Испытание соблазном
Шрифт:
— А кто приходил ко мне в среду? — насторожилась Тэмсин.
— Мужчина.
— Какой еще мужчина? — раздраженно спросила Тэмсин свою интригующую подругу.
— Высокий, красивый брюнет… Если тебя устроит такое клише, — насмешливо добавила Джесс. — Думаю, итальянец. Он не назвался, но оставил кое-что для тебя, дорогая, — объявила соседка. — Сказал, что ты будешь рада получить назад это, — протянула она подруге аккуратно завернутое бриллиантовое колье, которое Тэмсин в спешке забыла в номере Бруно и даже ни разу не вспомнила о своей пропаже.
Тэмсин приняла колье.
— Еще
— Никто, — резко ответила Тэмсин, взяв записку.
Она забрала колье, записку и приложенную к ней визитную карточку и направилась к себе.
Послание было коротким:
Ты знаешь, нам было бы хорошо вместе, милая. Я ручаюсь, ты найдешь во мне щедрого любовника. Позвони.
Навязчивое заверение в щедрости заставило Тэмсин поморщиться. Ей явственно представились его нахальные манеры, циническая ухмылка, возмутительная самонадеянность и чувство собственной непогрешимости. Но на себя она гневалась намного сильнее. Глупость, преступная наивность, непростительная доверчивость и, что самое возмутительное, сексуальная неразборчивость привели ее в номер этого человека.
Тэмсин разорвала записку вместе с карточкой на мелкие кусочки и отправила в мусорную корзину, после чего появилась в общей с Джесс гостиной и спросила ее:
— Чай будешь? И учти, того человека, что приходил сюда вчера, не существует!
— Как скажешь, — пресно отозвалась соседка.
Улицы Лондона стояли в пробках, дорожное движение в час пик было практически парализовано. Шофер Бруно ди Чезаре нервничал, не в состоянии оперативно доставить босса в отель.
Бруно провел весь день с командой своих законников, которые отрабатывали возможности поглощения конкурирующих «Дому ди Чезаре» фирм. В таких акциях изощренный итальянец принимал не последнее участие. Тем не менее он регулярно проверял свой мобильный телефон, опасаясь пропустить звонок от Тэмсин. Он был уверен, что она непременно позвонит.
Ему было приятно узнать, что Джеймс Грейнджер не был ее щедрым содержателем, однако на мнение о ней это нисколько не повлияло. Он, как и прежде, был уверен, что любая на ее месте с радостью распорядится собой так, чтобы пристроиться жить за чужой счет. Отказываться от этой позиции итальянец не собирался, поэтому, прикладывая к записке свою визитную карточку, ни на миг не сомневался, что номер его телефона займет надлежащее место в ее записной книжке и в памяти мобильного телефона, чем она не преминет воспользоваться.
Возвращение в Италию было запланировано на конец следующей недели, и вопрос вечернего досуга стоял как нельзя остро. Созвонившись с резиденцией Грейнджеров, Бруно выяснил, что Аннабел наметила пятничный вечер провести вместе с отцом, но тот по новой своей привычке укатил в Лондон, не объяснившись. Девушка была уверена, что и эта пятница не станет исключением и Джеймс захочет повидаться со своей пассией Тэмсин Стюарт.
К завершению
— Алло. Чем могу помочь?
Бруно торжествовал, празднуя подтверждение своей теории.
— Мисс Стюарт, какая неожиданность! — воскликнул он. — У вас крепкая хватка. Нельзя, ах, нельзя позволить сорваться с крючка такому мужчине, как Джеймс Грейнджер.
— Бруно? — недовольно предположила Тэмсин. — Если ты хочешь поговорить с Джеймсом, он сейчас не может подойти. Он перезвонит, когда освободится, — проинформировала она звонившего, в надежде сократить время общения.
— Но для тебя он всегда свободен, — заметил итальянец. — Посвяти-ка меня в детали, — попросил он издевательским тоном.
— Ты отвратителен в своих подозрениях, — неприязненно проговорила Тэмсин. — Единственная причина, по которой я не стала рассказывать Джеймсу о твоем подлом поступке — мое нежелание еще сильнее расстраивать его в не самый простой в его жизни момент.
— Правда? Ты только за него волнуешься? Не за судьбу твоих с ним отношений? А я бы, например, предпочел, чтобы он знал всю правду, сколь неприглядной бы она ни была.
— Во всей этой истории у одного тебя неприглядная роль. Твое же утверждение, будто я в отношениях с Джеймсом своекорыстна, совершенно бездоказательно и основано лишь на твоей патологической подозрительности… Я скажу Джеймсу о твоем звонке, но он сможет перезвонить не раньше завтрашнего дня.
— Вот как? Я заинтригован, Тэмсин, — отозвался на это предупреждение Бруно. — И чем же, если не секрет, он сейчас так занят?
— Мы намерены посетить интерьерный салон с тем, чтобы заказать оконные рамы для реставрационных работ в «Диттон-Холле», а также посмотреть каталоги текстиля для выбора гардинной ткани.
— И ты считаешь это достаточным основанием, чтобы отказать в телефонном разговоре деловому партнеру? — удивился Бруно.
— Я не уполномочена отвечать на такие вопросы, — ответила Тэмсин.
— Значит, ты теперь решила взяться за переустройство «Диттон-Холла». Это на правах будущей хозяйки? В таком случае считаю нужным тебя предупредить, дорогая. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы не допустить этого, — угрожающе проговорил итальянский магнат.
В течение небольших каникул, которые устроили себе сотрудники «Спектрум-дизайна», Тэмсин Стюарт многократно пыталась связаться со своим братом, но он отбыл из города на рыбалку и мобильный его был безответен.
В понедельник наступал крайний срок оплаты партии дорогостоящих обоев из шелка, заказанных для декорирования приобретенной Даниэлем на продажу недвижимости. Поставщики одолевали дизайнершу звонками, желая заручиться гарантией, что вся сумма долга будет погашена в срок, однако Тэмсин такого ручательства дать не могла без санкции Даниэля.