Исповедь кардера - 2
Шрифт:
Итак, чел попал в беду. Надо выручать однозначно, это не обсуждается. Но чем мне может грозить помощь ему? Первое. Через него на меня могут выходить ребята из органов. Второе. Чел попал на бабки, и ему не хватает на откуп или что-нибудь в этом роде. Ну и третье. Все, что он сказал, правда.
Как бы то ни было, помочь надо. Деньжат сейчас немного есть, можно и занять. Если не вернет, пусть на его совести будет, хотя о какой совести может идти речь, когда я сам эти деньги украл.
В отличие от Макса я деньги хранил в банках еще как. Правда, никогда не держал
На карточке «Уралсиба» оставалось еще две с половиной штуки. Пока ехал, соображал, как передать деньги. Если наличкой, то в руки, но что, если «хвост»? Веб-мани или другая электронная валюта не катит, компа у него вроде сейчас нет. Я решил снять 500 гринов и оставить на карте две штуки. Карту заложу в какое-нибудь надежное место, а ПИН-код озвучу в аське. Соответственно, лично встречаться не надо будет. Так и начал делать.
Карту заложил под платформой станции Девяткино. В офлайн-аську написал ПИН-код и сообщение, где конкретно лежит карта. И завалился спать. А снилось мне тогда весьма интересное.
Лес. Глухой сосновый лес, настолько частый, что, казалось, на коне не проедешь. Поэтому, оставив коня и привязав его к дереву, я пошел сквозь чащобу. Я как будто знал, куда идти. Пройдя около полукилометра, я вышел на поляну, в центре которой стоял большой трехэтажный дом. Несмотря на то что вокруг не было и отголоска цивилизации, дом выглядел намного ее опередившим. Строение будто бы состояло из квадратов и прямоугольников. Везде натыкано куча антенн и тарелок. На самом верху была площадка, из которой выступала башня в два этажа, также напичканная всякого рода антеннами. Все стены здания были как будто зеркальные. Не видно ни окон, ни дверей, сплошное затемненное зеркало. Вдруг одна стенка разъехалась и оттуда вышел человек. Он помахал мне рукой, и я двинулся в его направлении. Подойдя ближе, я узнал его, это был Макс.
— Ну наконец-то ты вернулся, мы уж заждались.
— Привет, Макс, как дела? Что происходило, пока меня не было?
— Да ничего особенного, почти. Все как обычно, каждый день учимся и творим новые продукты.
— Работу над вирусом закончили? И что значит почти? — откуда-то я знал, что спрашивать, слова сами вылетали из уст.
— Вирус закончили, ребята даже название придумали. СЛОВО — современный ловкий объект вирусной обработки. Тупо, но прикольно. Ну и это наша первая крупная разработка, а первым, как ты знаешь, при Сотворении было Слово, — он улыбнулся.
— Ну а про «почти» что?
— Ну мы тебя все ждали-ждали. Тебя все нет и нет. Мы и решились сами его протестить. Сначала, как обычно, проверили на паливо. Тут все о'кей было. Потом решились внедрять.
— Куда внедряли?
— Как обычно, в банковские системы наших потенциальных врагов.
— Понятно, и что далее?
— А то, что удалось вычислить еще один вирус, уже гуляющий там.
— Это как?
— А вот так. Кто-то раньше нас запустил туда своего червячка. Причем червячок не обычный.
— Что показал тест? Открыть вирус сумели?
— Открыть-то сумели, но толку? Он написан на каком-то новом языке, который взаимодействует со всеми имеющимися на данный момент. Его, видимо, поэтому особо и не закрывали, языка этого все равно никто не знает. Получается, что мы пыжимся тут, обходясь известными нам языками, а кто-то, мало того что новый язык ввел, так и сумел наладить его взаимодействие.
— И что ты думаешь по этому поводу?
— Изька, нас кто-то реально опережает. Причем это или хакер-гений, что маловероятно, или четко слаженная команда, работающая на кого-то, подобно нашей.
— Да уж. Грустно осознавать, что это все-таки второе. Но кто? Наши соотечественники вряд ли, мы бы знали. Американцы, китайцы?
— Один из кодеров также высказал предположение, что это все-таки кто-то с Востока. Изучив систему языка, он нашел что-то схожее с иероглифами. Как будто за основу взята система составления иероглифов. Так что, скорее всего, это или китайцы, или японцы. Хотя могут и корейцы, они со своим ядерным оружием уже всех удивили, могут и тут кузькину мать показать всему миру.
— Ладно. Доложу начальству, пусть сами думают. Что с бытовухой, запасы подвезли?
— Да, вчера приезжали. Так что хавки еще на месяц хватит. Изь?
— А?! — я задумался над тем, как лучше рассказать кураторам проекта о найденном вирусе, и Макс поймал меня врасплох. — Что, Макс?
— Это. Ну как тебе сказать. Короче, сидели мы тут два дня назад с ребятами. Как обычно, пивко попивали, но у ребят недовольство появляется сильно выраженное.
— Что еще? Платят вам так, как в Москве не каждый бизнесмен зарабатывает. Еда и алкоголь всегда в наличии. Интернет один из самых быстрых в мире. Занимайся, как говорится, любимым делом и ни о чем не парься. Что еще не так?
— Нам бы баб. Девушек то бишь. Ребята говорят, что задолбались порнуху пялить. Бабла-то куча уже у каждого на счете, а что толку? Тратить некуда. Сидим тут как зеки. Уже полгода цивилизацию видим только в Сети.
— Ладно, попробую решить этот вопрос. Еще есть что для обсуждения? — спросил я.
— Неа, пока все. Может, еще что вспомню, тогда вечером расскажу в беседке.
— О'кей, — ответил я…
…И проснулся. Аська мигала сообщением от Макса.
— Бабло снял. Спасибо тебе огромное. Куплю ноут, буду постоянно на связи.
Письмо шестнадцатое
Бывает ли у тебя такое, что помнишь весь сон в подробностях? У меня такого прежде никогда не было, отрывками — да, основную идею сна — да, но вот чтобы помнить весь сон в подробностях — впервые. Интересно, а что это было? Ясно одно, там жила и работала команда хакеров, но зачем и кто такие кураторы, перед которыми надо отчитываться? Странно все это, ну да ладно.
Макс появился в сети на следующий день.
— Аллоха, брат, — написал он в аську.