Испытание Терний

Тромбли Стейси

Тяжело выдыхаю и снова набираю воздух в лёгкие.

Она смотрит на меня, не моргая.

— Я храню много правды, — шепчет она. — Правды, которую никто в мире не должен знать.

— Кейлин, — давлю я.

Она закрывает глаза, и я вздрагиваю при виде блаженства на её лице. Ей нравится, когда я зову её по имени.

И снова возникает это головокружительное чувство. Нет. Нет, между нами ничего нет и быть не может. Мы союзники до тех пор, пока снова не станем врагами. Большего я не допущу.

— Пожалуйста.

Она качает головой. По её правой

щеке бежит слеза.

— Что ты хочешь знать?

Я втягиваю носом воздух, зная, что ответ мне не понравится. Зная, что возненавижу её ещё сильнее, чем раньше… И, может, это даже хорошо. Да, это не должно причинить больше боли, чем уже причинило.

— Что это была за сделка? Чего стоила тебе сила, которую он тебе дал?

При Дворе Теней уже несколько веков не было столь могущественных фейри. Так почему же сейчас? Почему она? Всё из-за того, что она заключила некий договор с тёмной тварью. Это всё объясняет, но мне нужно знать, что она отдала взамен.

Она задумывается, не отрывая глаз от земли. Между нами расстояние в несколько шагов.

— Изгнание.

Я вздрагиваю.

— Ты убила моего брата, — сам озвучиваю свою версию, поскольку она, очевидно, не собирается говорить этого вслух. — Ты пошла на сделку с древним монстром, и его условием было убить Рихгана.

Мой голос срывается под конец предложения. Прямо сейчас я хочу убить её сильнее, чем когда-либо до этого, а это уже немало. Мне хочется задушить её — ту, что с чего-то вдруг решила, что жизнь моего брата может быть предметом для торга. Что какая-то сила стоит того, чтобы стать убийцей и разрушить жизни нескольких фейри.

Эгоистичная. Корыстная. Жадная. Хладнокровная. Слабая. Злая. Мерзкая.

Мёртвая.

Меня всего трясёт. Так сильно, что мне едва удаётся расслышать её шёпот: «Не совсем». Она внезапно поднимается на ноги и отходит на несколько шагов. Её учащённое дыхание — единственный звук, что я слышу.

— Расскажи мне, — требую ответа. Прежде чем я взорвусь. Прежде чем совершу непоправимое, не узнав всей правды.

Если бы я только знал.

— Не то, чтобы я пошла к нему, желая получить силу. Он сам нашёл меня… Заманил в ловушку. Я торговалась за свою жизнь, но ему нравится считать себя сильным и щедрым, так что он поделился со мной своей силой в качестве бонуса. И он не хотел, чтобы я… ну, условия были нечёткими. Я интерпретировала их в свою пользу.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Он не говорил мне убивать Рихгана. У него вовсе не было намерения избавляться от Рихгана. Он велел мне убить младшего сына короля Светящегося двора.

Что?

— Но это же… я.

— Да, — едва слышным шёпотом подтверждает она.

— Так, значит, ты нарушила условия сделки? И отделалась одним изгнанием?

— Нет. Изгнание было моим наказанием за то, что перехитрила его. Он недооценил меня. Если бы я сделала так, как он сказал, никто бы никогда не узнал, что это я тебя убила. Он так обещал. Но поскольку я убила «не того» наследника, но всё же технически выполнила свою часть сделки, он позаботился о том, чтобы меня поймали и мне пришлось иметь дело с последствиями. Скорее всего, он рассчитывал, что меня приговорят к смерти. Мне невероятно повезло,

что я была ещё подростком, даже обряд посвящения ещё не успела пройти. Ему пришлось поделиться со мной обещанной силой, потому что сделка есть сделка.

— Но как? Как тебе удалось перехитрить его? И зачем? Почему убить Рихгана можно было, а меня нельзя?

Я сверлил взглядом её спину, на которую спадали её струящиеся серебристые волосы. Она медлила с ответом.

— Я не знаю, знал ли он это, когда выдвигал условия, и было ли это причиной, почему на роль убийцы он выбрал именно меня… Потому что невозможно представить худшей пытки, чем заставить меня убить моего…

Она не договаривает, но я уже вскакиваю на ноги. По-хорошему, надо спросить, чтобы убедиться. Но у меня язык не поворачивается.

Нет.

Мотаю головой. Я не хочу этого знать. Я… не готов к такой правде. Да, мне нужно узнать всю правду, но это… Это может сломать меня. Поэтому я не спрашиваю.

— Узнав это, я растерялась. Да ещё и Рихган оказался настоящим мерзавцем… — она качает головой, одёргивая себя. — А затем мне снова повезло, если можно так сказать: я узнала кое-что, что могло помочь мне избежать навязанной судьбы. Не сказать, что альтернатива была намного лучше: я понимала, что убийство твоего брата — это непростительное преступление. Но всё же иногда, когда моя тёмная сторона берёт верх, я горжусь тем, как мне удалось перевернуть игру и победить. Технически. Во многих отношениях я проиграла. Но его я перехитрила.

— Что же это была за лазейка?

— Наверное, та же самая, из-за которой твой отец пытается тебя убить. Он не хочет, чтобы ты был его наследником, потому что на самом деле ты не его сын.

Рев

У меня падает челюсть.

Это совсем не то, что я ожидал услышать.

— Так вот оно что, — подвожу итог услышанному. — Он попросил тебя убить младшего сына. А я ему вовсе не сын, значит, младшим был Рихган.

Она садится обратно на камень.

— Я знаю, что ты меня ненавидишь, и ни в чём не виню.

Моё сердце сжимается. Чёрт. И как же так вышло, что в результате всех этих признаний я не стал ненавидеть её сильнее, а наоборот? Я уже не знаю, что думать и чувствовать.

Теперь я даже не знаю, кто я такой.

— И кто же тогда мой отец?

Она пожимает плечами.

— Кто-то высокопоставленный из вашего двора. Точно не знаю.

Мне страшно задавать следующий вопрос, но не могу удержаться.

— А почему… то существо хотело от меня избавиться?

— Он говорил что-то про твою судьбу, но ничего конкретного. И это было хуже всего. Я годами мучилась этим вопросом. Почему? Если бы я знала причину, почему ему была выгодна твоя смерть, может, мне стало бы легче. Может, я не чувствовала бы себя такой виноватой. Но опять же, зная этого монстра, я полагаю, что его цель — устроить конец света. Как я понимаю, он хочет тебя убить, потому что именно тебе предназначено спасти наш мир от чумы.