Искушение Дэвида Армитажа

Кеннеди Дуглас

— Ричардсона, их адвоката?

— Ты правильно догадался.

— Это же фантастически точное попадание! — сказал я, внезапно воодушевившись. — Все поколение «Беспечного ездока» потащится в кинотеатры.

— Без сомнения. И «Колумбия» согласилась запустить фильм.

— Надо же…

— Слушай, зеленый свет Флеку дали деньги, но все дело в том, что твоего имени в титрах не будет…

— Наверняка есть какие-то юридические тонкости, которыми мы можем воспользоваться…

— Мы с моим юристом уже крутили эту ситуацию в разные стороны. Он сказал, что Флек осуществил

идеальную аферу. Твою старую регистрацию похерили. Флек теперь официальный владелец — автор — всех твоих старых работ. А если мы обратимся к прессе, то Флек и его люди разыграют карту под названием «свихнувшийся плагиатор». Прежде всего они раструбят о том, что, когда «твое истинное лицо еще не было раскрыто», ты побывал на острове Флека, который хотел обсудить с тобой написание сценария для фильма. Но Флек «случайно узнал», что с тобой опасно связываться, и отказался от этой мысли. А потом ты снова вернулся к своим старым штучкам и внушил себе мысль, что ты и есть настоящий автор «Ворчунов»… хотя нет никаких свидетельств, подтверждающих это. Зато есть официальное заявление ассоциации, что авторство принадлежит именно Флеку.

— Милостивый боже…

— Просто диву даешься, что можно купить за деньги.

— Но… подожди… разве не подозрительно, что Флек зарегистрировал все четыре сценария в один месяц?

— Он может сказать, что никак не мог собраться, что это его творения за последние два года. И, мол, теперь, когда он решил запустить «Старых ворчунов», пришло время заодно зарегистрировать и другие сценарии.

— Но как насчет работников студии и прочих людей, которые читали мои сценарии?

— Ты имеешь в виду несколько лет назад? Будет тебе, Дэвид. У этих людей главное правило: забудь о том, что ты отверг тремя минутами раньше. Более того, если кто-нибудь вспомнит, что действительно читал такой сценарий, ты думаешь, они примут твою сторону против могущественного мистера Флека? Особенно учитывая твое теперешнее положение в городе! Поверь мне, мы продумали все возможные варианты борьбы. И ничего не нашли. Флек перекрыл все пути. Даже мой юрист восхитился изяществом, с которым это жульничество было осуществлено. Как говорится, тебя мастерски кинули.

Я сидел и тупо смотрел на бумаги. Мне казалось, что я попал в зал, полный зеркал, и из него нет выхода. Мои работы теперь принадлежат Флеку… Элисон права: что бы я ни сказал, что бы ни сделал, изменить ничего невозможно.

— Есть еще кое-что, что тебе нужно знать, — вздохнула Элисон. — Когда я рассказала частному детективу, как Тео Макколл разделался с твоей карьерой, он сразу заинтересовался и покопался дополнительно… — Она вытащила из папки еще пару ксерокопий: — Взгляни на это.

Я опустил глаза и увидел документ из Банка Калифорнии по поводу счета Теодора Макколла, проживающего по адресу: 1158, Кингз-роуд, Западный Голливуд, Калифорния.

— Как, черт возьми, твой парень добыл это?

— Это меня не касается, потому и не спрашивала. Но скажем так: если есть завещание, обязательно найдется родственник. Посмотри на кредитную колонку за четырнадцатое число каждого месяца. Сразу увидишь,

что по этим дням регулярно поступали десять тысяч от компании под названием «Любич Холдингс». Мой частный детектив проверил эту компанию и обнаружил, что это пустышка на Каймановых островах, откуда следы ведут в никуда. Более того, он выяснил, что Макколл, зарабатывая тридцать четыре тысячи долларов в год в «Голливуд Леджит», умудрился сорвать пятьдесят тысяч в качестве внештатного корреспондента из Голливуда у какой-то британской газетенки. У него нет никаких семейных денег, никаких трастовых фондов, ничегошеньки. Но последние шесть месяцев он получает по десятке в месяц от таинственной компании под названием «Любич».

Пауза.

— Когда ты был на острове Флека? — спросила она.

— Семь месяцев назад.

— Ты вроде рассказывал, что он очумелый киноман?

— У него в коллекции практически все фильмы.

— Назови человека по фамилии Любич, которого ты знаешь.

— Эрнст Любич, постановщик комедий в тридцатые года.

— Только киноману может показаться забавным назвать подставную компанию на Каймановых островах именем легендарного голливудского режиссера!

Мы долго молчали. Потом я сказал:

— Флек заплатил Макколлу, чтобы тот нашел, чем можно меня уничтожить?

Элисон пожала плечами:

— У нас нет прямых улик, потому что Флек мастерски заметал следы. Но мы с частным детективом решили, что, скорее всего, это так.

Я откинулся в кресле и думал, думал, думал. Отдельные кусочки этой дьявольской головоломки неожиданно сложились в моей голове в четкую картину. Последние полгода я жил с уверенностью, что вся эта ужасная катастрофа, выпавшая на мою долю, была всего лишь происками судьбы. Что все случилось по теории катастроф под названием домино, когда падение одной фишки влечет за собой падение всех других.

Теперь я все понял: все это было подстроено и хорошо оркестрировано. Для Флека я был всего лишь марионеткой, с которой можно играть как вздумается. Он решил меня уничтожить, возомнив себя высшим духовным существом, которому позволено дергать за все веревочки.

— Знаешь, что больше всего в этом деле приводит меня в недоумение? — спросила Элисон. — То, что ему требовалось раздавить тебя. Ведь если бы ему просто вздумалось купить сценарий, заменив имя на титуле… черт, мы бы сумели договориться. Но он вместо этого норовил перегрызть тебе аорту, сонную артерию и все другие сосуды. Как ты умудрился вызвать такую испепеляющую ненависть с его стороны?

Я пожал плечами. Не знаю, вот только с его женой мы очень подружились. Хотя… что вообще-то произошло между мной и Мартой? Пьяное объятие, не больше… причем все произошло вдалеке от бдительного ока персонала. Разве только предположить ночное наблюдение с пальм…

Стоп! Это уже полная паранойя. Если верить Марте, они с Флеком к тому времени уже практически разошлись. Так почему его должно волновать то, что мы невинно миловались на пляже?

Но его, по-видимому, это действительно волновало — иначе зачем тогда устраивать мне такую кошмарную жизнь?