Искатель, 2013 № 03
Шрифт:
— Хорошо. Я пойду одна.
— Подождите, девушка, я вам хоть одежду принесу…
Через десять минут Снежана уже топала рядом с охранником по территории поместья, в резиновых сапогах и в плаще-дождевике с капюшоном.
— Ну и погодка! Жуть! Сколько живу, не припомню таких дождей… — мрачно сказал охранник, зевая в кулак. — Да что погодка! Мелочи. Тут чудеса покруче происходят…
Снежана сразу же насторожилась и, казалось, вся превратилась в слух, нажимая незаметно кнопку записи звука на камере.
— А что такого произошло? —
Охранник помолчал, видимо, не решаясь говорить, а потом все-таки не выдержал — желание поделиться с кем-то небывальщиной оказалось сильнее.
— Да понимаете, у нас тут вся охрана на ушах. Думать уж не знаем, что… Сначала шеф пропал с семьей. Думали, уехал куда-нибудь. Всех обзвонили, всё обыскали… Нет — и все тут, и никто ничего сказать не может. Ни в аэропортах, ни в моргах, ни в больницах, ни в консульствах, ни в участках — ничего. Потом с вами беда приключилась. А на следующий день и художник этот, Ганин, которого поселили недавно — ваш друг, — тоже пропал…
— Ах!.. — вскрикнула Снежана и едва не упала.
— Что с вами? — испуганно прошептал охранник.
— Н-нет…. Нич… чего… Продолжайте…
— Так вот. Пропал Ганин. Ни слуху ни духу… Как будто черти его взяли! Потом пропал этот тип, Тимофеев, кажется…
— Как?! И он — тоже?!
— Да. Он вообще появился из ниоткуда, мы его раньше не видели. Представился, что от хозяина, показал договор за его подписью. Он занимался всеми делами Ганина и хозяина. Ну вот, и он пропал тоже. Вместе с ним пропал и новый дворецкий… Блин, фамилия вылетела из головы! Но и это еще не все! — тут голос охранника понизился до шепота.
Снежана подошла к нему поближе, и охранник быстро зашептал ей прямо на ухо:
— Началось тут вообще невесть что! То лошади скачут, а лошадей-то этих — не видели мы! Даже следы от копыт мы видели, а лошадей — тю-тю! Нету! То повозки какие-то ездят — и тоже — ничего! То ходит кто-то по дому, предметы передвигает, то даже голоса какие-то слышим… И — НИКОГО! Будто призраки у нас в доме поселились!
— Не к добру это… — понимающе кивнула Снежана.
— Во-во! И я говорю — не к добру. Была б моя воля — дал бы давно деру отседова, да контракт… Семью же тоже кормить надо, правильно?
Снежана кивнула.
Они дошли до главного входа в поместье и, поднявшись по лестнице, оказались под крышей высокого античного портика. Снежана скинула полиэтиленовый капюшон с головы.
— Ну, вроде бы все. Дальше сами идите. Там открыто, — сказал охранник, и в его голосе почувствовалась дрожь. Он быстро развернулся и пошел было к КПП, но вдруг остановился.
— Только никому ни-ни! — прошептал он и прислонил палец к губам.
— Ну конечно! Я — могила! — прошептала и Снежана в ответ. Охранник отвернулся и шагнул в пелену сплошного ливня.
Снежана открыла дверь поместья и вошла внутрь. Здесь она сняла с себя плащ и тяжелые резиновые сапоги, вытащила из кармана
Тогда Снежана решила пойти в комнату с портретом. В этот раз обошлось без плутаний. Она четко знала, что это третий этаж, шестая комната от парадного подъезда. Но разочарования своего скрыть не могла, когда оказалось, что комната закрыта. Что же делать? Идти к охранникам и просить ключ или?..
Не успела Снежана решить, как вдруг услышала шаги и шум — будто кто-то передвигал мебель где-то внизу. После полнейшей тишины в этом, казалось бы, вымершем доме шум производил жутчайшее впечатление. Снежане стало нехорошо, но она смело отправилась на звуки. «Должна быть какая-то зацепка! Иначе бы тот старичок не попался мне на дороге!»
Снежана сбежала по широкой парадной лестнице, по красной ковровой дорожке, ночью казавшейся черной, мимо темных силуэтов гипсовых бюстов рядом с гладкими толстыми перилами. Звуки раздавались из левого крыла. Там располагались бильярдная, бальный зал и библиотека…
Снежана бросилась туда. Пролетев через бильярдную и бальную залы, она оказалась у высоких, больше человеческого роста, двустворчатых дверей в библиотеку. Голубоватый кружок луча электрического фонарика осветил массивные двери из красного дерева с золотыми ручками и бронзовыми стучалками в виде львиных голов с разинутыми пастями. Именно оттуда раздавались странные звуки и шум шагов…
Снежана резко рванула ручку двери и…
Яркий свет множества электрических свечей больно ударил ей в глаза, уже привыкшие к темноте, она инстинктивно закрыла их руками, фонарик выпал из ее ладоней и покатился по паркету.
Когда Снежана наконец открыла глаза, она… никого не увидела. Библиотека как библиотека: высоченные шкафы до самого потолка, забитые множеством фолиантов с темными от времени корешками, с надписями золотыми и серебряными витиеватыми буквами, длинный дубовый полированный стол с резными ножками, конторка, письменные принадлежности, мягкие стулья, пушистый зеленый ковер под ногами, горящая электрическая люстра с лампочками-свечами под потолком…
«Но я же слышала шум! Он исходил именно отсюда! И как тут загорелся свет?!» — лихорадочно думала Снежана, озираясь вокруг. И тут же замерла, вся превратившись в слух…
Она услышала чью-то приглушенную беседу. И оба голоса были мужскими и тихими, как будто вели беседу из-под какой-то ширмы из звукоизолирующего материала, разобрать ни слова она не могла, как ни вслушивалась, а потом достала фотокамеру и сняла несколько видеороликов.
Беседа продолжалась, но Снежана по-прежнему ничего не могла разобрать. Когда разговор закончился, звуки стали другими. Опять кто-то что-то передвигал, кто-то кашлянул, раздался звук шаркающих шагов. А потом все стихло.