Искры из глаз
Шрифт:
Рука Игоря легла на «мышку», и по экрану монитора забегала стрелочка, меняя свой облик на черточку, палочку и другие конфигурации.
— Крупная сумма в долларах была потрачена на закупки. Затем она обернулась в прибыль и снята со счетов.
— Значит, в недрах фирмы она больше не значится?
— Да, ее вывели из баланса. Причем совсем недавно, в начале августа.
— Все верно. Эти доллары обратили в наличку и собирались вернуть кредитору.
— Вернули?
— В том-то и дело, что не вернули. Я сейчас как раз этим и занимаюсь. Не найду деньги — моему клиенту каюк.
— Грустная
— Конечно! Теперь я знаю, что деньги находятся вне фирмы.
— Кого-нибудь подозреваешь конкретно? — спросил Игорь.
— Подозреваю сразу троих: Сизанова Игоря, Чернышева Владимира и Скворцову Ольгу, работников фирмы «Райтэк». Когда я узнаю их адреса…
— Если хочешь, я распечатаю их на отдельном листе.
Я подняла на него глаза:
— Не поняла…
Мой компьютерный гений ткнул пальцем в экран:
— Их данные находятся в этом файле. Заодно полюбуешься, как работает мой лазерный принтер.
Через минуту я держала в руках красиво распечатанный лист с адресами.
Игорь Владимирович Сизанов. Новокузнецкая, сорок, квартира три.
Владимир Сергеевич Чернышев. Тулупная, пять, квартира восемь.
Скворцова Ольга Николаевна. Садовая, сто тридцать пять, квартира шестьдесят один.
— Отличная работа! — восхитилась я. — Тебе цены нет, Игорек Каменский!
— Тебе тоже, — улыбнулся мой гений. — Будут проблемы с Сетью, приходи.
— Обязательно.
Конечно, все это хорошо — адреса, фамилии… Только что с ними делать? Пока что я понятия не имела, с чего начать операцию по поиску пропавших десяти тысяч долларов. У меня не было никакого плана, ни одной толковой мысли. Будь я следователем, то, имея на руках заявление потерпевшего о пропаже крупной суммы денег, я бы выпросила у прокурора санкцию на обыск квартир этих людей. Просто, как все гениальное. Сама же я подобными полномочиями не обладала, что было очень досадно.
Зато я знала, с кого начну.
С Ольги Скворцовой. Что-то уж слишком она расшумелась во время последней нашей встречи. Прямо как Зевс, недовольный поведением Прометея и вызвавший его пред свои грозные очи. Знает кошка, чье мясо съела? На воре шапка горит?
Однако пословицами и поговорками в моем деле не поможешь. Пора переходить к более конкретным действиям.
Я поехала по адресу нервной бизнесвумен.
Улица Садовая — одна из самых длинных в нашем городе. Мало того — она еще извивается по своему ходу, как непонятная линия, которую на тетрадном листе прочертил годовалый ребенок, впервые взявший в руки карандаш.
Дом под номером сто тридцать пять — десятиэтажный, с огромным количеством подъездов, — стоял на пересечении с улицей Крайней. Странное название — до края города еще далеко. Может быть, краем сие местечко являлось в позапрошлом веке и с тех пор осталось название? Трудно сказать, я не слишком хорошо знаю историю своего края. Стыдно, конечно, но поделать тут нечего. Вот отойду от дел, обязательно займусь краеведением и приобщу к этому тетю Милу.
Я оставила машину во дворе и стала искать квартиру шестьдесят один. Оказалось, что она находится во втором подъезде, на шестом этаже.
Я стояла у двери и соображала, что именно предпринять. Позвонить и попросить разрешения войти? Меня могут послать подальше. Ну, допустим, позволят войти в квартиру. Что дальше?
Проблема в том, что я не могла пробраться в чужую квартиру и начать шарить по закоулкам, хотя только недавно проделала это. Почему же такое было возможно у Панина, спросите вы? Вопрос совершенно справедливый. Панин захватил меня в плен как заложницу, и я была на чужой территории не по своей воле. Кроме того, он бандит, мафиозник. А с подобными людьми у меня особые счеты. Здесь другой случай. Девушка может быть виновна, а может и нет. Она меня не трогала, и я не имею права трогать ее. Пока.
Я приложила ухо к металлической двери, оклеенной пленкой золотистого цвета, и прислушалась. В квартире звучали голоса, в основном — мужские. Разговаривали на повышенных тонах, нежности и обходительности в обертонах не было.
Голоса раздались громче. Видимо, говорившие перешли в коридор, ближе к входной двери. Кто-то собирался выйти из квартиры…
Спокойно. Я перебежала на один пролет вверх, делая это на полупальцах, как танцовщица в кордебалете.
И вовремя!
Дверь открылась. Я услышала женский голос, явно принадлежавший Ольге Скворцовой. Она разговаривала с неизвестным мне мужчиной. Наверное, стоя у двери и прижавшись к ее металлической поверхности ухом, я ошиблась, насчитав два мужских голоса в квартире. Потому что мужик, вышедший вместе с Ольгой, был в единственном числе. Но, может быть, в квартире остался еще один парень, про которого я ничего не знаю?
В принципе, я и про этого ничего не знаю. Надо бы посмотреть на него…
Я осторожно выглянула из своего укрытия и увидела Ольгу, рядом с которой маячила спина человека, которого мне плохо было видно. Скворцова тщательно заперла дверь ключом, и парочка начала спускаться вниз по лестнице. Я тихонько последовала за ней.
Интересно, куда отправилась на ночь глядя злобная девица из фирмы «Райтэк»? Сейчас увидим.
Голос мужчины был недовольным, он предъявлял какие-то претензии Ольге, но какие именно, мне было непонятно. Я не хотела приближаться, чтобы не выдать себя. Когда эти двое подошли уже к подъездной двери, до меня долетели обрывки фраз их разговора.
— Скажи ему об этом сама…
— Вот и скажу…
Надо же… Кажется, предстоит крутая разборка. Только где и с кем?
Я выглянула из подъезда: Ольга с провожатым садились в «шестерку» самого распространенного бежевого цвета. Мужчина — с крупными залысинами на лбу, в очках — сел на место водителя, а Скворцова пристроилась рядом.
Таких машин, как эта, по городу и его окрестностям мотается великое множество, ее немудрено потерять в толпе. Поэтому первым делом я обратила внимание на номер машины. Он оказался легким для запоминания — круглое число, а первые две цифры в сумме составляли тринадцать. Не слишком вдохновляюще, хотя я не суеверна.