Искусство ловли стрел
Шрифт:
– Благодарю вас, Ямада-сан.
Ямада Казафуми поклонился, едва не коснувшись лбом письменного стола, и, с трупом на плече, вышел так же тихо, как и вошел. Сакура, поняв, что Таменага в дурном настроении, поспешила сделать лицо посимпатичнее.
– Вы ушли до того, как Такумо умер.
– Яд может усваиваться организмом больше часа, но противоядия нет. К тому же этот яд трудно определить. Я решила, что причина смерти будет казаться естественной...
– Вы ушли до того, как он умер!
– Там был Магистрале с талисманом и видел меня. Он заподозрил. А у Такумо было наготове оружие. Риск...
Таменага слушал с таким
Зуйко-Камикари утверждала, что не встречала ни одного нопэрапона с сорок четвертого года, когда родилась Сакура. В детстве нопэрапонам требуются упорные тренировки, чтобы верно научиться имитировать человеческие лица. Прятать детей непросто, и многие годы, пока Сакура не научилась шевелить несуществующими губами, она изображала вместо лица неподвижную маску – зарубцевавшийся ожог, выдавая себя за жертву бомбежки Нагасаки.
Таменага предполагал, что в следующем столетии бакэмоно вымрут. Не способные выдать себя за людей скрывались в горах континентальной Азии слишком маленькими группами, чтобы составить жизнеспособную популяцию. Сютэн-додзи, прирожденные сумасшедшие ученые, считавшие любой перекресток восхитительным лабиринтом, тоже пытались скрыться в сельской местности, с каждым годом исчезающей все быстрее. Лишь Сакура имела возможность спасти свой вид (род? сообщество?), но не выказывала к этому никакого желания.
– Ах да, риск, – сказал Таменага, как будто сочтя это достаточным объяснением, демонстративно сматывая манкири-гусари на правом запястье. – Со смертью Хигути «Санрайзу» потребуется новый менеджер, а Накатани-сан не обладает достаточным опытом, к тому же для него есть другие дела. Моя дочь жаждет попробовать сама, но ей не хватает... опыта в общении... с определенным типом людей. Вы, несомненно, сможете ей в этом помочь.
Лицо Сакуры не изменилось, оставшись таким же красивым и фальшивым.
– Разумеется, если Юкитака не вернется, мне будет необходима ваша помощь и здесь, вероятно, даже чаще, чем прежде. Магистрале и его друзья начали мне надоедать. – Таменага заметил, как она слегка напряглась, и мысленно улыбнулся. – Пока с ними не будет покончено, я вряд ли смогу позволить себе... разбрасываться вами. Смею предположить, вы не беременны?
Если бы глаза Сакуры были настоящими, они бы удивленно расширились.
– Нет.
– Замечательно. Иначе мне пришлось бы временно освободить вас от этой опасной обязанности, не уменьшая жалованья, разумеется. Ваш ребенок был бы слишком ценен, чтобы... рисковать им. – Он посмотрел на запястье, и цепь снова стала татуировкой. – Убедитесь, что от трупа Хегарти не осталось следов, пусть он будет «пропавшим без вести». Если Юкитака появится – сразу ко мне. И сообщите, если найдут его труп. Отправьте кого-нибудь на поиски его машины. Пусть Лэмм приглядывает
Он холодно посмотрел на иллюзорное лицо Сакуры. Нопэрапон встала, отступила от стола и поклонилась.
Тяжело в ученье
– Короче, – начал инструктаж Такумо, вытаскивая из кладовки ботинки, – тебе понадобятся широкополая шляпа, несколько рубашек с длинным рукавом и, хочешь – верь, хочешь – нет, что-нибудь теплое на ночь. Жратву я куплю, а все остальное там есть. – Он засунул руку в ботинок и извлек оттуда предмет, больше всего напоминавший сандалию с клешнями.
– Ясно, – ответил Маг. – Что это за штука?
– Нэко-дэ, – сообщил Такумо и как ни в чем не бывало вытащил из другого ботинка еще один. – Вот сюда продеваешь ладонь, а здесь застегиваешь. С их помощью можно карабкаться по стенам, парировать удары клинками и даже наносить легкие ранения. Лезвия можно покрыть ядом, но я этого делать не стану, если ты не против. – Маг кивнул. – На кровати лежит кётэцу-сёгэ. Его можно использовать как обычную кошку, но чаще всего конец веревки с кольцом используется как лассо, противник подтягивается ближе и получает удар клинком с другого конца. Для ниндзято и савы, ножен, можно найти больше применений, чем у меня есть времени рассказывать.
– А сюрикенов нет? Такумо ухмыльнулся.
– В гостиной припрятано несколько штук. Попробуй их найти.
Через десять минут Маг вернулся в спальню, осторожно держа в руках три крестообразных сюрикена.
– Где они были? – спросил Такумо. – Приклеены с обратной стороны рамки плаката «Ронина». – Такумо кивнул. – А где остальные?
Каскадер вздохнул, подошел к книгам и быстро провел руками под полками. Шесть сюрикенов, в форме звездочек, свастики и трилистника, просвистели в воздухе и застряли в подставке для ножей на кухне. Он вернулся в спальню и вытащил из-за рамы зеркала еще шесть.
– Ты собираешься все взять?
– Да, а почему бы и нет? Практика мне не помешает. Маг выглянул в кухню, посмотрел на подставку для ножей и покачал головой.
– Кто все это сделал?
– Большую часть сюрикенов сделал мой дедушка, когда я был совсем ребенком. Однажды я убил ими голубя, так дедушка чуть не сломал синай о мою задницу. – Такумо заметно передернуло. – Нэко-дэ – это инвентарь к «Красному ниндзя», ворованный, признаюсь, но эти мерзавцы не заплатили мне полагающиеся проценты с прибыли. Остальное мне сделал один фанатик, старый моряк, любитель хороших исторических копий. Ниндзято и кётэцу-сёгэ обошлись мне в сущие гроши, а он сам был просто счастлив заняться любимым делом. Оба синоби сёзуко я сшил сам. Киношные костюмы ниндзя – полная ерунда, но, с другой стороны, не оденешь же героев и злодеев одинаково. К тому же так легче перейти от выполнения трюков к игре.
На кровати лежали два костюма ниндзя: жилетки с кармашками, мешковатые штаны, капюшоны, широкие пояса и кожаные тапочки, похожие на мокасины с раздельными пальцами. Один из поясов был сложен так, что видны были черная и серая стороны. Маг взял черный капюшон и, рассмотрев, обнаружил, что он двухсторонний, серый изнутри. Второй костюм мог быть белым или серопесчаным.
– Камуфляжа нет?
– Там, куда мы едем, он не понадобится.
– А куда мы едем?
– В Долину Смерти.
– Что?