Исповедь. Часть 2

Милена Арден

Ира вошла в кабинет, и я машинально окинул ее изучающим и оценивающим взглядом, под натиском которого, Маркина залилась краской, но гордо подняв голову, подошла к моему столу. Кем она была? Бедной и наивной овечкой, готовой бежать куда укажут или опасной львицей, которая вышла на охоту, выстраивая какие-то свои планы? Подобные эксперименты однажды могут ударить по карману, но я был готов раскошелиться. Сегодня я, как никогда был щедр!

–Хорошо выглядите, Ирина Юрьевна. Но, по-моему, расстегнутых пуговиц слишком мало, – усмехаюсь хищной улыбкой, опуская взор на откровенное декольте секретарши. Ее грудь красиво вздымалась от участившегося дыхания.

Так дышали пышной грудью, барышни, перетянутые корсетами.

–В зависимости от того, с какой целью Вы меня вызывали, я могу подумать, стоит ли расстегнуть еще парочку, Никита Алексеевич, -уверенно отвечает Маркина, словно давно вынашивала зазубренную фразу, выжидая лишь подходящего момента.

–Интересно, какие же цели предполагают этот скромный стриптиз?

–Может и не скромный. Но все зависит от жалования, – я засмеялся, запрокинув голову назад. Не в глаз, а в бровь! Вот же сука продажная. Я, конечно, предполагал, но такой наглости не ожидал. Хотя, похвально, знает, чего хочет.

–Такими темпами мне проще шлюху по устоявшемуся тарифу заказать, – фыркаю с презрением я.

–Мне заказать для Вас проститутку? – невозмутимо спрашивает Ира, выгибая дугой одну бровь.

–А ты и в проститутках разбираешься, что ли?

–Вы многие мои таланты не замечали и недооценивали, Никита Алексеевич, – для меня это прозвучало как вызов. Я откинулся на спинку кресла, похлопав ладонью по своему колену, не сводя взгляда с девушки, которая откровенно предлагала свои услуги. И она знала, что продемонстрировать. Опустилась передо мной на колени, расправившись с ремнем и вжикнув молнией на моих брюках. Освободила плоть, что была в полной боевой готовности и умело обработала, став жадно сосать прибавку к своей зарплате.

–Эх, такого кадра бордель потерял, – усмехаюсь, своеобразно похвалив “талант” Маркиной. Остановив девушку, я поднялся, глядя на нее сверху вниз и, запустив руку в копну рыжих волос, надавил на затылок, взывая к продолжению, скользя твердой головкой по припухшим губам профессионалки. Вытащив полы рубашки, я развязал галстук, наблюдая за “работой” своей помощницы, подаваясь бедрами глубже в ее горячий рот. Она же, остановилась, обводя кончик члена языком, и поднялась, потянувшись к моим губам. Сжав рукой ее лицо, отвернул ее от себя.

–Во-первых, я не целуюсь со шлюхами. А во-вторых, не целуюсь после минета. Ощущение того, что облизываешь свой член, не особо меня заводит. А в-третьих, я не закончил, – властно надавливаю рукой на ее плечо, заставляя опуститься обратно на колени. Я не собирался трахать свою секретаршу. Да и на такое окончания рабочего дня я не рассчитывал, но если попалась такая безотказная барышня, которая взяла в рот по первому мановению пальцем, то почему отказывать себе в удовольствии. Я решил проверить насколько далеко готова зайти Маркина в своих алчных порывах, а в награду получил дозу удовлетворения, сбросил груз, прямиком в ее продажный ротик и отчасти на грудь, рвущуюся на волю из декольте.

–Оценю твои старания в денежном эквиваленте. Сумма зависит от качества, Маркина, как думаешь, насколько тянет твой минет? – я вывел Ирину своим безразличием, обломав все ее надежды на секс на письменном столе. Не дожидаясь ответа, привел себя в порядок и собрался на выход.

–Свет погасишь, как будешь выходить. Всего доброго, Ирина Юрьевна, – вот такие у меня были отношения. При опытной женщине под боком, я искал утешения на стороне. Потому что не мог сполна получить того наслаждения, которого требовало не только мое

тело, а душа и сердце. Выискивая в представительницах платной любви ту, которая будет похожа на Нее, представлял Ее, бредил Ею.

С Ритой мы ни разу не виделись чуть меньше года. Наши встречи сводились исключительно к тому, что мы пересекались на днях рождениях своих общих друзей. Не более того. Друг друга со своими днями рождения мы холодно поздравляли в смс сообщениях. Даже не отвечая на них благодарностями.

И вот очередная наша встреча предстояла нам на празднике Васильева Владислава Сергеевича, которому Ритка приходилась крестной. Потому все бросит, но к Владьке приедет.

Что со мной творилось, когда я увидел ее?! Со всей былой ненавистью, я вспомнил, как велико это чувство по отношению к ней. Но я лгал себе, убеждал себя, что именно ненависть заставляет мое сердце галопом нестись куда-то в пропасть. Как моментально возрастает желание притянуть ее, обнять, зарыться носом в черные как смоль волосы, вдохнуть аромат ванили и задохнуться им. Как манят губы, накрашенные красной помадой. Как хочется коснуться родинки над верхней губой, едва ощутимо, подушечками пальцев. Как хочется поцеловать каждую родинку на ее теле. Хочется раствориться в ней, пропасть, забыться и бесконечно любить. Я был контуженный этой любовью к ней.

И только опомнившись от того, как глубоко меня окунуло в чувства к ней, что я таил в себе, как спящий вулкан, внезапно проснувшийся от этой спячки, замечаю ее хахаля. Точнее я увидел машину. А Рита открыла переднюю дверь со стороны пассажира, выпорхнув с авто. Если бы ее привез водитель – она бы разместилась на заднем сидении. А тут все было очевидно, и даже тонировка в дым, отчетливо вырисовала мне всю суть картинки, которую Дорофеева лишь подтвердила своей лукавой и маняще-игривой улыбкой, брошенной напоследок тому, кто был за рулем Тойоты Прадо.

Я вспыхнул яростью, забыв про то, что пришел на этот вечер со своей спутницей. Я вообще последние несколько дней забывал о ней, с головой погружаясь в работу и умышленно задерживаясь в офисе. Каково было мое удивление, когда мисс Хилл решила явиться после окончания рабочего дня, когда в офисе остались я и Маркина. Но, уверяю, в этот вечер я был занят своими делами и мне было абсолютно плевать на полупрозрачную шифоновую блузку и короткую юбку. Маркина даже попыталась прямо намекнуть, касаясь руками моих плеч, разминая их. Брезгливо откинув ее руки, я велел ей уйти и, либо заняться работой, либо идти домой и не маячить у меня перед глазами. Ирина обиделась, крикнув в мой адрес непристойные угрозы о том, буду сидеть и “качать мышцы” правой руки и удовлетворять себя сам. В наказание, руки качала Ирина Юрьевна, получив от меня два реестра документов, которые нужно было проштамповать. Будет она мне диктовать свои условия. Кто платит – тот и заказывает музыку. И лучше бы Ирочке не выпендриваться, чтобы я не заказал для нее похоронный марш.

Алиша подоспела как раз в момент моего отходняка, потому что я вскипел, сорвавшись на помощнице. Да и на Алише я срывался довольно часто. И за четыре года не позволил ей задержаться у меня дома дольше, чем на ночь. Не хочу, чтобы она привыкала, а уж тем более, чтобы начала себя ощущать хозяйкой. Она усердно пыталась захватить мои холостяцкие покои. Да! Именно холостяцкие, потому что я не собирался признавать серьезность отношений, даже несмотря на то, что они были длительные. Но мое упрямство было непробиваемо. Потому мы с мисс Хилл чаще были на расстоянии, чем рядом.