Искатели ветра
Шрифт:
Оставались еще и окна. Он быстро изучил их. Маленькие. Лук через такие бы не пролез, но кто-нибудь достаточно худой — запросто. Ни хороших досок, ни гвоздей, ни молотка здесь не было. Оставалось уповать, что все противники будут большими и толстыми.
— Что произошло у Врат?
Неожиданно прозвучавший голос Га-нора заставил Лука подпрыгнуть:
— Лопни твоя жаба! Ты меня до смерти доведешь!
— Все будем у Уга.
— Это ты будешь у Уга, а я еще собираюсь пожить, — пробурчал Лук, проверяя сохнувшую одежду, и присел
Северянин порылся в мешке, который взял из седельной сумки набаторской лошади. На свет появился сахар, луковица, немного сыра и четвертушка подсохшего ржаного хлеба. У Лука заурчало в животе.
— Надеюсь, ты в состоянии есть и рассказывать? — поинтересовался Га-нор, разрезая кинжалом лук.
Его товарищ кивнул и, принявшись за еду, начал рассказ. Сын Ирбиса слушал. Все произошедшее было куда хуже, чем он думал. В дело вступили Проклятые! Корь, именем которой его пугали еще в детстве. И, наверное, не только она. Сколько их? Шесть или восемь? Проклятые способны доставить гораздо больше неприятностей, чем все остальные. Если, конечно, Лук по своему обыкновению не врет. А он явно не врал.
Набатор уже какой век хочет отвоевать у Империи юг, расширить королевство. Вот и представился долгожданный случай.
— Должен был еще кто-то уцелеть.
— Может быть, — вяло ответил Лук. И слепому было видно, что он в подобное не очень-то верит. — Нам с Реком удалось уйти, потому что мы со стены сбежали по южной лестнице. Там до пятой калитки рукой подать. Вот только не думаю, что кто-нибудь еще последовал нашей дорогой. Набаторцев тьма навалилась. А еще морты. Еле прорвались.
— Ходящая точно умерла?
— Да, — погрустнел солдат. — Проклятая так вдарила по стене, что…
Он не закончил, да это и не требовалось. Повисло тяжелое молчание. Оба смотрели в пламя костра и думали о своем.
Лук считал, что ему повезло. Га-нор — отличный следопыт и неплохой рубака. Шансов выжить с ним куда больше, чем в одиночку. Не приди северянин к нему на помощь, он уже был бы покойником.
— Га-нор, что теперь?
Сын Ирбиса неохотно ответил:
— Будем прорываться к своим. В Ельничий брод идти — смысла нет. Он давно уже взят. Я думаю, что Набатор пойдет на Окни и Гаш-шаку. Это лишит Альсгару поддержки, ну и даст им возможность собраться для удара в центр Империи. Как только уйдем от предгорий, надо поворачивать на запад.
— Мне надо в Альсгару, — неожиданно заявил Лук. — Ходящая просила рассказать про Проклятую.
— Все уже должны знать об этом.
— А если нет?
— Значит, узнают на днях. В любом случае ты опоздаешь.
— Я обещал.
Га-нор с удивлением посмотрел на упрямо поджатые губы собеседника. Вот уж чего он не ожидал — что игрок в кости держит слово.
— Если ты не пойдешь со мной, я пойду сам.
— Вокруг леса. Дальше начинаются болота блазгов. Пропадешь.
— Если все время брать
— Думаешь, набаторцы ее не перекрыли? — фыркнул северянин.
— Стоит рискнуть. Ты пойдешь со мной?
— Давай поговорим завтра. Сейчас надо спать. Я очень устал.
— Тогда я покараулю, — вызвался разом повеселевший Лук. Северянин не отказал, обещал подумать. Уже хорошо. Гораздо хуже, если бы он уперся рогом и сказал «нет». Это упрямое племя переубедить все равно что заставить йе-арре продавать шелка за бесценок.
Солдат подхватил топор и сел у выхода, положив оружие рядом.
— Разбуди меня к утру, я тебя сменю. — Следопыт облокотился спиной о стену и закрыл глаза.
— Угу. Га-нор!
— Да?
— А откуда взялись те мертвецы? Разве они не должны быть рядом с некромантом?
— Должны. Но они могли и сбежать.
— Как?
— Ногами.
— А что насчет наших преследователей? Они не нагрянут под утро?
Сын Ирбиса раздраженно засопел, но все же ответил:
— Если только умеют ходить по следу. Но они слишком тупы для этого. Не должны найти. Если что, буди меня. А теперь заткнись и дай мне поспать.
Лук кивнул, но его собеседник этого уже не видел. Заснул.
Солдат повозился, устраиваясь удобнее. Покосился на дверь. Вздохнул, протяжно зевнул. И, слушая шелест падающего на крышу дождя, стал смотреть в догорающее пламя…
Га-нор проснулся и услышал мирное посапывание. Не открывая глаз, северянин выругался. Лук уснул и, конечно, не разбудил его. Досадный промах, который мог стоить им жизни. Но на этот раз обошлось. Ночью никто не пытался проникнуть в убежище, а это означало, что им удалось сбить тварей со следа.
Хорошо.
Судя по бьющему в глаза солнцу — распогодилось. Да и утро, скорее всего, позднее. Сильны спать! Впрочем, не удивительно — напряжение последних дней требовало должного отдыха. Может, и правильно, что Лук не стал его будить. Хоть немного выспался.
Он вспомнил о вчерашнем разговоре. В предложении Лука есть здравая мысль. Вряд ли набаторцы соблазнятся деревушкой. К тому же шастать по лесу на пустой желудок — не дело. Еды мало, без арбалета охотой не проживешь. Да и времени на нее не будет. А в Песьей Травке можно запастись пищей, и одной бедой станет меньше.
Солнце так и било в глаза. Надо бы отодвинуться в сторону, но… не хотелось. Теплый свет — неожиданно приятное ощущение.
Внезапно на солнце набежала какая-то тень, лучи на одну уну перестали падать на лицо, а затем вновь вернулись. Всего лишь краткое, ничего не значащее мгновение, но все благодушное настроение северянина разом пропало. Он резко открыл глаза. Прищурился.
Через окно, которое находилось напротив того места, где он лежал, были видны кроны чинар и лоскуток ясного голубого неба. Значит, как он и предполагал, недавняя тень — не облако.