Исповедь души
Шрифт:
Я немедленно начинаю действовать, не зная, сколько у меня времени, чтобы заручиться помощью до его возвращения. Лихорадочно порывшись в сумке, вытаскиваю мобильный и набираю номер Криса.
Три звонка кажутся вечностью, прежде чем я слышу:
– Сара? – Голос его глубокий, теплый, успокаивающий и, ох, такой желанный.
– Ты нужен мне здесь, – выпаливаю я. – Ты нужен мне в посольстве.
Крис тут же начинает что-то кому-то говорить по-французски, и я слышу несколько разговаривающих
– Я уже иду к машине.
Я с облегчением закрываю глаза. Он не спросил, зачем нужен мне. Он просто ушел со встречи, представления не имея, зачем и почему. Я виновато думаю, как позволила сегодня Эмбер выбить меня из колеи. И напоминаю себе все причины, по которым могу не беспокоиться о том, что Крис бросит меня. Все причины, по которым и могу, и должна рассчитывать на этого чудесного, изумительного мужчину.
– Поговори со мной, Сара. Что происходит?
– Мне не дают паспорт и сказали, что им надо задать мне несколько вопросов.
Он чертыхается себе под нос.
– Не отвечай ни на какие вопросы, пока я не приеду. Я звоню Стивену. Потом перезвоню тебе.
– Хорошо.
– Сара, все будет в порядке. Это какая-то административная ошибка, не более. Недоразумение, которое мы проясним.
Но я слышала его первую реакцию, слышала, как он ругнулся, и мы оба понимаем, что тут больше, чем простая административная ошибка.
– Просто приезжай скорее, пожалуйста. Ты нужен мне, Крис.
– Скоро буду. И я перезвоню тебе, после того как поговорю со Стивеном.
Отключившись, я сижу и нервно постукиваю ногой. Крис не стал бы звонить адвокату, если бы действительно считал, что это просто какое-то незначительное недоразумение. И что вообще это значит? Что не так с моим паспортом?
– Вот ты где! – восклицает Шанталь, и, обернувшись, я вижу ее и Рея, направляющихся ко мне. Я совсем забыла про них, и внутри у меня все съеживается от мысли, что они узнают о том, что меня обвиняют в убийстве. Что они обо мне подумают? Или, хуже того, о Крисе?
Я поднимаюсь и обхожу стул навстречу им, старательно разглаживая юбку на бедрах, чтобы скрыть дрожь в руках.
– Что происходит? – спрашивает Рей с недовольным видом. – И почему вы не сказали мне, что идете сюда?
– Они хотят задать мне несколько вопросов. Я приду, как только освобожусь.
– Вопросов? – озадаченно переспрашивает Рей. – О карманнике?
Я удивленно моргаю. Может, все действительно так просто? Может, я зря паникую? Ох, пожалуйста, пусть дело будет в карманнике.
– Возможно.
– А может, об Элле, – высказывает предположение Шанталь и поглядывает на Рея.
Задняя дверь открывается, и взгляд Рея скользит мимо меня. Обернувшись, я вижу
Рей встает рядом со мной и шепчет:
– Что же все-таки происходит, Сара?
– Крис уже едет сюда. Пожалуйста, если хотите помочь, уведите отсюда Шанталь.
Он качает головой:
– Я не могу оставить вас.
– Сара, – говорит Шанталь. Я оборачиваюсь и вижу, что она стоит рядом, ужасно бледная.
– Что такое?
Она шепчет:
– В Штатах что, идет какое-то расследование?
– Э… – Не хочу, чтобы Шанталь знала об этом. – А что они сказали?
– Я не совсем поняла. Я спросила про Эллу, а они начали расспрашивать меня про какое-то расследование в Штатах.
Я хватаюсь рукой за горло.
– Они… говорили об Элле?
– Я… – Она запинается от волнения. – Я не знаю.
Я хватаю ее за руку, впиваясь пальцами в нежную кожу, и комната начинает кружиться вокруг меня. А вдруг Элла вернулась в Сан-Франциско после того, как мы проверяли ее паспорт, и Эва убила ее, чтобы навредить мне? Это кажется невероятным, но ведь убила же она Ребекку.
– Сара. – Голос Шанталь бьет по моим нервам. Она так напоминает милую доверчивую Эллу, и ни у одной из них нет ни малейшего шанса против Эвы.
Я умоляюще смотрю на Шанталь и выпаливаю:
– Мне надо знать, имеет ли это расследование отношение к Элле. Очень важно, имели ли они в виду Эллу. Спроси их скорее.
Глава 15
Неужели Элла мертва?
Я обнимаю себя, пытаясь сдержать дрожь нервного возбуждения, и, затаив дыхание, слушаю французскую речь. Кажется, я слушаю уже целую вечность, ничего не понимаю, кроме произносимого время от времени имени «Элла», но все еще не получила ответ на свой вопрос. Неужели Элла мертва? О Господи, неужели? Никто не говорит со мной. Никто не говорит по-английски. Я больше не могу этого вынести. Сердце уже готово выскочить из груди.
– Элла умерла? – не выдержав, чуть ли не кричу я. В комнате становится тихо-тихо, все взгляды устремляются на меня. Похоже, я и вправду закричала, но мне все равно. – Она мертва? – На этот раз шепчу я. На этот раз я завладела их вниманием.
Первый мужчина, с которым я говорила, наклоняется через стол и опирается кулаками о металлическую столешницу, чтобы глаза наши оказались на одном уровне.
– Мы не знаем, кто такая Элла, но намерены выяснить.
Обвинение в его голосе ядовитое донельзя, но я воспринимаю только самое существенное. Они понятия не имеют, кто такая Элла и где она. Значит, Элла жива. Люди в этом отделе не знают, кто она.