Испытание огнем

Розенберг Нэнси Тейлор

— Но что же ты все-таки видел? — спросила его Холли, скрестив руки на груди. — Если ты был в той же комнате, Рэндалл, как мог ты не увидеть того, что там происходило?

— Там было много дыма и практически ничего нельзя было разглядеть, — ответил он задумчиво. Его глаза внезапно заблестели. — Послушайте, если я почувствовал запах горевшего тела, то скорее всего старик действительно был в той же комнате. Думаю, Стелла заранее достала спички и жидкость, оставила их поблизости, а потом мы с ней уснули. Ее отец, видимо, решил войти к ней в спальню, чтобы снова пробрать за непростительное легкомыслие. В этот момент она проснулась, плеснула на него жидкость и зажгла спичку.

— Позволь

мне задать тебе еще один вопрос, — обратилась к нему Холли. — Если ты знал, что эта трагедия произошла по вине Стеллы, то почему собрал вещички и быстренько удрал из Хьюстона? Почему же ты сбежал, если чувствовал себя невиновным? Неужели ты не понимал, что твое бегство будет расценено полицией как главное доказательство твоей вины? Ты должен был знать, что тебя станут разыскивать в качестве подозреваемого.

— Я любил ее, — сказал Рэндалл, — а бедняжка была так изуродована. От ее красоты не осталось и следа. Как я мог явиться в суд и рассказать правду о том, что случилось, прекрасно понимая, что из-за моих показаний ее посадят в тюрьму? Могли я поступить так с женщиной, к которой был неравнодушен?

Уинтерс наклонился к Холли и прошептал ей на ухо:

— Шестнадцать лет назад он готов был все свалить на нее. В досье есть его заявление.

В комнате на минуту воцарилось молчание. Затем Холли хлопнула ладонью по столу и попыталась вывести Рэндалла из себя.

— Ты хочешь накормить нас дерьмом, Рэндалл, — яростно сказала она. — Ведь ты мог промолчать тогда! Однако, когда наши люди впервые встретились с тобой вскоре после пожара, ты без колебаний указал на Стеллу как на виновницу происшедшего. Если бы не твое заявление, детектив Уинтерс никогда бы не решился арестовать ее. Только после того, как ты трусливо сбежал из города, прокуратура вынуждена была прекратить расследование этого дела, поскольку ты был единственным свидетелем.

Плечо Рэндалла стало нервно подергиваться. Теперь, наконец, он вспомнил этого старого пердуна. Прошло много лет, и он совершенно забыл, как выглядел Уинтерс тогда. В те времена он не носил широкополую ковбойскую шляпу.

— Но ведь вы могли легко найти меня, — продолжал он спорить. — Однако ко мне никто не приходил, никто меня не разыскивал.

— Разве ты жил не под чужим именем? — хитро спросил Уинтерс.

— Ну-у-у, да, — неохотно признал Рэндалл. — Но для такого опытного полицейского, как ты. Карл, думаю, это не было неразрешимой проблемой.

— Повестка в суд, которую выписали на твое имя, действовала в пределах штата, — объяснила Холли. — Судье показалось тогда, что дело это недостаточно серьезное, чтобы объявлять федеральный розыск. Хотя мы, конечно, могли обвинить тебя в пренебрежительном отношении к суду, — добавила она. — Да и сейчас можем это сделать, так как без особого труда докажем, что ты скрывал информацию об убийстве.

— Я не хочу слушать всю эту чушь, — неожиданно закричал Рэндалл и вскочил. — Насколько мне известно, я еще не арестован. Я пришел сюда добровольно, чтобы предоставить вам нужную информацию, чтобы просто помочь вам. И вот тебе, пожалуйста — вы обращаетесь со мной, как с каким-то кровожадным убийцей. Да пошли вы все к черту! Вы решили устроить все это, чтобы добиться от меня признания в преступлении? Или это попытка запутать свидетеля?

— Сядь на место, — гаркнул на него Уинтерс. Рэндалл довольно хорошо сыграл роль крутого парня, но он оказался намного умнее, чем детектив предполагал все это время.

— Нет, я не намерен садиться, — резко парировал Рэндалл, он был крайне возбужден. — Я пожертвовал своей стипендией в Нотр-Даме! Из-за всего этого дерьма убежал из города и скрывался в другом штате, как какой-то бездомный. И все это мне пришлось

пережить только из-за того, что я не хотел давать показания против нее. Вы, вообще говоря, можете представить себе, как много значила для меня эта потеря? Еще мой отец играл в Нотр-Даме! — Рэндалл так разгорячился, что стал взволнованно ходить по комнате. — Всю свою сознательную жизнь я мечтал попасть в эту школу и играть за ее команду. Если бы не Стелла, то я уже давно бы стал профессионалом и обеспечил себя на всю оставшуюся жизнь. А что же делаю я? Я до сих пор тренирую толстозадых школьников и ломаю голову над тем, как мне заплатить за жилье. — После этих слов он остановился и посмотрел на сидевших за столом людей. — Я могу идти? Если вы решили задержать меня здесь против воли, то вам придется арестовать меня и зачитать мне мои права.

Пока продолжался допрос, Фрэнк Майнор спокойно стоял в углу, молча слушал и наблюдал за происходящим. Для человека, которому всего несколько недель назад исполнилось тридцать лет, он слишком быстро пробирался вверх по служебной лестнице. Когда Холли вопросительно посмотрела на него, он молча кивнул головой. Он тщательно анализировал полные противоречий показания Рэндалла, пытаясь определить, можно ли из всего этого состряпать добротное дело.

— Ты можешь идти, — недовольно сказала Холли. — Если нам понадобятся какие-либо дополнительные сведения, мы свяжемся с тобой.

Уинтерс выключил магнитофон и встал из-за стола, собираясь уйти вслед за Рэндаллом. Холли подошла к Майнору и прошептала:

— Не очень благоприятные показания для Стеллы, не правда ли? Как ты думаешь, это все вранье, или в том, что он рассказал, есть доля правды?

— Почему ты думаешь, что он врет? — равнодушно ответил Майнор и направился к двери.

Рэндалл в этот момент уже открыл дверь, чтобы выйти из комнаты, но вдруг застыл как вкопанный. Лицо его выражало ужас. В коридоре, у входа в комнату, стояла Стелла. Только несколько футов разделяли ее и семейство Рэндалла.

Увидев Рэндалла, Стелла вспыхнула, бросилась вперед и сильно ударила его по лицу.

— Ты ублюдок! — закричала она, вонзая острые ногти в его правую щеку и раздирая ее до крови. Затем она убрала волосы со своего лица и снова закричала: — Посмотри, что ты со мной сделал, подонок! Если бы я знала, что смогу легко отделаться, то убила бы тебя голыми руками! Я бы задушила тебя прямо сейчас!

Холли попыталась схватить ее за руку, чтобы оттащить в сторону, но Стелла вырвалась и плотно сжала кулаки, собираясь снова наброситься на Рэндалла. Его жена при виде этой сцены тихо скулила, а дети громко плакали, обхватив ручонками ее ноги. Несколько сотрудников прокуратуры услышали шум и быстро направились к комнате для допросов из другого конца коридора. В этот момент к Стелле подскочил Уинтерс, обхватил ее обеими руками за талию, поднял вверх и поставил на пол в нескольких метрах от Рэндалла.

— Если вы сделаете хотя бы одно липшее движение, — грозно предупредил он, с трудом сдерживая гнев, — я надену на вас наручники. И мне плевать, кто вы там на самом деле.

Пока Фрэнк Майнор и другие сотрудники провожали Рэндалла к выходу, Холли подошла к Уинтерсу и объяснила тому, кто такая Стелла. В суматохе схватки он не узнал ее, хотя неоднократно видел по телевизору. Сейчас она выглядела совсем по-другому. Ее волосы прикрывали правую часть лица, которое к тому же было покрыто слоем пудры и крема. Впервые увидев ее на экране телевизора, он сразу подумал, что она, должно быть, перенесла довольно серьезную пластическую операцию. Восстановительная хирургия, как известно, существенным образом меняет черты лица. Резкие границы шрама удалось сгладить, но при этом изменились и черты ее лица.