Исповедь оборотня
Шрифт:
дежурный с нарядом милиционеров, для руководства, обеспечения и поддержания порядка в
доверенном заведении, милиционеры, осуществляющий наблюдение за лицами,
помещенными на вытрезвление и принимает и размещает по указанию дежурного; водители
с патрульными, на специально оборудованных автомобилях с надписью "Спецмедслужба"
для подбора пьяных; фельдшер медицинского вытрезвителя.
Для большей убедительности, в качестве примера, возьмём среднестатистического
человека,
условный гражданин, в силу различных причин, решил немного выпить. И вот, он уже пьян.
Где, с кем, когда, по какому поводу и сколько, совершенно не имеет значения. Важно то, что
он, как в комедии Леонида Гайдая: «Бриллиантовая рука», «дошёл до кондиции». Дойти то,
он дошёл, но есть ещё одна проблема: нужно теперь добраться до дома. Вышел на улицу, и
вот, идёт себе, идёт, как в застольной песне поётся: «Шумел камыш, деревья гнулись…».
Думаю, все видели такую картину. И такие люди становятся объектом не только вашего
внимания, но и тех, кто ищет лёгкой наживы. Что произойдёт дальше, объяснять не надо, вы
и сами прекрасно знаете. Иногда позже иногда раньше, но вскоре подъезжает машина:
«Спецмедслужба», выходят милиционеры и подходят к нашему гражданину. В момент
задержания, как обычно, наш гражданин, не понимает, что происходит, практически не
ориентируется на местности. Понятно, что будет доставлен в медицинский вытрезвитель и
помещён в палату до вытрезвления. На следующие сутки, проспался, наконец-то протрезвел,
голова болит, похмельный синдром упорно напоминает о себе. Вот, его выводят из палаты в
дежурную часть, что-то говорят, дают расписаться, выдают вещи, одежду. Тут он, может
быть не сразу, начинает смутно понимать, что почему-то не стало денег, или каких-то вещей,
которые у него были. Что охватывает нашего гражданина? В первую очередь, обида, злость,
потом возмущение, уязвлённое самолюбие. Жизнь пошла не по тому сценарию. Как так? Он
усиленно старается вспомнить, но кроме того, как шёл (куда, часто не важно) и считал, что у
него всё прекрасно, больше ничего не помнит. Очнулся в «ментовке», ни вещей, ни денег.
Вывод один, забрали «менты». Основная масса граждан так и думает. И теперь начинается
совсем другое кино. Он, обиженный и оскорблённый, обращается в прокуратуру, пишет
жалобы в инстанции, начинается поиск истины в правоохранительных органах. Где-то в
глубине души есть сомнение, что он сам мог где-то потерять, но в это не хочется верить.
Тогда ему ничего обратно не вернуть, и деньги, и вещи будут утеряны навсегда. Да и
ситуация
действительное очень сильно разнятся. Прокуратура, в свою очередь, вникая в суть
происходящего, полностью поддерживает его. Подначивает, ищет зацепки для себя, но при
этом, совершенно не обращая внимания на то, что наш гражданин был просто пьян и
находился в общественном месте, среди людей. Другими словами, для прокуратуры, пьяный
гражданин на улице, стал нормой поведения, нормой жизни. Как раз это и есть самое
страшное в этой ситуации, в жизни нашего общества. Человек всегда шёл по пути
наименьшего сопротивления, или туда, куда направят. И тут, тоже стандартный случай.
Поиск истины правовиков, не всегда заинтересованность, нужен ещё твёрдый рассудок,
контроль за соблюдением законности, защита этих законов. А не избирательность выгоды и
личных амбиций. Чего, к сожалению, часто не хватает в правоохранительных органах.
Нужно понимать, что под нарушением законности, нужно понимать, первую очередь,
появление в общественном месте в состоянии опьянения. Остальное, уже последствие
нарушений этой законности. Считаю, что правовое государство будет тогда правовым, когда
в нём будут соблюдаться все основные принципы законности. Кода юрист, будет защищать
закон, а не отдельные личности этого заведённого дела, выбирая для себя нужное и
отбрасывая ненужное.
В разные периоды, отношение к медицинским вытрезвителям, начальством, силовыми
структурами, менялось отнюдь не в лучшую сторону. Это, как у нерадивого родителя
нелюбимый ребёнок. Со стороны прокуратуры, Управления Собственной Безопасности,
соответственно и начальства проводились постоянные прессинги. В таких условиях
выполнять свои служебные обязанности сотрудникам вытрезвителя, становилось всё
сложнее и сложнее. Чуть ли не за каждым велась слежка. В их арсенале были микрофоны,
диктофоны, камеры, подставные лица, плюс, неожиданные проверки. Любой, находящийся в
состоянии опьянения, побывав в этом учреждении, мог пожаловаться, по любому поводу и
без повода, на сотрудника медвытрезвителя. При первом же сигнале, эти контролирующие
органы, приступали к тщательной проверке своих подопечных «корыстных» работников.
Рянно приступали к работе не потому что, душой и телом радели за законность, за тех
«обиженных и оскорблённых», а в этом виделась простая выгода в улучшении своего
положения в карьерном росте, в авторитетности. Это, как по законам джунглей: « Сильный