Искушение Дэвида Армитажа
Шрифт:
Все хуже и хуже.
— Но ведь есть статья…
— Ну, еще бы, — сказала Элисон, подвигая к себе папку. — Там точно есть эта гребаная статья. Статья 43-в, если соблюдать точность. Суть этой статьи заключается в следующем: если ты сделал что-либо незаконное в отношении сериала, твоя доля в будущих доходах не выплачивается.
— Они пытаются доказать, что я сделал что-то незаконное?
— Они пытаются лишить тебя всех будущих гонораров, полагающихся тебе как создателю шоу. На том основании, что плагиат есть незаконное
— Но это же чушь собачья!
— Точно, но они намереваются этого добиться.
— И смогут?
— Последние полчаса я проговорила по телефону с моим юристом. Он пообещал внимательно изучить контракт. Но он нутром чувствует… да, им это удастся.
— Значит, я не получу никакой компенсации?
— Хуже того… Они известили меня, что собираются взыскать с тебя гонорары за написание трех серий, в которых ты якобы заимствовал строчки у других.
— Что они хотят? Выпустить мне кишки?
— Именно. Потому что, давай смотреть правде в глаза, речь идет о серьезных деньгах. Если они не заплатят тебе авторские гонорары, они сэкономят примерно триста пятьдесят тысяч за сезон. А если, как ожидается, сериал будет идти еще пару сезонов… считай сам. За каждую из трех серий с тебя полагается сто пятьдесят тысяч. Сложи все…
— Уверен, мы можем с этим побороться.
— Опять же мой юрист предположил, что они могут взять тебя на статье контракта, в которой говорится, что автор гарантирует: весь текст — его собственный. Но думается, мы все же смогли бы договориться о скидке…
— Ты хочешь сказать, что мне придется вернуть им деньги?
— Если до этого дойдет, то да. Я надеюсь — учти, всего лишь надежда, — что через несколько дней, когда пыль утрясется, они передумают и не станут брать с деньги за серии, особенно если выиграют дело по поводу авторских гонораров.
— И ты позволишь им выиграть?
— Дэвид, когда я позволяла какой-нибудь дерьмовой студии выигрывать что-то у моих клиентов? Но у нас с тобой сложная ситуация. С юридической точки зрения тебя можно рассматривать как нарушителя условий контракта. И если мой парень, цена которому 375 долларов в час, говорит, что они могут тебя достать, приходится думать, как бы уменьшить ущерб. Но я посоветуюсь со вторым, с третьим юристом, прежде чем стану снова беседовать с этими типами… и тем более с их хитрожопыми коллегами «Уорнер Бразерс».
— Можно мне еще виски?
— Думаю, это хорошая идея, — сказала Элисон тому что поток новостей не иссяк.
Я налил себе двойную дозу.
— Выкладывай, — попросил я.
— Только что со мной поговорил один юридический орел из кинокомпании. Они отказываются от постановки «Кражи со взломом»…
— Ты хочешь сказать, что встречи с Нейджелом не будет?
— Боюсь, что так. Но ситуация еще хуже. Они желают, чтобы ты вернул весь гонорар, который получил, подписывая договор.
— Это же безумие,
— Они особенно привязываются к той строчке Чивера, которую ты взял…
— Но я лишь пробовал ее на слух! Это же был первый, черновой, вариант…
— Слушай, тебе не надо убеждать меня в своей правоте, проблема в том, что они ссылаются на ту же статью в договоре относительно авторских гарантий. И дело в том, что формально они будут правы, хотя большинство этих идиотов даже не знает, кто такой Джон Чивер…
— Ну, по крайней мере, гонорар от Флека покроет все эти долги.
Она закурила очередную сигарету, хотя предыдущая еще дымилась в пепельнице.
— Увы, юрист Флека звонил мне сегодня утром…
— Пожалуйста, только не говори мне…
— Мистер Флек сожалеет, но он не может продолжать переговоры, учитывая репутацию мистера Армитажа. Боюсь, это точная цитата, Дейв.
Я уставился в пол. И сказал:
— Тогда у меня нет никакой возможности вернуть двести пятьдесят тысяч «Уорнер Бразерс».
— Ты их уже истратил?
— Да, по большей части.
— Но ты не разорен?
— Может, я и тупица, но не полный дурак. У меня примерно полмиллиона инвестировано у брокера. Вот только половину из них я должен дяде Сэму. Но если от меня потребуют вернуть деньги… тогда я разорен.
— И все же давай не будем бросаться в пропасть, Дэвид. Я попробую пободаться с этими сволочами. Заставлю снизить требуемую сумму возврата. Тем временем тебе стоит поговорить со своим брокером и попытаться получить как можно больше из того, что ты инвестировал…
— Потому что в этом городе со мной покончено?
— Боюсь, Дэвид, тебе нелегко будет найти работу.
— Послушай, если эта штука не рассосется? Если я буду вечно замазан, что тогда?
— Честно? — спросила Элисон.
— Абсолютно.
— Я не знаю. Но давай сначала посмотрим, как пройдут следующие недели. Кроме того, тебе следует сделать заявление, в котором ты бы защищал свою позицию, но одновременно сожалел о случившимся. Я позвонила Мери Морс, одной моей знакомой, которая занимается пиаром. Она будет здесь через десять минут. Мы составим текст и разошлем его всем заинтересованным лицам, чтобы они, по крайней мере, были знакомы с твоей позицией. Если ситуация не изменится, мы найдем сочувствующего журналиста, который изложит твою точку зрения.
— Ну, тот парень из «Вераити» явно вылетел из обоймы, его карьера тоже пошла под откос. И бедняжка Трейси…
— Это не твоя вина.
— Как же, если бы не эта связанная со мной заваруха…
— Послушай, они должны были понимать, что их связь может стать достоянием общественности…
— Она пыталась защитить меня.
— Верно, но такая уж у нее работа. Ты не должен истязать себя по поводу их проблем. У тебя своих забот выше крыши.
— Как будто я этого не знаю…