Испытание огнем
Шрифт:
При слове «хавчик» желудок Томаса заурчал. О еде-то он и не подумал. Если с водой порядок — в уборной ее предостаточно, — то пищи нет и в помине.
— Точно, — сказал Минхо. — Эрис, говори. Все выкладывай.
Новичок сидел как раз напротив Томаса. Двое глэйдеров по обе стороны от него отодвинулись к краям койки.
— Ну уж нет, — покачал головой Эрис. — Вы первые.
— Серьезно? — ответил Минхо. — Вот как наваляем тебе сейчас. Все, по очереди. А после снова попросим говорить.
— Минхо, — строгим голосом
— Да ладно, чувак! — Минхо указал на Эриса: — Он сто пудов один из Создателей. Его ПОРОК прислал следить за нами. Вдруг это он прикончил наших спасителей? Двери заперты, никто посторонний войти не мог! Новенький достал уже понтоваться. Нас двадцать, он один. Пусть первым говорит.
Томас застонал про себя. Эрис ни за что не расколется под угрозами Минхо. Ньют, вздохнув, обратился к новичку:
— Минхо прав. Расскажи, как ты выбрался из чертова Лабиринта. Мы сами через него прошли, но тебя не видели.
Потерев глаза, Эрис посмотрел на Ньюта.
— Ладно, слушайте. Меня закинули в гигантский Лабиринт из каменных стен, а до того я ничего не помню. Память стерли, оставили одно имя. Я жил там с девчонками: их где-то полсотни было, — единственный парень. Пару дней назад мы сбежали оттуда, и люди, которые помогли нам, устроили нас в спортзале. Прошлой ночью меня перевели сюда и ничего не объяснили. Вы сами-то как в Лабиринте оказались?
Последние слова Эриса потонули в удивленных возгласах. Эрис рассказал о быте, схожем с их собственным, так легко, словно описал прогулку на пляж. Не может быть, безумие! Но… если это правда, то вещи куда сложнее, чем кажутся, масштабнее. К счастью, Ньют высказал вслух то, что Томас пытался сформулировать:
— Погоди. Вы жили в огромном Лабиринте, на ферме, за стенами, которые каждую ночь закрывались? Ты и несколько десятков девчонок? Ты знаешь о тварях, гриверах? Тебя прислали на ферму последним? И все с ума посходили, так? При тебе была записка с предупреждением, и ты несколько дней провалялся в коме?
— Э-э-э! — произнес Эрис еще до того, как Ньют закончил перечислять предполагаемые события. — Откуда ты знаешь? Как…
— Все это один, бодать его, эксперимент, — заключил Минхо, утратив всякую агрессивность. — Или еще что… У них были девки и один пацан, а у нас пацаны и одна девка. ПОРОК затеял два параллельных теста!
Такого расклада Томас не исключал. Наконец он успокоился и спросил у Эриса:
— Тебя называли провокатором?
Расстроенный не меньше остальных глэйдеров, Эрис кивнул.
— Ты умеешь… — Томас не договорил. Казалось, произнося эти слова, он признается миру в своем безумии. — Ты умеешь мысленно общаться с кем-нибудь из девчонок? Ну, как телепаты?
Эрис впился в Томаса таким взглядом, будто глэйдер только что раскрыл темнейший из секретов, известный лишь двоим.
«Слышишь меня?»
Томас решил, что Эрис говорит вслух, но губы новичка
«Слышишь?» — повторил Эрис.
Чуть помедлив, Томас сглотнул и ответил: «Да».
«Ее убили, — продолжил Эрис. — Убили мою подругу».
Глава шестая
— В чем дело? — спросил Ньют, переводя взгляд с Томаса на Эриса. — Сидите смотрите друг на друга как голубки влюбленные.
— Он как я, — ответил Томас, по-прежнему глядя на Эриса. Его последние слова о смерти телепатического партнера ужаснули Томаса.
— В каком смысле? — спросил Фрайпан.
— Сам не видишь? — подал голос Минхо. — Новенький тоже уродец типа Томаса и Терезы. Они без слов общаются.
— Серьезно? — Ньют уставился на Томаса.
Кивнув, тот уже хотел мысленно задать вопрос Эрису, однако в последний момент передумал и произнес вслух:
— Кто ее убил? Как это произошло?
— Кто кого убил? — растерялся Минхо. — При нас давайте без кланка в духе вуду.
Томас, ощутив, как наворачиваются слезы, отвел взгляд от Эриса и посмотрел на Минхо.
— У него, как и у меня, был партнер. В смысле… у меня он еще есть. Эрис говорит, его партнера убили, и я хочу выяснить кто.
Эрис уронил голову и как будто закрыл глаза.
— Я точно не знаю, кто они. Все перепуталось… Я плохих от хороших не отличал. Кто-то заставил Бет… зарезать… мою подругу. Ее звали Рейчел, и она мертва. Мертва!
Эрис спрятал лицо в ладони.
Непонимание сделалось просто невыносимым. Все говорило за то, что Эрис прибыл из иной версии Лабиринта, устроенного примерно как Лабиринт Томаса, только предназначенного для девчонок и одного парня. Эрис у них — как Тереза у глэйдеров, а Бет — за Галли, убившего Чака. Так может, Галли должен был метнуть нож в Терезу?
Тереза… Где она сейчас? Чего ради сюда запихнули Эриса? Головоломка, чуть было не сложившаяся в четкий рисунок, вновь распалась на кусочки.
— Как ты здесь очутился? — спросил Ньют. — Где девчонки, о которых постоянно говоришь? Сколько их сбежало? Тебя к нам одного отправили или вместе с общиной?
Томас невольно пожалел Эриса: такой допрос после всего пережитого. А если бы Тереза и Чак поменялись ролями… Смерть Чака и без того больно ранила.
«Больно ранила? — сам себя спросил Томас. — Или едва не убила?»
Томас чуть не заорал в голос. Так хреново сделалось в этом мире.
Эрис наконец оторвал взгляд от пола и без малейшего стыда утер слезы. Томас проникся к пареньку внезапной симпатией.
— Послушайте, — обратился к глэйдерам Эрис. — Я не меньше вашего запутался. Со мной девчонок спаслось человек тридцать. Потом нас спрятали в спортзале, накормили, отмыли. Меня на ночь заперли в этой комнате. Типа я парень и спать должен отдельно от девочек. А тут вы, шпеньки, нарисовались, вот и все.