Исповедь бунтаря

Немцов Борис Ефимович

И второе: взятки – это серьезные репутационные риски. Любопытно, но рынок взяток, с одной стороны, очень закрытый, а с другой – на нем все обо всех знают. Серьезные люди знают, кто берет взятки, хотя часто ошибаются в цифрах. Уже работая в бизнесе, я узнал расценки, видел своеобразные прайс-листы с размерами взяток для ФСБ, МЧС, чиновников московской мэрии и т. д. Но что меня поразило и что я считаю предельно важным: в Москве мне никто (даже олигархи) денег не предлагал. Попытки подкупа были, но не с помощью наличности. Например, Рэм Иванович Вяхирев в должности председателя правления «Газпрома» в качестве взятки предлагал мне квартиру,

очень хорошую квартиру на улице Наметкина. Она сейчас стоит миллиона четыре долларов. Я отказался от заманчивого предложения, а чуть позже понял, почему Вяхирев настойчиво хотел обеспечить меня жильем.

В 1997 году правительство решило проверить «Газпром» и разорвать один трастовый договор. Согласно этому воровскому контракту, Вяхирев хотел купить 38 % акций крупнейшей в мире компании за 6 (!!!) миллионов долларов. Сейчас они стоят 100 миллиардов долларов. Я сказал, что это грабеж России.

Девять месяцев мы воевали, но договор разорвали. «Газпром» вернули государству. И квартира на улице Наметкина стала не единственной моей утратой в отместку за такую несговорчивость, меня еще сняли с должности министра топлива и энергетики.

После отставки из правительства я разговаривал с некоторыми нашими олигархами. Они признались, что как-то само собой после нескольких случаев стало известно, что Немцов не берет взятки. Значит, нечего и предлагать.

И все-таки высшая справедливость существует, и Бог все видит. После провала на парламентских выборах 2003 года вдруг выяснилось, что большое количество людей готовы помочь мне материально – либо просто дать денег, любо предложить работу, где бы я мог сам зарабатывать. От денег я отказывался, поскольку это унизительно, решил идти и зарабатывать самостоятельно, чем, собственно, всегда занимался до своей политической карьеры.

Я понял, что репутация конвертируется в денежные знаки. Причем это стало возможным после того, как возникла капиталистическая Россия. Олигархи, которые вчера пили водку и кормили определенных чиновников, возили их семьи на курорты и чемоданами носили деньги, потом, после отставки, на работу их не брали. «Он же жулик, – говорили они. – Да, когда он был при власти, его ублажали, приглашали на пикники и прочее. Но работать у нас он никогда не будет, потому что если он воровал у государства, то захочет воровать и у нас». Простой, но верный совет: если хочешь заработать, то, будучи чиновником, внимательно следи за своей репутацией.

И еще. Кто берет взятки? Больше всего берут малозаметные, не засвеченные в прессе люди примерно предпенсионного возраста. Они берут деньги уже не для себя, а для своих детей и внуков. Люди молодые, начинающие и амбициозные все-таки надеются, что работа в госаппарате – только лишь первая ступенька в карьере. В таком случае лучше не мараться, а беречь честь смолоду…

Вторая категория взяточников – люди без возраста, но максимально лояльные, готовые служить любому правительству и проводить любые идеи. Они берут взятки, потому что уверены, что это плата за их лояльность. Те же, кто все время выскакивает, кричит и не соглашается, с очень высокой степенью вероятности окажутся честными людьми.

Самый простой и надежный способ личного обогащения для чиновника – это взять деньги наличными. Другой способ – соучастие в предприятии, негласное, для контролирующих органов едва заметное. Можно еще после выхода в отставку получить в качестве подарка кусочек нефтяной вышки.

Но в таком случае степень доверия к потенциальным дарителям должна быть очень высокой. Необходимо подписывать бумаги и верить, что бизнесмены-просители тебя не кинут, а подарят через несколько лет часть своего доходного бизнеса.

Распространен способ подкупа через благоустройство окружающего чиновника пространства, что означает трудоустройство на хорошую должность в коммерческое предприятие его жены и ближайших родственников.

Разработано множество способов получить и дать взятку. В России нет закона о конфликте интересов. Например, работая чиновником, вы помогаете бизнесу, в котором задействованы ваши родственники или близкие люди. Это катастрофа с точки зрения чистоты политической репутации, но поразительным образом в России это происходит сплошь и рядом. Лужков – мэр, а его жена поставляет кресла стадиону «Лужники», получая государственный заказ, в данном случае московский. Или получает земельные участки под строительство. Что это? Это грандиозного уровня скандальные истории. Все это понимают, но ничего менять не хотят, поскольку сами в разной степени погрязли в скандальных историях.

В конце 90-х годов мною был разработан закон о противодействии коррупции. Каждый чиновник и депутат должен был, согласно этому закону, заполнять декларацию о конфликте интересов. Ничего страшного, что у тебя есть бизнес. Сейчас капитализм, и деньги можно зарабатывать любым легальным способом, но, переходя на работу в государственные структуры, ты должен взять на себя обязательство и поклясться под страхом уголовного преследования, что, работая на госдолжности, не будешь помогать своему бизнесу. В противном случае действия такого чиновника будут расценены как мошенничество. Закон не приняли до сих пор. Кстати, в первом чтении за него проголосовали около четырехсот депутатов, включая коммуниста Шандыбина, который кричал, что Немцов – негодяй, но закон необходимо принимать, потому что он правильный. Второго чтения этого закона так и не было.

Что ведет к гигантским деньгам, которые прилипают к рукам слуг народа?

Главная причина коррупции – усиление роли государства в экономике. Сильное государство – звучит красиво, но это всегда приводит к росту коррупции. Усиление роли государства в экономике, с одной стороны, снижает конкурентоспособность страны, поскольку чиновник эффективно управлять не может. С другой стороны, государственный капитализм ведет к гигантскому воровству: в легализованном виде – через зарплаты членов совета директоров государственных и окологосударственных монополий, либо, в криминальном варианте – через «откаты» и разные формы взяток за госзаказы.

К гигантскому потоку денег в коррупционный сектор ведет закрытость власти. Если чиновник знает, что можно надавить на средства массовой информации, отмахнуться от депутатов парламента, то будет воротить свои темные делишки спокойно и с размахом.

И, наконец, питательная среда коррупции – монополии. Монополии не могут жить без раздачи денег. Любая монополия склонна к подкупу власти, потому что безграничное владение чем-то превращается в наркотический дурман, и ради сохранения этого монопольного положения люди готовы рассовывать деньги по определенным нужным карманам, чтобы никто на безграничную власть не посягнул. Поэтому когда Путин всячески укреплял монополию, в частности – компанию «Газпром», он генерировал воровство.