Искусство ловли стрел
Шрифт:
– На одно заброшенное ранчо, рядом с Китайским озером, где можно будет переждать несколько дней. Там снимали несколько эпизодов для «Возраста меча».
– А почему его забросили?
– Несколько лет назад пересохли колодцы. К тому же не слишком удобное место: ни тебе нормальных дорог, ни электричества, ни водопровода. Я даже не знаю, в каком состоянии находится дом. Даже шлюхи считали его краем света. Не волнуйся, я не слышал, чтобы там когда-нибудь селилась Семья. Так что трупов там не будет.
– Даже наших?
– Ищешь безопасное
– Меня не нашли у Дженни, а в Калгари я даже не пытался спрятаться. И у Келли тоже. Я хотел, чтобы ты меня нашел, и оставил сообщение на автоответчике, которое скорее всего они и услышали. Если я постараюсь спрятаться и сменю имя...
– Дружище, они нашли Аманду.
Маг умолк, пожал плечами и осторожно упал на кровать, стараясь не попасть на оружие.
– Я умею прятаться, – не унимался Такумо, – но и я попался на их удочку. Мою бдительность усыпили с первой же попытки, прислав двойника Мики. Старые принципы ниндзя – пять чувств и желаний, годзё-гёку. Ай-ся, до-ся, ки-ся, кё-ся и раку-ся: доброта, дурной нрав, распутство, трусость и скука. Пользуйся слабостью своего врага. Ты можешь навскидку назвать свою слабость? – Маг не ответил. – Я так и думал. Ладно, возможно, тебе удастся себя защитить. Стань бессердечным ублюдком, никому не помогай, отказывай всем красивым девушкам... потому что, поверь мне, дружище, если ты действительно попытаешься бежать, то начнешь бояться собственной тени. И любая встреченная девушка будет казаться тебе нопэрапоном или просто кунойти, женщиной-ниндзя, Таменага наверняка нанимает их дюжинами. Хочешь так жить?
– Ты действительно веришь, что это Таменага?
– Я не часто использую слово «верить» и верю в немногое. Скажем, я подозреваю. А ты?
Маг дернул плечом. Окруженный клинками, он напомнил Такумо ассистента метателя ножей.
– Не знаю... меня преследует ощущение, что если я не буду верить, ты умрешь. – Он грустно поднял голову и затем поднялся на ноги. – Конечно, я не хочу так жить, но не в этом дело. Если бы вчера я знал, что талисман принадлежит Таменаге, я бы попытался отдать его. – Он покачал головой. – Или нет. Из-за него погибла Аманда. Пусть она была воровкой, но, Боже мой...
– У нее была лейкемия, и талисман ее вылечил.
– Возможно. Или Таменага вылечил ее, а затем она украла талисман. Даже если я не стал бы отдавать за Аманду свою жизнь, теперь это уже не имеет значения. Они покушались на меня, на тебя, на Келли...
– Вы убили рукоро-куби...
– Самозащита, – огрызнулся Маг.
– Да ты что, это же круто! Я с тобой на все сто! Я бы так же поступил! Поэтому мы и едем! Сечешь?
Они обменялись взглядами, и Маг слегка расслабился.
– Видимо, мне придется уговорить себя согласиться.
Такумо улыбнулся.
– Отлично. Иначе это сделала бы
В результате Келли уговорил Такумо. Она оделась как на войну, в походные ботинки, армейские штаны, кожаные перчатки и мешковатую куртку. По мнению Такумо, для полноты картины не хватало только берета, но на верхушке ее прически он смотрелся бы довольно глупо. О том, что в багажнике джипа лежат ее собственные походные принадлежности, Келли осторожно упомянула только через три часа езды. Маг в течение двадцати минут безуспешно пытался переубедить ее. Мало того, что автомобиль с шумом подпрыгивал на ухабах и приходилось повышать голос, Келли, похоже, просто не слушала.
Наконец Такумо наклонился вперед, просунул голову между передними сиденьями и устало сказал:
– Мисс Барбэ...
– Келли.
– Хорошо, Келли. Когда тебе нужно появиться в офисе? Утром в понедельник?
– Я могу позвонить и...
– Да, можешь. Так ты выторгуешь еще день или два, а потом тебя придут искать. Не найдут, вызовут легавых, они...
– Кого вызовут?
– Фараонов, Копов. Они смогут найти нас. И что ты им скажешь? Тебя будут искать, а нас нет. Кому нужна пара нечистокровных американцев с криминальным прошлым?
– Маг находится под следствием, у него нет криминального прошлого. А у тебя?
Такумо посмотрел в сторону и пожал плечами.
– Нападение. Три года назад встрял на улице в семейную ссору, муж подал в суд и нашел себе хорошего адвоката. Жена не стала давать против него показаний, а свидетели не позаботились явиться. Огромный дуболом против крохотной женщины, откуда мне было знать, что они женаты? Они не походили на семейную пару, и, сами понимаете, меня занесло. Полный отстой. Заодно на меня повесили скрытое ношение оружия, которое, между прочим, не покидало кармана.
– Что ты с ним сделал?
– Слегка прополол его улыбку. А еще он все время колотил по кирпичной стене и сломал себе палец. Ее увезли на «скорой помощи».
– Она была из Японии?
– Нет. По-моему, филиппинка или вьетнамка. Какая разница?
Джип провалился в семнадцатую за поездку выбоину, и Келли снова осторожно вырулила наверх.
– Никакой. Он тебя сильно избил?
– И пальцем не тронул, хотя все время пытался. Теперь я думаю, что надо было ему это позволить. Приехали, вот дом.
«Дом» и в лучшие свои дни был самое большее хибарой, а сейчас не заслуживал даже такого названия. Издали он казался очень обшарпанным, вблизи – еще хуже, в таком не соизволит поселиться ни один уважающий себя призрак. Стекла в окнах потрескались и были склеены полосками бумаги, крыша провисла, краска давно облезла. Келли притормозила, и все начали неуверенно глазеть на развалюху.
– Хорошо, – приглушенным голосом произнес Такумо после минуты молчания, – выходим одновременно, чтобы был слышен только один хлопок двери...