Исполнитель желаний
Шрифт:
Бетонный пол нулевого уровня устилали осколки кирпича и отбитые пласты древней штукатурки.
К стене была привинчена железная корабельная лестница с тонкими поручнями. Ее окончание терялось в высоте.
Мимикьянов ступил на крепкую ребристую ступеньку и стал подниматься вверх.
На середине пути до его слуха долетел негромкий перебор гитарных струн и слабенький, но приятный баритон:
«Люди идут по свету, им вроде не много надо,Была бы прочна палатка, и был бы не труден путь,СУ самой вершины лестница устремилась в узкий промежуток между кирпичной кладкой башни и круглым боком огромной цистерны. Когда-то закаченная в нее вода под действием силы земной гравитации разбегалась по трубам домам поселка. Но уже много десятилетий, как в цистерне было сухо. А вода отправлялась к кухонным кранам силой мощных электрических насосов на городской водозаборной станции.
За два пролета до завершения подъема наверху раздался глухой звон. Это майор наступил на ступеньку, укрепленную на шарнире, а она потянула ведущий наверх стальной трос. На его конце были привязаны пустая консервная банка и бутылка из-под водки. Они и ударились друг о друга. Устройство предупреждало здешних обитателей о приближении гостей. Застать их врасплох было не просто.
Над головой майора показался яркий квадрат. Это светился люк, прорезанный в железобетонном перекрытии верхнего уровня башни. Из люка высунулась большая голова. Она имела выпуклые глаза и солидный, но правильный нос. Он делал человека похожим на римского императора с античной монеты. Правда, на голове у человека не было венка из листьев. Да и вообще ничего не было. Его голова была чисто выбрита. Она светилась в сумраке башни матовым фонарем.
– Кто это к нам? – прищурившись, грозно спросил человек. – Мы, никого не ждем!
23. Секреты заброшенной водокачки
Марат Есаулов протянул майору руку:
– Влазьте, Ефим Алексеевич!
Соколиное гнездо представляло собой обширное круглое помещение с узкими прорезями окон по периметру. Когда-то здесь был технический зал и стоял насос, закачивающий воду в цистерну.
Слева от входного отверстия сидел на маленькой скамеечке молодой человек с волосами до плеч и под восхищенным взглядом юной особы в остатках старых джинсов напевал старую бродяжью песню.
Справа от люка готовили ужин.
Там стояла небольшая электропечь. Марат подвел ток от подземного силового кабеля, проходящего рядом с башней.
На печи булькала большая кастрюля, распространяя вокруг осенний запах грибов.
Над кастрюлей с озабоченным видом, потрясая светлым хвостиком волос на затылке, хлопотала женщина с отчетливыми формами и длинным лицом постаревшей цирковой лошадки. Ее звали Светлана Васильевна Донченко. Когда-то она была замужем и работала проводницей на поездах дальнего следования. Была уволена, то ли из-за того, что не поделила с контролером деньги за провоз неоплаченного груза из Крыма в Сибирь, то ли, просто из-за лени и употребления спиртных напитков в рейсе. После перебивалась случайными заработками. Два года назад сошлась с Маратом Есауловым и стала жить с ним на башне. По мнению Мимикьянова, Светлана являлась женским вариантом
У Светиных загорелых ног сидел на корточках седой бородач и сосредоточенно чистил картошку перочинным ножом.
Оглянувшись на шум, женщина улыбнулась Ефиму узким личиком заслуженной цирковой лошадки и начала резать морковку.
У дальней стены стоял длинный железный стол. На нем лежали компьютерные внутренности, и торчала большая эмалевая коробка монитора. Под столом громоздились стопки каких-то растрепанных книг. Один из обитателей башни, сидя за столом, с отверткой в руке колдовал над жестким диском. Ефим знал: Есауловские ребята за умеренные деньги наращивали память и усиливали операционные возможности старых домашних компьютеров.
Но более существенным источником доходов обитателей башни был небольшой прибор, сделанный кем-то из членов маленькой соколиной стаи, скорее всего, самим Маратом. Аппаратик, размером с банку консервов, позволял бесследно отматывать назад показания домовых электросчетчиков, резко снижая счета за данную коммунальную услугу. Обходилась эта операция домовладельцам – примерно в треть суммы, сэкономленной на неуплате. На беду энергетиков и к радости соколов не малое число жителей поселка «Академический» к данной услуге время от времени тайно прибегали.
– Поужинаешь с нами, Ефим Алексеевич! – тоном радушного хозяина пригласил Марат. – У нас сегодня суп с грибами. Борисыч прямо у башни в кустах целую чашку шампиньонов нарезал.
– Это я года три назад обрезки шампиньонов туда выбросил, и воду, в которой их мыл, вылил, и вот, пожалуйста, теперь каждое лето – принимай, урожай, родина! – оторвался от чистки картошки седой бородач.
Майор Мимикьянов за сегодняшний вечер поужинал уже дважды. Но как откажешься, если попал к ужину?
Килечка пряного посола посверкивала серебром в свете подвешенного к потолку светильника из кабины электровоза. А в мензурках для глазных капель, куда бы разлита водка из бутылки «Пшеничной», лучи свернулись в клубочки и колыхались вместе с тяжелой жидкостью.
– Ну, за всех нас! – провозгласил Марат и величественным жестом опрокинул в рот пузатую медицинскую мензурку с узким горлышком.
Проглотив водку, Марат вытянул губы трубочкой и довольно крякнул.
Вслед за ним также крякнул седой Борисыч. Молодой компьютерщик и Света пить не стали, а Ефим сделал небольшой глоток.
– Как дела? Как служба? – покровительственным тоном довольного жизнью человека осведомился Марат.
– Служба идет! – бодро заверил майор, выбрал килечку пожирнее и бросил ее в рот. Он с удовольствием ощутил во рту ее острый, перечно-лавровый вкус.
– Чего к нам? Профессор послал, чтобы мы счетчик назад отмотали? – пошутил Есаулов. – Это мы запросто!
Света стала разливать суп. По комнате аппетитной волной покатился сытный грибной запах.
– Слушай, Борисыч, а давай в кустах еще белые грибы разведем? – обратился к седому бородачу Есаулов.
– Давай разведем! Солить будем! – согласился тот и со вкусом выпил вторую мензурку «Пшеничной».
Ефим отправил в рот ложку супа, и приятно удивился. Бульон был острый и имел интересный, как будто и не совсем грибной вкус. Сытый майор даже не заметил, как уничтожил половину тарелки.