифт:
– Я наняла их. – Спустившись вниз, девушка вытерла о джинсы пыльные руки. – Они приступают завтра. Я подумала, что сама могу сделать подготовительную работу. – Она пожала плечами. – К тому же я терпеть не могу искусственные растения. – Она наморщила нос.
– Ты предпочитаешь естественность, не так ли? – насмешливо спросил он.
Габриэлла смерила его взглядом.
– Да, во всем.
Руфус не знал, что она приехала в «Грешемс», до тех пор, пока ему не сказал об этом кто-то из сотрудников. Последние полчаса он боролся
Она была очень красивой, нехотя признал он. Непокорные пряди ее густых черных волос выбились из-под фиолетового шарфика, которым она собрала их на затылке. Ее щеки порозовели, на носу было пятнышко грязи. Фиолетовая футболка обтягивала ее полную грудь, а джинсы с заниженной талией открывали плоский загорелый живот и подчеркивали длинные стройные ноги.
Он намеренно избегал ее все выходные. Хотел наказать ее за то, что она не хотела его так же сильно, как он ее.
Он не прикасался к ней всего два дня, а уже сходил с ума от желания.
Сейчас она стояла рядом с ним и выглядела очень сексуальной даже без модной одежды и макияжа.
– Я тоже предпочитаю естественность, – с вызовом ответил он. – Вот только жаль, что ее часто бывает трудно найти.
– Продолжай искать, Руфус, – усмехнулась она. – Уверена, однажды тебе повезет.
– Может, я вовсе не хочу ее находить, – возразил он.
Габриэлла пожала плечами.
– Как хочешь.
За год, проведенный с Анджелой, он хорошо узнал, что такое притворство. Поведение матери Габриэллы лишь укрепило его мнение о женщинах. Теперь Габриэлла пользовалась своей сексуальностью с этой же целью.
Но он все равно хотел ее!
Руфус криво усмехнулся.
– Мне сказали, что ты здесь, и я подумал, что ты, возможно, захочешь пообедать в столовой вместе со старшими сотрудниками.
Габриэлла недоверчиво посмотрела на него. Неужели он наконец вспомнил о ее существовании?
– Ты хочешь, чтобы мы изображали перед твоими сотрудниками счастливых молодоженов, Руфус? – язвительно произнесла она. Не было ни одного человека в «Грешемс», который не знал бы, что они поженились в прошлую пятницу.
Как и ожидал Руфус, их свадьба стала главной новостью всех субботних газет. Несколько таблоидов даже поместили на обложке их фотографию заголовком «Наследники Грешема женятся».
Но, слава богу, это было однодневной сенсацией, и в воскресных газетах новостью номер один уже стал очередной скандал в правительстве.
Его губы сжались в тонкую линию.
– Уверяю тебя, все мои сотрудники слишком тактичные люди, чтобы задавать вопросы о нашем браке. – Впрочем, утром он получил несколько поздравлений и пожеланий.
– В это с трудом верится, не так ли? – криво усмехнулась Габриэлла.
Интересно, догадывается ли она о том, какое сильное желание пробуждает в нем, подумал Руфус. Наверное, нет. Иначе она попыталась бы это предотвратить.
Габриэлла
– Должно быть, тебе трудно с этим смириться!
– Вовсе нет, – спокойно ответил Руфус. – Но, может, ты захочешь привести себя в порядок, – насмешливо протянул он, – прежде чем присоединиться к нам наверху.
Подождав, пока он уйдет, Габриэлла высунула язык. Это был детский жест, но он заставил ее чувствовать себя…
– Уверен, мы могли бы найти лучшее применение твоему языку, Габриэлла, – хрипло произнес он, не оборачиваясь, затем исчез за дверью.
… полной идиоткой!
Усевшись на нижнюю ступеньку стремянки, девушка глубоко вдохнула, понимая, что проиграла этот раунд.
По этой причине она сразу не пошла наверх в столовую, а последовала совету Руфуса, умылась, отряхнула одежду и распустила волосы. Чем дольше она задержится, тем больше будет вероятность того, что Руфус уже закончит обедать и вернется к себе в кабинет.
Габриэлла поняла, что ей не повезло, как только она вошла в столовую и увидела там Руфуса, сидящего за столом с руководителями отделов.
Место рядом с ним было свободным. Ее место…
– Прости, что задержалась, дорогой, – хрипло произнесла она, поцеловав его в губы, затем села в кресло рядом с ним.
– Ничего страшного, дорогая, – подыграл ей Руфус. – Я знаю, как ты занята.
Габриэлла соблазнительно улыбнулась.
– Но не настолько, чтобы не выкроить время для обеда с любимым мужем. Ты не хочешь меня представить, Руфус? – Она посмотрела на других людей, сидящих за столом и изучавших ее с неподдельным интересом.
Руфус назвал имена своих сотрудников, уверенный в том, что к концу обеда она забудет половину из них. Она продолжала с ним играть. Очевидно, ей хотелось поставить его в неловкое положение перед его менеджерами.
Он повернулся так, чтобы его бедро коснулось ее бедра, и ее инстинктивная реакция сказала ему, что ее холодность была притворной.
– Ммм… ты так вкусно пахнешь, дорогая, – прошептал он, коснувшись губами ее губ.
Отпрянув, Габриэлла неуверенно посмотрела на него.
– Я не знала, что тебе нравится запах пыли, дорогой, – парировала она.
Руфус придвинулся ближе и очаровательно улыбнулся.
– Для меня ты всегда чудесно пахнешь, дорогая, – заверил ее он, убирая ей за ухо прядь волос.
Этого хода Габриэлла никак не ожидала! Руфус никогда не проявлял своих чувств на публике. Она была уверена, что он не станет этого делать.
Особенно по отношению к женщине, на которой никогда бы не женился по собственной воле.
Ее губы все еще покалывало от поцелуя, его дыхание согревало ей шею. У нее пропал аппетит, хотя она с утра ничего не ела. Она могла бы отодвинуться от Руфуса, но подобное поведение женщины, недавно вышедшей замуж, показалось бы странным его сотрудникам, поэтому у нее не осталось выбора.