Искупление
Шрифт:
Не знаю, сколько времени я так просидела, когда услышала приглушённые густой травой приближающиеся звуки шагов.
Через несколько мгновений голос Гаспара окликнул меня:
– Злата…
Я не повернулась на его зов. И, кажется, мне стало ещё хуже, если это возможно. Ведь я ему не сказала…
Но он, как всегда, удивил меня. Не говоря ни слова, он лишь обнял меня, крепко-крепко прижав к своей груди.
– Милая моя, прости меня!
Почувствовав такую поддержку, мои жалкие попытки сдержаться от
– Ты ни в чём не виноват! – всхлипывая, протестовала я.
– Да как же, ведь это я тебя уговорил приехать в эту страну… Если бы не я!..
Я немного высвободилась из его объятий и подняла своё заплаканное лицо к нему:
– Никогда такого не говори! Ты святой! – пылко проговорила я.
И это была правда! Почему только я не могу его так же полюбить, как он меня?! От этой мысли на глаза снова навернулись слёзы.
– Ну-ну, милая, успокойся! – укачивал он меня.
После того, как мои всхлипы стали реже, а потом совсем утихли, он наконец задал вопрос, который тревожил нас обоих:
– Почему же ты мне не сказала?
Я тяжело вздохнула:
– Ты догадался.
– Как же здесь не догадаться! Не понимаю только, как раньше ничего не заподозрил. Он ведь вёл себя очень странно…
При упоминании об Эскаланте меня снова сдавили тиски, и я покрепче прижалась к груди Гаспара, ища защиты.
– Ну ничего, завтра он тебя больше не посмеет потревожить! – опасные нотки в его голосе насторожили меня.
– Что ты имеешь в виду? – осторожно спросила я.
– Я заставлю его ответить за все его мерзкие подлости по отношению к тебе! – горячо выпалил он.
Я резко вскинула голову и посмотрела на него:
– Ч-что ты задумал? – моё сердце тревожно замерло.
Его глаза словно горели от ярости и жажды мести. Таким Гаспара я видела впервые.
– Я вызвал его на дуэль.
– Что-о-о-?! – я в ужасе вытаращила глаза.
В моей памяти прозвучали слова Эскаланта, рассказывающие о дуэлях и о друге… Гасе! Так это же был Гаспар!
– Нет-нет-нет! – судорожно замотала я головой. – Я не позволю тебе!..
– Прости меня, конечно, но я не нуждаюсь в твоём разрешении.
Я судорожно пыталась что-то придумать, что-то предпринять, но ни в коем случае не допустить этой дуэли. Я-то помнила, как меток Эскалант.
– Гаспар, умоляю, не нужно этого первобытного бреда! Какая дуэль? Мы что, в прошлом?! – я встала со скамьи, увлекая его за собой.
Взяв его лицо в ладони, я заглянула в глаза, изо всех сил пытаясь вложить в свои слова всю убедительность, на которую была способна:
– Пожалуйста, выслушай меня! Он превосходный стрелок! Ему просто нет равных. Я видела это собственными глазами! Он погубит тебя, а я этого не переживу!
Он
– Я знаю, что делаю. Я учился с ним пять лет, если ты не забыла. Нельзя прощать то, что он сегодня сделал, и тогда как он… – он сделал паузу, чтобы не потерять самообладание, и снова продолжил:
– Я должен отмстить за тебя. Ты – моя женщина. И я никому не позволю так обходиться с тобой! Даже своему лучшему другу. Бывшему другу! – поправил он сам себя.
Я смолкла, понимая, что пока он в таком состоянии, мои доводы и убеждения будут бесполезны.
Как мы прошли мимо глазеющих очевидцев представления с Эскалантом и мной в главных ролях, я плохо помнила. Да и меня это уже не так сильно занимало. Главное теперь – уберечь Гаспара от дуэли с этим негодяем. Ведь это самоубийство.
Я лихорадочно пыталась найти хоть какой-то способ убеждения Гаспара, глядя на мелькающие за окном ночные пейзажи улиц Барселоны. Я перебирала все варианты, пока он в это время как ни в чём не бывало молчал и держал меня за руку.
Уже давно перевалило за полночь, когда далеко не трезвый Виктор Эскалант, еле нажав код своего пентхауса, вывалился из лифта в свои новые апартаменты.
Пошатываясь, он в кромешной тьме пытался добраться до своего бара. Пару раз испытал столкновения с вазой (чудом спас её от падения) и со стеной (тут уже она его задержала от перспективы свалиться на пол).
Наконец, он попал в цель, включил свет и подошёл к бару. Наполнив половину хрустального бокала крепчайшим ромом, залпом осушил его. Подождав пока алкогольное пламя в горле стихло, он печально мотнул головой.
Нет. Сколько бы не пил, а заглушить горечь от содеянного никак не удаётся. Что ж с ним такое? Что он натворил?..
Отчасти он знал ответ: Злата Бронских. Тогда растоптала его, а теперь лишает лучшего друга.
А он, болван, зачем же было её целовать?! Что он хотел доказать этим? Полный идиот… Дуэль? С Гаспаром?! Кошмар, он совсем спятил!..
Он же его давний друг! А теперь не могут поделить девку. Опять. Злобную, хитрую, корыстную лгунью. Как же так-то?..
В отчаянии Виктор швырнул бокал в стену, и тот разлетелся на мелкие блестящие частички.
Он взъерошил волосы руками и выдохнул, словно желая протрезветь и очистить мысли. Нет, он не должен стреляться с Гаспаром. Но как этого избежать? Принести извинения? Этого ему не хватит. Он очень хорошо знал своего друга. Честь для него превыше многого, тем более честь его женщины. Ах, доблестный Гаспар, в какой омут ты лезешь?!..
Его тревожные мысли перебил лёгкий шорох. Обернувшись на звук, Эскалант вздрогнул от неожиданного, почти призрачного зрелища.
Женская фигура в тёмном одеянии, скрывающая капюшоном лицо.