Искупление
Шрифт:
– Я думаю, ты будешь настаивать на том, чтобы их не трогать. Что жизнь любого людоеда священна. Несколько недель назад я бы не согласился с тобой. – Но с тех пор в душе бывшего рыцаря произошли серьезные перемены. Теперь Дамон понимал, что жизнь – слишком большая ценность. – Наверное, ты прав, любая жизнь священна, даже людоедская. Думаю, их надо выманить и… Мэлдред снова покачал головой:
– Они – агенты мглистого, такие же, каким был я. И ты говоришь, что у них тоже есть чешуя.
«От которой нет спасения» – подумал бывший рыцарь.
– Если у них есть чешуя, не на что им
– Расскажи мне поподробнее о входе в пещеру, Дамон. И о том, где находятся людоеды.
Когда Дамон описал пещеру и стражей, Мэлдред опустился на колени, аккуратно положил алебарду на каменистую землю и погрузил в нее пальцы. Скоро маг начал выпевать мелодию, которую Дамон несколько раз слышал прежде. Она была простой и заунывной. По рукам людоеда пробежали огоньки, распространившись по земле вокруг него. Почва тотчас же ярко засветилась, как зеркало, отражающее солнце.
Через минуту Грозный Волк увидел, как сияние погасло, а земля размягчилась и заволновалась, как поверхность водоема под порывом ветра. Рябь была слабой, но Дамон отчетливо видел, как она потекла вверх по склону.
Мэлдред прервал свою горловую песнь, глубоко вздохнул и склонил голову ниже, едва не касаясь подбородком камней. Он сменил мелодию на другую, которую бывший рыцарь еще никогда не слышал, и низким голосом начал выводить медленный и не слишком приятный мотив.
Благодаря острому зрению Дамон наблюдал, как рябь незаметно достигла входа в пещеру, обтекла людоедов и разлилась по скале за их спинами. Камень начал слегка подрагивать и мерцать. Через мгновенье монолитная стена разжижилась и хлынула на пораженных людоедов, утопив их прежде, чем несчастные успели закричать.
Бывший рыцарь чувствовал себя почти виноватым перед людоедами, которые погибли так бесславно, утопленные в жидком камне. Это был не самый благородный способ убийства.
– Зато быстро, – сказал Мэлдред, словно читая его мысли. – Это было необходимо. Если бы они что-то заметили…
– Мглистый тоже увидел бы это их глазами.
Маг кивнул и подполз ближе:
– Ты можешь заглянуть внутрь?
– Не слишком далеко, – ответил Дамон и, подумав, добавил: – По крайней мере, пока. – Он сделал несколько шагов вперед и сосредоточил обостренные чувства на входе в пещеру, пытаясь различить любые звуки или движение. – Там никого нет.
Потребовалось несколько минут, чтобы подняться к пещере. Мэлдред, используя магию земли, немного расширил вход для удобства. Еще через несколько минут они были внутри, двигаясь бесшумно и быстро, несмотря на свои размеры. В пещере было довольно темно, но Грозный Волк заметил, что острота зрения у него осталась такой же. Мэлдред, как и все людоеды, мог различать объекты в темноте по излучаемому ими теплу, поэтому он уперся взглядом в разгоряченную спину Дамона.
Внутри сильно пахло людоедами, и Дамон предположил, что стражи находились здесь довольно долго. А возможно, и не только они, решил он через минуту – запах людоедов был везде.
«Сколько их было? Остались ли еще соплеменники Мэла в этой огромной пещере?
Они шли по длинному, бесконечно петляющему коридору. Запах постепенно исчезал, и скоро единственным его источником остался Мэлдред.
Дважды Дамону казалось, что их преследуют, – он слышал звуки за спиной. Возможно, в незаметных ответвлениях прятались дозорные дракона, но все это оставалось так далеко позади, что даже и запаха он не мог почуять. «Не станем же мы дожидаться их», – решил Грозный Волк. Они уже достаточно глубоко проникли в пещеру. Дамон осторожно следил за Мэлдредом через плечо.
Внезапно Дамон почувствовал присутствие мглистого – будто что-то толкнулось в его подсознании. Дракон снова пытался вторгнуться в его сознание, но бывший рыцарь успешно отразил эту атаку. Он не думал, что мглистому известно об их приближении, но не хотел рисковать.
– Быстрее, – пробормотал он. – Давай, Мэл.
Дамон слышал, как Людоед прибавил шагу, как участилось его дыхание.
– Быстрее, – сказал Грозный Волк громче и тут же выругался, споткнувшись. Ноги его отяжелели и пылали огнем. Он почувствовал, как они становятся еще больше, как растет его тело, а мускулы наливаются силой. Снова сдавило грудь, в висках стучало.
– Во имя голов Владычицы Тьмы! Сколько может продолжаться эта мука!
«Сколько еще продержится человеческий дух в этом чудовищном теле? Достаточно ли у меня времени, чтобы найти дракона? А победить его? А узнать, что Рики и ребенок спасены?»
– Сколько мне осталось? – прошептал Дамон, восстановив равновесие и возобновляя изнурительный темп.
Он слышал, как Мэлдред тяжело дышит сзади – людоеду было трудно.
– Не так быстро, – жалобно попросил маг, когда Грозный Волк помчался по круто уходящему вниз коридору, – мне не поспеть за тобой.
Поскольку бывший рыцарь не был намерен доверять двуличному людоеду, то решил не снижать темп.
– Дамон, помедленней!
«Возможно, – думал Грозный Волк, – Мэлдред говорил правду, когда обещал не лгать больше». Он хотел верить в это, помня о близкой дружбе, которая раньше их связывала, но не мог позволить себе такой роскоши. Не мог, поскольку, возможно, у него осталось всего несколько минут.
Однажды мглистый перехитрил людоеда. Теперь, если Мэлдред все еще надеялся спасти Блотен, дракон мог снова использовать его против Дамона.
– Дамон, помедленней.
– Я не могу!
Бывший рыцарь считал, что у него осталось слишком мало времени, чтобы понапрасну терять его. Не мог он и полностью доверять Мэлдреду. Теперь Дамон почти бежал по каменному туннелю, оставив людоеда далеко позади. Бежал к логову дракона.
Еще один поворот, еще один спуск.
Дамон догадывался, что теперь он уже глубоко под землей и спускается все ниже и ниже. Стало немного прохладнее. Сухой пыльный воздух сменился тяжелой влажностью с запахом земли и гуано. Он посмотрел вправо, вглядываясь в темноте, и заметил воду, каплями усеявшую камни. Неподалеку проходила серебряная жила. И тут бывший рыцарь вспомнил ее. Именно эту жилу он заметил во время недолгой мысленной связи с мглистым драконом.