Испанские грезы

Картленд Барбара

Вильда прошла под аркой, ведущей к переднему фасаду дома.

Подойдя ближе, она увидела элегантный дорожный экипаж, запряженный четверкой породистых лошадей, а на козлах кучера в ливрее и цилиндре с кокардой.

Лакей в такой же ливрее стоял у дверцы экипажа, и Вильда ускорила шаг, недоумевая, кто бы мог ее посетить. Она не знала никого, у кого был такой шикарный выезд. У парадной двери ее приветствовали двое слуг. Ей ужасно хотелось спросить у них, кто их хозяин или хозяйка.

Но она решила, что было бы ошибкой сделать

что-либо подобное, и вошла в открытую дверь, испытывая некоторую озабоченность, потому что волосы у нее были в беспорядке после скачки на Скайларке.

Поскольку сегодня она никого не ожидала, на ней была старая амазонка, не только потрепанная, но и слишком тесная в груди.

Однако она ничего не могла поделать, не заставлять же посетителя дожидаться еще дольше. Поэтому, пригладив локоны, она вошла в холл и распахнула дверь в гостиную.

Это была очень красивая удлиненная комната с окнами, выходившими в розарий.

Когда Вильда вошла, взгляд ее сразу же упал на женщину, которая любовалась своим отражением в зеркале, висевшем над камином.

Вильда не видела лица посетительницы, ее взгляду было доступно лишь элегантное голубое атласное платье и шляпа, украшенная страусовыми перьями такого же цвета.

Когда Вильда закрыла за собой дверь, женщина обернулась, и Вильда ахнула от изумления.

– Гермиона! Ты ли это?

Вильда подумала, что ее голос прозвучал слишком громко. После небольшой паузы сестра ответила:

– Здравствуй, Вильда! Я могла бы догадаться, что ты на верховой прогулке.

– Почему ты не сообщила мне, что приезжаешь? – спросила Вильда. – И почему ты здесь?

– У меня есть веская причина для встречи с тобой, – отвечала Гермиона. – Должна сказать, что ты мало изменилась с нашей последней встречи.

– Что было очень давно!

– Да я знаю, знаю, – быстро сказала Гермиона. – Но не будем начинать с обвинений в невнимании, или как там ты это называешь.

Последовала еще одна небольшая пауза, после чего Вильда заговорила:

– Я думаю, папа очень хотел бы повидать тебя перед смертью, но это произошло так неожиданно и внезапно.

– Откуда мне было знать, что могло случиться? – спросила Гермиона. – Нет никакого смысла рыться в прошлом и сожалеть о том, чего нельзя изменить.

– Да, конечно, – согласилась Вильда. – Но сначала не хотела бы ты выпить чаю или что-то перекусить?

– Я уже распорядилась, – сказала Гермиона. – Этот старик, который служил здесь годами, – как его имя?

– Бэнкс.

– Ну да, конечно. Бэнкс сказал, что принесет мне чаю, и я вполне готова поверить, что мне придется ожидать его до Рождества!

Вильда засмеялась.

– Не настолько уж долго, но он очень состарился.

– Так выглядит и дом, и все, что в нем! – презрительно заметила Гермиона.

Вильда хотела бы горячо возразить, что, по ее мнению, все здесь было прекрасно, но решила, что это было бы ошибкой.

Вместо

возражений она сняла шляпу, еще раз попыталась пригладить свои неукротимые локоны и села на софу.

Глядя на стоявшую перед ней Гермиону, она подумала, что трудно вообразить себе кого-то красивее. Сестра походила на модную картинку, сошедшую со страниц дорогого журнала.

Дело было не только в том, что Вильда никогда ранее не видела не только такого платья, но и кожи такой ослепительной белизны, таких бриллиантов, сверкавших у сестры в ушах и на длинных тонких пальцах, и таких безупречных крупных жемчугов, обвивавших прелестную шейку.

Поскольку она привыкла непосредственно выражать свои мысли, Вильда воскликнула с неподдельной искренностью:

– Как ты красива, Гермиона! Все в тебе сплошное совершенство!

– К этому я всегда стремлюсь, – самодовольно ответила Гермиона.

– Я вижу, ты сняла траур, – продолжала Вильда. – Я очень огорчилась, узнав о смерти твоего мужа.

– Это было действительно неожиданно, – спокойно ответила Гермиона, – но как ты сама сказала, я уже не в трауре и не вижу смысла в том, чтобы говорить о прошлом. На самом деле, Вильда, я хочу обсудить с тобой будущее.

– Какое… будущее?

Неужели Гермиона хочет вернуться домой, как бы это ни казалось невероятно? Вильда с ужасом подумала, что все здесь придется не по ней, и в результате она разрушит то счастье, которое девушка всегда испытывала дома.

Гермиона села в кресло напротив софы, на которой сидела сестра, и расправила юбку. Вильда ожидала продолжения, и оно не заставило себя долго ждать.

– Я приехала домой, потому что мне нужна твоя помощь, и я уверена, что ты мне в ней не откажешь.

– Нет… конечно, нет, – проговорила Вильда, – но я не понимаю, как я могу тебе помочь.

– Я собираюсь рассказать тебе, если ты только готова меня выслушать.

В голосе Гермионы прозвучала знакомая нотка, которая всегда в нем слышалась, когда она незамедлительно не получала желаемого.

Вильдой овладело любопытство, но в то же время она насторожилась.

– Я, как тебе известно, вдова, – начала Гермиона. Судя по голосу, это обстоятельство не слишком ее огорчало.

– Тебе, наверно, это очень… тяжело, – пробормотала Вильда.

Гермиона продолжала, как будто не слышала слов Вильды:

– Я, конечно, решила снова выйти замуж, если только мне удастся найти выгодную партию.

– Снова выйти замуж! – воскликнула Вильда, сообразив, что было глупо с ее стороны не предвидеть такую возможность.

– Перестань повторять за мной каждое слово! – резко сказала Гермиона.

Вильда замолчала, не сводя расширившихся глаз с прекрасного лица сестры.

– Как ты должна понимать, мое общественное положение весьма важное, – самодовольно продолжала Гермиона. – Но в то же время не настолько важное, каким оно могло бы быть, будь у меня сын.