Искра
Шрифт:
— И в мыслях не было, — украдкой подмигнув Кристе, ответил ректору я. — Если хотите, то я могу пообломать этим личностям рога. Так сказать, для профилактики.
— За агрессию по отношению к другим курсантом вне арены налагаются серьёзные взыскания, — предупредил ректор. — У вас будет время ознакомиться с уставом академии, но я запомню ваши слова.
Ректор ускорил шаг, и мне с большим сожалением пришлось отвести взгляд от девушек и последовать за ним. Мы пересекли просторный атриум и по всё такому же идеально подстриженному газону направились к краю островка, на котором располагался имплантационный
Оглядев вновь горящий равномерным, приятным для глаза светом купол, я вдруг сообразил, что понятия не имею, сколько времени провалялся в отключке. Как-то забыл прояснить этот момент. Ладно, потом разберусь со сменой дня и ночи.
— Перемещаемся в резиденцию ректора, — скомандовал Доран Грей, когда мы подошли к ряду очерченных золотым контуром кругов, расположенных у границы островка. — Для этого надо отдать соответствующий приказ нейросети.
Ректор занял позицию в центре такого круга, и уже в следующую секунду его контуры засветились. Возник золотистый барьер, который скрыл от моего взгляда фигуру Дорана Грея, а когда через мгновение он потух, ректора уже не было на месте. Как бы сказал Барсик:
— Телепортация, ёпта!
Воспоминание о друге вызвало улыбку, а потом вернулась тревога за предков. Надеюсь, что Соболевский сдержит слово и реально вытащит их. Они всю жизнь впахивали за копейки и не жаловались на свою судьбу и не заслуживают такой смерти, какую им приготовили родители мажорчиков. Пусть у меня с предками сложились не самые тёплые отношения, но всё же. Батя часто заливал за воротник, а мать составляла ему компанию, и я предпочитал как можно больше времени проводить вне дома, но я по крайней мере всегда был сыт, несмотря на все свои недостатки, об этом родители никогда не забывали.
Тряхнув головой, я отогнал грустные мысли. Уверенным шагом я, по примеру ректора, вступил в соседний круг, и нейросеть тут же вывела перед глазами зелёные линии, которые вели к соседним островкам, расположенным как выше, так и ниже моего.
— Антигравитационный лифт. Выберите точку назначения.
Пояснила нейросеть, после того как я отправил мысленный запрос. Удобная штука, чёрт побери. Стоит возникнуть какой-нибудь затыке, как появляется подсказка. Если бы ещё эта железяка не сливала инфу на сторону, цены бы ей не было.
Лифт мне не нужен, поэтому просто пожелал переместиться в резиденцию ректора. Ситуация со свечением повторилась, и уже через несколько секунд я смотрел на ожидающего моего появления Дорана Грея. Если честно, то я ждал вспышку боли или ещё какой-нибудь дискомфорт, но не почувствовал абсолютно ничего. Золотистый свет перекрыл обзор, затем пропал, и я уже оказался в другом месте.
Ректор махнул рукой, мол, следуй за мной, и пошагал в сторону небольшого поместья, расположенного в центре островка, который завис под самым куполом. Ночью отсюда, наверное, открывается потрясающий вид на звёзды. В голове не укладывается. Всего сутки назад я садился в поезд до Питера и считал, что моя жизнь сломана, а сейчас нахожусь хрен знает где и думаю о звёздах. Может, тот лысый бугай меня всё же достал и сейчас я валяюсь в реанимации, а весь этот бред — это глюки умирающего мозга? Да не, у меня не настолько богатая фантазия.
Доран Грей вошёл в поместье, кивнул своему секретарю — суровой
«Доран Грей. Ректор первой академии сообщества людей „Защитник“».
Оказавшись внутри, я подумал, что вошёл в лавку антиквара. Весь кабинет был уставлен старинной мебелью из дерева. Столы, шкафы, стулья, старомодные, громоздкие часы с маятником — и всё в этом же духе. В шкафах имелось множество диковинных фигурок, на полках стояли массивные фолианты, и вообще я словно очутился в другом, далёком от передовых технологий мире.
На стене рядом с рабочим столом висела огромная картина в изысканной золотой рамке с изображением ректора в полный рост. Работа была выполнена столь искусно, что изображённый на картине Доран Грей казался живым. Художник запечатлел ректора не в самом благодушном расположении духа. Казалось, что картина излучает агрессию. Мне с трудом удалось подавить ощущение, что портрет ректора за мной наблюдает и оценивает.
В голове что-то щёлкнуло. Я ещё раз оглядел обстановку кабинета, и уверенность в правильности сделанных выводов лишь возросла.
— Вы были рождены на Земле? — не смог сдержаться и спросил я.
— Верно, — довольно улыбнулся ректор. — Я родился в 1546 году в одной небольшой деревушке, название которой тебе ничего не скажет.
— А что, одарённые бессмертны? — выпучив глаза от озвученной даты рождения, выпалил я.
— Некоторые очень близки к этому, — уклончиво ответил ректор. — У каждой искры есть, скажем, своя особенность, ну или фишка, как привыкла говорить современная молодёжь. В моём случае, — он скосил взгляд на свой портрет, — это крайне высокий темп регенерации клеток организма. Пока на моём балансе есть эрго, меня очень сложно убить оружием обычных людей.
Стоп, какая-то знакомая история. Видел я как-то раз один фильмец, где присутствовал некто Дориан Грей. Совпадение? Возможно. Но вроде бы есть такая книга. Как бишь её? А, точно. «Портрет Дориана Грея». Кто написал не помню, но больно имя созвучно.
— А вы, часом, не Дориан Грей из старой книжки? — решил озвучить свои догадки я.
По скривившемуся лицу ректора я понял, что попал в точку.
— Угораздило же меня связаться с этим писакой, — недовольно буркнул ректор. — Кто же знал, что юнец, с которым я поделился историей свой молодости, вырастет в известного на всю Землю Оскара Уайльда, а потом превратит мою жизнь в фантастический роман, что будет популярен и по сей день.
Глава 4
История
— Надо будет почитать, — улыбнувшись, проговорил я. — Может, узнаю о вас что-то новое.
— Не стоит, — сдержанно ответил ректор. — Правды в том рассказе очень мало. Оскар был талантливым человеком, но мою жизнь на Земле нельзя было назвать увлекательной, поэтому он взял в качестве отправной точки мои способности, да и то с некоторыми изменениями, — вновь скосив взгляд на портрет, добавил Доран Грей, — а всё остальное просто выдумал.
— То есть вы активировали искру на Земле? — уловив суть, задал я логичный вопрос.