Исповедь девочки по вызову
Шрифт:
– Знаешь, у нас здесь театр!
Какой театр?! Чего он вообще хочет?!
Он хочет, чтобы я прикидывалась не проституткой? Зачем? Смысл?
Деньги-то платит, значит, все прекрасно понимает.
Ну, желание клиента закон. Порядочная, значит, порядочная. Оделась поскромнее и вперед.
С Цкелевечем у меня не заладилось. После его нездоровых разговоров о «театре» относиться к нему серьезно я не могла. И хвалить его квартиру искренне никак не получалось.
Безусловно, апартаменты были неплохие. С дизайном и всеми делами.
Ну как можно восхищаться плазменным телевизором? Понятно, у меня такого нет, но это не значит, что я при виде плазмы от восторга в обморок падать должна. А хозяин, показывающий мне этот прямоугольный предмет, явно ждал восторгов!
Конечно, я телевизор похвалила. Но, видимо, без должного энтузиазма.
Я ничего не могла с собой поделать. С одной стороны, мне хотелось понравиться человеку, наладить контакт. Ну хочет он восторгов, да ради бога. Мне не трудно.
К сожалению, у меня это плохо получалось. Он же мне не Ван Гогом хвастался!
Самое большое оскорбление я нанесла Цкелевечу в ванной комнате. Демонстрируя ванную, он гордо заявил, что это самое большое джакузи по размерам. Больших размеров не делают!
Дернул же меня черт открыть человеку глаза:
– На самом деле есть джакузи более крупное по величине, там десять человек в сидячем положении спокойно помещаются. Я даже там лично побывала.
Зачем я это сказала?!
Цкелевеча аж подбросило:
– Где ты такое большое джакузи видеть могла?
– В Швеции. В стокгольмской общественной бане.
Боюсь, что каждый из нас посчитал другого зазнайкой и хвастуном.
Когда мы сидели вместе в джакузи, прозвучал сакраментальный вопрос:
– Ты уверена в своем здоровье, что ничем венерическим не болеешь?
Будучи подготовленной, отреагировала сразу:
– Да ты что? Я знаешь, как за собой слежу? Регулярно себе походы к гинекологу устраиваю. Денег, конечно, жалко, но спокойствие на душе, думаю, того стоит.
При этом надо было видеть Катю! Она еле сдерживалась от смеха. Я, честно говоря, тоже с трудом сохраняла серьезность на лице.
Еще пара вопросов из той же серии добили меня окончательно.
УжОс! Сферический идиотизм в вакууме!
При расставании мы с Цкелевечем облегченно вздохнули. Чувство взаимной неприязни витало между нами. Я была стопроцентно уверена, что больше меня не пригласят в «театр».
Однако судьба распорядилась иначе.
Спустя месяц мне позвонила Катя и поинтересовалась, свободна ли я сегодня вечером. Неотложных дел не имелось, поэтому я пообещала, что приеду к Цкелевечу.
Забрав нас от метро и довезя до пункта назначения, наш «режиссер» повел себя несколько странно. Еще не заходя в дом, он остановил меня:
– Извини, Света, но я совсем позабыл, кем ты работаешь?
В прошлый раз я назвалась парикмахером, это вполне соответствовало моему внешнему виду. У меня волосы заплетены в африканские
Смотрю ему в глаза и не верю, что он мог забыть. Понять причину вопроса не могу. И тут вспышка, до меня доходит!
Ему надо, чтобы я назвала другую профессию.
– Я работаю воспитателем в детском саду. Я педагог.
Цкелевеч остался доволен ответом:
– Ах да, как я мог забыть. Очень хорошая профессия.
Все еще не осознавая, что же это было, я пошла в подъезд. Впоследствии все разъяснилось.
Кроме нас с Катей были приглашены еще четыре девушки. Мужчин было всего двое, Цкелевеч и товарищ очень солидного вида.
Когда мы уселись за большим круглым столом, и Цкелевеч стал наливать спиртное, каждому на его вкус, я вспомнила разговор, произошедший между нами в прошлый мой приезд.
Я тогда стала отказываться от спиртного, попросив просто кофе. На вопрос, почему я не хочу алкоголь, ответила честно, что у меня на него аллергия. Цкелевеч с умным видом таки налил мне ликера и сказал:
– Никогда не отказывайся от бокала. И ничего не объясняй. Ты можешь просто не пить налитое.
За прошедший после разговора месяц я оценила мудрость этого совета. Стало намного легче общаться с людьми. Мне наливали, я держала бокал в руках, периодически пригубляла содержимое. Создавалась видимость моего включения в процесс.
Мне не приходилось оправдываться, почему да отчего я не пью.
На мне не концентрировались, беседа шла своим ходом.
В этот раз я опять последовала данному совету. На вопрос Цкелевеча, хочу ли я продемонстрированное мне вино, сразу же согласилась.
Между делом я присматривалась к другому мужчине. Именно для него всех нас и позвали, чтобы ему было из чего выбрать.
Кстати, когда Цкелевеч нас всех представлял ему, называя наши «профессии», только тут до меня дошла идея «театра». Таким образом Цкелевеч проявлял интеллигентность, соблюдая приличия.
Просто в самую первую встречу никаких гостей не было. И суть «театра» по этой причине мне показалась абсурдной.
Насколько наша первая встреча прошла шероховато, настолько вторая шла на ура. Но старалась я не для Цкелевеча, а для другого мужчины.
Это был мой размер.
Увы, понравившийся мне гость выбрал не меня, а другую девушку, с силиконом пятого размера.
Самое смешное, что мой выстрел попал в совсем другую цель.
А я поразила Цкелевеча. Сначала, когда мы за столом в шутку стали играть в слова, я выдала парочку, после чего он меня останавливал и спрашивал, понимаю ли я их значение.
– Конечно, понимаю, разве можно говорить то, что не понимаешь?
Обычно я стараюсь не умничать. Мужчины этого ох как не любят. Тут же меня понесло. Я видела, что один уже мысленно с пятым размером, а Цкелевечу я и так не нравлюсь.