Испытание огнем

Калашник Михаил Харитонович

– Кудяшкин - парень очень скромный, - рассказывал мне потом Борис Иванович Пророков. - Сначала никак не хотел, чтобы я рисовал его: какой, дескать, он герой! Но потом все же согласился.

Незадолго до 25-й годовщины Октября секретарь редакции К. И. Поздняев и художник Б. И. Пророков принесли мне серию рисунков. Здесь были дружеские шаржи на снайпера И. М. Бабаяна, за короткий срок уничтожившего 30 гитлеровцев, на пулеметчика Никиту Карнауха, захватившего в плен немецкого офицера вместе со знаменем фашистского полка, и на других прославившихся воинов. К каждому рисунку прилагались стихи. Общий заголовок: "Истребивший фашиста боец - запевала Октябрьского праздника". Вскоре эта подборка была напечатана

в газете. Рассматривая рисунки Б. И. Пророкова, ставшего впоследствии народным художником СССР, лауреатом Ленинской премии, и читая острые, звонкие стихи К. И. Поздняева, фронтовики искренне завидовали героям боев и мечтали как о великой чести когда-нибудь увидеть и себя в подобной художественной галерее.

Боевое предоктябрьское соревнование развертывалось все шире. Каждый стремился встретить славный 25-летний юбилей Советского государства достойными ратными делами.

Командиры, политработники, партийные и комсомольские организации широко популяризировали опыт передовиков, добивались, чтобы соревнование ежедневно приносило конкретные результаты. Если вначале основным, можно даже сказать, единственным показателем соревнования был боевой счет, число уничтоженных гитлеровцев, то теперь в социалистических обязательствах появились новые пункты: настойчиво учиться военному делу, помогать молодым, необстрелянным бойцам. Это было очень важно, так как части стали получать пополнение, в котором было много необученных солдат.

Обязательства, как правило, успешно выполнялись: снайперы готовили себе напарников - обучали молодых бойцов меткой стрельбе, умению пользоваться оптическим прицелом, мастерству маскировки; лучшие пулеметчики в часы затишья прямо в окопах проводили с новичками занятия по изучению пулемета и правил ведения огня; связисты учили новобранцев наводить и восстанавливать связь в сложных боевых условиях; артиллеристы и танкисты боролись за превращение орудийных расчетов и танковых экипажей в отличные боевые коллективы, где при необходимости каждый мог бы заменить в бою товарища. И, как всегда, тон во всем задавали коммунисты и комсомольцы - передовики соревнования. Партийные и комсомольские организации осуществляли деловой контроль за выполнением принятых обязательств.

Ходом боевого предоктябрьского соревнования постоянно интересовались работники политотдела армии. Мы проверяли, насколько предметно руководят этим делом командиры и политработники. По заданию Военного совета специально для проверки выполнения предоктябрьских обязательств в соединения и части выезжали группы офицеров политотдела и политработники армейского резерва. Возглавляли группы мой заместитель В. Н. Котенко и начальники отделений. Сам я с несколькими товарищами еще раз побывал тогда в 81-й морской стрелковой бригаде, знакомился с работой ротных партийных организаций.

– Советую поговорить с парторгом седьмой роты Павлом Прокофьевичем Крутым, - сказал мне Потоцкий. - Очень интересный человек. Я сейчас позвоню ему, пусть придет сюда.

– Зачем отрывать человека от дела? Лучше сами побываем в роте.

– Правильно, - поддержал командир бригады. - Я тоже пойду с вами, если не возражаете.

И вот мы в седьмой роте. Чтобы разыскать парторга, не потребовалось много времени - Павла Крутого тут знали все.

До войны Крутой был колхозным бригадиром и одновременно секретарем комсомольской организации. Несмотря на молодость, степенный, рассудительный. Привыкший любое дело выполнять с присущей рачительному человеку обстоятельностью, он и на фронте отличался прилежностью, строгой исполнительностью.

– Война - тоже работа, - рассуждал он. - Опасная, конечно, трудная, но работа, и выполнять ее надо с душой, иначе не будет толку... Мало всем сердцем ненавидеть фашистов, надо беспощадно истреблять

их. Но они ведь тоже не лыком шиты, на ура их не возьмешь. Вот мы и решили на партийном собрании, чтобы каждый коммунист был передовым и в бою, и в овладении военным делом. Чтобы бить фашистов, одной храбрости мало, нужно уметь воевать. Мы рассудили так: пока есть время, пока находимся в обороне, можно кое-чему подучиться, чтобы потом смелее и увереннее наступать.

Павел Прокофьевич показал мне решение партийного собрания, в котором было записано, что коммунисты, включаясь в предоктябрьское соревнование, обязуются быть первыми в бою и овладеть несколькими военными специальностями.

В роте в перерывах между боями стали регулярно проводиться занятия по изучению ручного пулемета. Молодые красноармейцы с помощью бывалых воинов овладевали навыками гранатного боя, учились стрелять из противотанкового ружья. Вскоре в подразделении была достигнута почти полная взаимозаменяемость: стрелок мог в случае необходимости заменить пулеметчика, автоматчик - истребителя танков и т. д. Кандидат в члены партии сержант Фролов подготовил не предусмотренное штатным расписанием отделение разведчиков, которое несколько раз успешно проводило ночные поиски, выходило в тылы вражеских войск.

Об авторитете парторганизации, ее благотворном влиянии на людей свидетельствовал рост ее рядов. Только за три месяца в партию было принято более сорока бойцов и командиров роты. Ни один бой не проходил без того, чтобы в нем не отличились коммунисты. Члены и кандидаты партии активно участвовали также в агитационно-пропагандистской работе.

Любая полезная инициатива на фронте быстро находила последователей. Участвуя в боевом предоктябрьском соревновании, коммунисты и комсомольцы минометного дивизиона той же 81-й морской стрелковой бригады - командиры батарей, огневых взводов и орудийных расчетов - организовали подготовку запасных наводчиков, добились значительного сокращения расхода боеприпасов на пристрелку целей. Партийная и комсомольская организации дивизиона постоянно помогали командованию в укреплении дисциплины, в политическом и воинском воспитании минометчиков. За короткое время метким огнем батарей минометного дивизиона было уничтожено 109 вражеских автомашин и 19 повозок с грузами, 5 станковых пулеметов, 2 минометные батареи, разбито 10 дзотов и блиндажей.

Предоктябрьское соревнование во многом способствовало широкому размаху снайперского движения. Число снайперов в каждой части росло изо дня в день. Наиболее опытные из них обучали своему делу новичков, которые нередко очень быстро опережали учителей по числу уничтоженных захватчиков. Скалы, ущелья, заросли кустарника позволяли близко подбираться к вражеским окопам и бить без промаха. К празднику Октября боевой счет некоторых снайперов перевалил за сотню, а командир одного из взводов 318-й стрелковой дивизии лейтенант Леонид Буткевич к этому времени имел на своем счету уже более двухсот уничтоженных фашистов.

"Увидел гитлеровца - убей его! Каждый меткий выстрел по врагу приближает нашу победу!" - писали газеты.

Каждый, кому вручалась винтовка с оптическим прицелом, считал это большой честью и старался делом оправдать оказанное ему доверие.

Снайперы в горах - большая сила. Это понимали все - от рядового бойца до генерала. Политотдел армии всячески содействовал развитию снайперского движения. На митингах и собраниях, в лекциях и беседах мы не упускали случая подчеркнуть, что успех в обороне в значительной мере зависит от огня снайперов, от их количества и мастерства. Работники комсомольского отделения политотдела во главе с П. И. Кузнецовым поставили себе целью, чтобы все комсомольцы - бывшие охотники, ворошиловские стрелки, бывшие активисты стрелковых секций Осоавиахима стали снайперами.