Испанский священник

Бомонт Френсис

О том, что нас одна родила мать,

Один ласкал отец; та, для которой

Порвали небом скрепленный союз;

Чьей гордости и прихотям служа,

Вы обрекли прелестнейшего сына

Всем ужасам жестокой нищеты

(Ребенка, для которого, поверьте,

Чтоб накормить его и обогреть,

И дикари бы вышли из пещер),

Да, эта злая лгунья, ваш кумир,

Все Баше поклоненье и любовь

Поправ ногами, хочет, чтобы вы

Сошли

в могилу или стали жертвой

Волков и ястребов.

Энрике

Ты лжешь. Не верю.

Я сам себе защитник!

Входят Леандро, Миланес, Арсенио, Бартолус, Лопес, Дьего и слуги.

Хайме

Но плохой.

Что ж, если вы, не веря мне, хотите

Учить меня жестокости, извольте!

Хватайте остальных, вяжите крепко!

Октавио

Сеньор!

Асканио

Что мы вам сделали?

Энрике, Октавио, Асканио и Хасинту хватают и связывают.

Xайме

Я глух;

И разума не слушаю, покорный

Моей лишь воле. Вот ее кольцо,

Ваш первый дар любви и поклоненья,

Мне данное как смертный ваш залог!

Вот кошельки, ей вверенные вами,

Которых вы и сами не касались,

Теперь врученные (столь щедро) мне,

Которого она избрала зодчим

Кровавого чертога. Чтоб нанять

Орудья эти, чтоб набрать камней,

Она велела не жалеть расходов

И на придачу предложила мне

Свою любовь.

Энрике

Проклятье!

Xайме

Что ж, не верьте,

Скажите, что подстроил это я,

Клянитесь громко, что она невинна,

Что обожает вас. Считайте это

Ужасным сном, считайте власть мою

Над вами призрачной; ее в одном лишь

Я выражу - пусть женщина сама

Прочтет вам приговор, чтоб не осталось

Сомненья в том, кто шлет вас на тот свет.

Входит Виоланта.

Ты, Виоланта? Милая, скажи,

Ты этим зрелищем довольна?

Виоланта

Больше,

Чем если б все сокровища на свете,

И те, что спят в груди обеих Индий,

Легли к моим ногам! О смелый Хайме,

Лишь ты служить мне можешь!

Хайме

Я готов;

И, как ты видишь, я не сплю на службе.

Входят коррехидор и пристав.

Виоланта

Они, однако, живы. Я мечтала

Найти их мертвыми.

Xайме

Мы подождали,

Чтоб ты могла упиться их страданьем.

Потом сказать: "Их нет".

Виоланта

Ты прав. В награду

Прими мой поцелуй и все восторги

Моих ночей!

Энрике

Чудовище!

Виоланта

Вы,

сударь,

Даривший мне подкидышей, не в силах

Почтить меня ребенком, поселивший

Свою любовницу под нашей кровлей

И содержащий на мои доходы

Ее приплод, - теперь вы увидали,

Что может женщина! С таким же чувством,

Как отсылают скверного слугу,

Собаку, лошадь, отслуживших срок,

Я вас швыряю прочь, и пусть вас судит

Небесный суд.

Энрике

Я это заслужил;

Но никогда не знал, как наказует

Слепая страсть.

Виоланта

А что до вас, сударыня,

Вкусившая с ним сладость юных лет

И плод его понесшая во чреве,

Когда б не мысль о том, что задушить

Твой отпрыск на твоих глазах и следом

Послать тебя - достаточная пытка,

О, я бы вырвала тебе глаза,

Отсекла нос, втоптала в землю губы,

Меня опередившие! Но пусть,

Умри такой как есть.

Коррехидор

Чтоб в женском сердце

Жила такая злоба!

Виоланта

С этим малым

Я не считаюсь.

Xайме

Пощади его,

Раз он ни в чем не виноват.

Виоланта

Нет, Хайме,

Его туда же. Бейте всех зараз

Там, где стоят!

Коррехидор

Неслыханное зверство!

Я не могу.
– Схватить ее!

Виоланта

Измена?

Вот как ты верен, Хайме!

Хайме

Вы мечтали,

Что страшное деянье совершится?

Или что душу аду я продам,

Как вы свою? Мой милый брат, живи,

Живи, будь счастлив! Я тебя простил.

Моя услуга для меня отрадней,

Чем все наследства. На твою суровость

Я хоть и отвечал обидной речью,

В душе тебя любил я. Мне хотелось,

Чтоб ты увидел, как твоя любовь

Обманута тем зеркалом неверным,

Которому ты верил. Я настолько

Далек от всякой зависти к Асканио,

Что первый бы усыновил его.

А вот убийцы: верные друзья,

Которых я привел, чтоб обличить

Ее кровавый замысл.

Энрике

Скорбь и стыд

Мешают говорить мне. Пусть на деле

Узнает свет раскаянье мое.

И кто б я ни был прежде, я умру

Не прежним человеком.

Xайме

Если б мог ты

Вернуть покой Хасинте, наша радость

Была бы полной.

Энрике

Я утешен тем,

Что властен это сделать: Виоланте