Искупление
Шрифт:
Каждые полгода нескольким студентам предоставлялась редкая возможность продемонстрировать на торжественном вечере свои работы. Получив заданную тему, студенты должны были предоставить отборочной комиссии в лице администрации свою работу. Конкуренция была высока – из трех тысяч работ отбирались только лишь двадцать. Вероятность быть выбранным составляла менее одного процента, однако, несмотря на это, студенты прилагали максимум усилий.
Недели пролетали незаметно, окончание ноября ознаменовало собой наступление срока для предоставления работ отборочному комитету. Темой грядущего
Когда занятия в школе возобновились – произошло это в понедельник после Дня благодарения – Хейвен представила свою работу профессору по живописи, миссис Майклс. Внимательно изучив картину, преподаватель кивнула.
– Днем я передам работу отборочному комитету.
– Спасибо, – поблагодарила Хейвен, улыбаясь и с гордостью смотря на свою работу. Она не сумела найти в ней ни одного недостатка, все было выполнено аккуратно и с использованием бесчисленных приемов, которым Хейвен научилась. Ей казалось, что ее работа отвечала всем требованиям комиссии.
– Не за что, дорогая.
После утреннего занятия Хейвен, одетая в теплое пальто коричневого цвета, поспешила домой. Она нахмурилась, увидев выбежавшую на улицу Келси, которая специально не выбирала утренних занятий, дабы не вставать рано.
– Я побежала в студию, – сказала Келси, ответив на вопрос, который Хейвен еще даже не успела озвучить. – Я совсем забыла о сроках предоставления работ. Я еще даже не начинала!
С удивлением смотря на Келси, Хейвен несколько раз моргнула.
– Удачи.
Кое-как махнув Хейвен на прощание, Келси поспешно удалилась.
Две недели спустя, закончив занятие, миссис Майклс раздала студентам конверты. Вскрывая их, студенты начинали ворчать и комкать листы бумаги, выбрасывая их в урну по дороге в коридор.
Отказы. Увидев это, Хейвен занервничала.
Она аккуратно вскрыла свой конверт, и, разгладив письмо, внимательно его прочла.
Мы высоко ценим Ваши усилия…
Конкуренция высока…
Вы очень талантливы…
С сожалением уведомляем Вас…
Вам обязательно повезет в следующий раз…
Вчитываясь в напечатанные на бумаге слова, Хейвен ощутила разочарование, заметив последнее предложение.
Ваша работа заняла 348-е место…
От первой двадцатки она была очень и очень далека.
– Все в порядке, милая?
Сложив письмо и аккуратно
– Я не понимаю, что было не так с моей работой.
– Формально – ничего, – ответила миссис Майклс. – Просто это было не то, что они желали увидеть.
– Почему?
– Понимаешь, ты восприняла тему буквально, и, несмотря на то, что это допустимо, ты упустила одну деталь, которая была важна для отборочной комиссии.
– Какую?
– В твоей работе нет души, – ответила профессор. – Посмотрев на твою картину, можно увидеть холод, но он не чувствуется. А это самое главное. Смотря на твои работы, люди должны что-то чувствовать – пусть они даже и не понимают, почему именно они это ощущают.
Глава 24
Время – удивительная вещь. Один момент может показаться вечностью, а несколько месяцев можно не заметить вовсе. Это неблагонадежная, изменчивая величина, и, вместе с тем, самая постоянная вещь на свете. Время. Его не остановить. Время идет вперед, минуты превращаются в часы, часы – в дни, и вот уже минул целый год.
Наступило Рождество – с того дня, когда Кармин покинул дом в Дуранте, минуло уже двенадцать месяцев. Он прожил целый год, наполненный жестокостью, неопределенностью и сомнениями, которые нависли над его головой, словно Дамоклов меч.
Минувший год отразился на внешности Кармина – черты его лица стали суровее, его глаза помрачнели, став неприветливыми и бдительными. Несмотря на это, ему трудно было принять то, что он уже так долго не живет прежней жизнью. Ему казалось, что только лишь вчера он видел Хейвен, всего лишь мгновение назад он слышал ее голос и прислушивался к ее смеху, целовал ее и занимался с ней любовью. Он едва ли заметил пролетевшие как в тумане месяцы – они длились мгновение ока, один удар сердца – однако накопившаяся в его теле усталость свидетельствовала об обратном.
Ему удалось просуществовать без нее целый год… всего лишь один из множества грядущих, подумалось ему.
Несмотря на то, что он стал мужчиной – который видел такие вещи, которые человек видеть не должен, и делал то, чего делать не следовало – внутри него по-прежнему жил мальчик. Он отдалился от своей семьи, уклоняясь от ответственности в собственном иллюзорном мире – он убедил себя в том, что в этом мире он может победить время, пойти наперекор отсчитывающим жизнь часам, повернуть время вспять, не дать ему отсчитывать дни его жизни.
Потому что в той жизни, которой он теперь жил, появление на его пороге смерти было всего лишь вопросом времени.
С каждым звуковым сигналом его телефона этого времени становилось все меньше и меньше.
«Sycamore Circle»
Прочитав сообщение, Кармин прошелся босиком по первому этажу своего захламленного дома, потягивая водку из полупустой бутылки. Вздохнув, он поставил бутылку на кухонный стол и набрал номер Реми, нетерпеливо постукивая ногой и слушая гудки. Ответа не последовало.