Испанец
Шрифт:
«Черта с два!»
– Я зашел к вам, а твоя мать сказала, что ты у бабушки, - с прежней ясной улыбкой ответил Игорь.
Ага. У бабушки. Значит, главного он не знает… тем лучше.
– Нам надо поговорить, - продолжал меж тем Игорь. – Выйдем?
Только теперь Марина заметила, что он волнуется. Не хочет ее поцелуев, прикосновений, сторонится ее – и волнуется. Сердце ушло в пятки, Марина и не заметила, как оказалась на улице, под холодным снеговым дождем, а Игорь, ее Игорь, торопливо закуривая, лишь выше поднял воротник на пальто, ловя сигаретой бьющийся
– У меня есть другая.
Вот так запросто.
Тук, тук, тук.
Марине показалось, что она ослепла и оглохла, что мир вокруг нее перестал существовать, и отчасти это было правдой. Все ее мечты, все ее надежды, вся ее радость и самые светлые чувства – все рухнуло в один миг. Вся та жизнь, на которую она рассчитывала, все самое прекрасное - оно было связано с Игорем. Марина хотела стать его женой. Матерью его детей. Красивой и уверенной, ему под стать. К этому она стремилась. Эта цель, чувства к Игорю – они должны были вытащить ее из серого болота, в котором она прозябала до сих пор.
– То есть, ты так просто об этом говоришь?! – выкрикнула Марина. Истерика уже накрывала ее, боль, разочарование, отчаяние и страх завладевали ею. – Нет, скажи, что ты соврал! Скажи, что пошутил!
Игорь прятал глаза.
Уже рыдая, Марина почувствовала стыдное желание – поверить снова. Собрать осколки разбитого, склеить их и сделать вид, что ничего не было. Пусть только скажет, что пошутил. Что солгал. И она все простит, и все будет как прежде!
Очередная попытка повилять хвостиком.
Когда до Марины это дошло, она едва не зарычала от злости.
Отчего, отчего она снова и снова идет по одному и тому же пути, совершает одни и те же ошибки, хотя – казалось бы! - хотела бы навсегда покончить с этим постоянным унижением?
– Я не скажу этого, - меж тем произнес Игорь. – У меня действительно есть другая девушка. Я женюсь на ней.
– Вот как! – со смехом выкрикнула сквозь слезы Марина. – Вот за что ты так со мной, а? Я тебе что, игрушка?! Поиграл и выкинул?! Чем я хуже – не понимаю! Значит, мне признавался в любви, а сам посматривал, искал кого поинтереснее?
– Все было не так! – не вынеся ее обвинений, выкрикнул Игорь. – Совсем не так!
– А как? Ну, давай, расскажи мне – как! Расскажи про любовь с первого взгляда!
– Именно, - тяжелым голосом произнес Игорь, глядя в заплаканное лицо Марины светлыми синими глазами. – Любовь с первого взгляда… к тебе, Марина. Когда мы познакомились… тогда, на празднике… у меня уже была невеста. Свадьба была назначена на зиму; на январь… Она тоже очень хорошая девушка, я ее тоже любил… очень. Но так вышло. Встретил тебя, и… влюбился.
– Вот это номер! – выкрикнула Марина безо всякого почтения к переживаниям Игоря. – Так мне, может, ей еще посочувствовать надо!?! Получается, это я негодяйка-разлучница?
– Не надо так, - произнес Игорь. – Ты тоже ни в чем не виновата. Это все я. Я долго выбирал между вами, долго думал…
– Но выбрал все же ее, - горько
– Дочь прокурора города, - нехотя ответил Игорь. – Учится на юриста, судьей хочет стать.
– Ах, прокурора!
Марина гнала гадкие мысли, но они лезли в ее голову снова и снова. Прокурор… положение, власть, деньги, достаток – все, как хотел Игорь. В его выборе именно это перевесило чашу весов в пользу прокурорской дочки.
– Если так сильно в меня влюбился, - язвительно заметила Марина, - то чего ж не отменил свадьбу? Ведь у нас все же было хорошо!
– Хорошо, повторил Игорь, чуть усмехнувшись, и Марина со стыдом вспомнила их неловкий, неуклюжий секс, от которого, наверное, и Игорь не получил никакого удовольствия. Вот, оказывается, почему он сторонился Марины и не лез ей под юбку образ невесты, дочери грозного прокурора, преследовал его, он просто не мог расслабиться, или, как вариант, испытывал некоторое чувство вины. Он же по сути изменял невесте… Или боялся, что вернувшись от Марины к своей невесте, ложась с ней в постель, не сможет скрыть, что был с другой!
А Марина-то принимала эти его ужимки за порядочность, а-ха-ха-ха! Глупая курица… А он просто хотел отметиться у понравившейся ему девчонки. Записать в список своих побед.
Игорь пожал плечами.
– Все давно готово, - словно оправдываясь, произнес он. – Тесть подарил однокомнатную квартиру, выпишет доверенность на свою машину…
Ол инклюзив. Бинго. Страйк! Все и сразу.
Марине стало невыносимо стыдно за то, что она любила этого человека. Стыдно за его жадность и за свою глупость – как можно было не разглядеть, как можно было поверить этому человеку?! Стыдно за Игоря и его пошлую радость, мелькнувшую в глазах при упоминании доверенности на машину. Какая же мерзость, какая же грязь!.. Жаль было уже не себя, а своих чувств, которые были прекрасны, и которые были потрачены на вот этого жадного червяка.
Прокурорскую дочку захотел… выдающий кредиты жалкий бумажный червь…
Марина задушила в зародыше поползновение сию минуту, здесь и сейчас, рассказать Игорю о своих успехах. Нет, только не это! Он ведь может и передумать, а она… она может смалодушничать, принять его… и жить потом всю жизнь с этим дерьмом. Или снова потерять, когда он увлечется более перспективной девушкой, которая даст ему больше. И все повторится вновь: слезы, мольбы, расставание, боль…
Было нестерпимо больно, но Марина все же нашла в себе силы отвернутся и бежать, бежать прочь от этого монстра, рыдая и проклиная все и всех.
«Души свою Полозкову! Ты не должна соглашаться на предложения этих скользких прохвостов! Никому твои чистые чувства не нужны, и ты сама не нужна – только успешность и достаток… как у прокурорской дочки! К черту все; к черту! Какая любовь, какая семья, нужно думать только о себе!»
Марина остановилась; в ее душе еще оставалась капля надежды, что ее Игорь тот, кого она полюбила, - наплюет на все и погонится за ней, чтобы вернуть. Но позади нее была только пустота; никого. Темнеющая улица и холодный снег.