Искатель, 2013 № 03
Шрифт:
Ганин, уворачиваясь от падающих балок, полуослепший от дыма, мокрый от пота, с лопающейся от ожогов кожей, выбил ударом ноги пылающую полусгоревшую дверь и наконец ворвался в бывшую спальню Никитского. Здесь все было объято пламенем, даже от кровати с балдахином не осталось почти ничего. Но портрет…
Ганин закричал от ужаса! Портрет почти сгорел! Остался лишь черный обугленный холст и плавящаяся золотая рама…
— Н-Е-ЕТ!!! — закричал Ганин и бросился к тому, что от него осталось. Он сорвал его со стены и, страстно обнимая, прижал к груди, как жених прижимает свою
Ганин рыдал, корчась на полу, судорожно обнимал портрет. Он покрывал его поцелуями, звал Лилит, бился в истерике, роняя с искусанных до крови губ хлопья розоватой пены, а рядом падали обугленные балки, лопалось стекло, плавились подсвечники. А потом рухнула крыша, похоронив навсегда под собой и художника, и его проклятый портрет…
ТРИНАДЦАТЬ…
Клубы белесого пара носились над обугленным остовом «жемчужины нашего края» — остатков некогда прекрасного поместья князей Барятинских. Грязная лужа вокруг и каменный скелет в центре — весьма унылая картина, недостойная более кисти художника. Пожарные не без труда разобрали завал и чрезвычайно удивились, обнаружив под ним два трупа. Первый труп — молодой женщины, блондинки, — совершенно не тронут огнем. Следов насилия на нем обнаружено не было, что дало повод следствию сделать вывод, что она покончила жизнь самоубийством. Труп нашли в подвале здания, видимо, это и спасло тело от огня, так как пламя туда добраться не успело. А второе тело принадлежало мужчине, которого просто невозможно было визуально опознать. Но удивительным было не это, а поза, в которой его нашли — оно было все скрючено, лежало в позе эмбриона и обнимало руками пустую полурасплавленную раму, в которой когда-то, видимо, красовалась какая-то картина. Квалифицировать эту смерть следствие затруднилось…
Когда личность умерших наконец установили, весь город был шокирован известием о смерти известного художника Алексея Ганина и любимейшей городской тележурналистки Снежаны Вельской. Не менее были шокированы и гибелью поместья Никитского. Теперь это замечательное произведение архитектуры эпохи барокко осталось жить только на полотнах трагически погибшего художника, которые тут же подскочили в цене, впрочем, как и все остальные его картины, обнаруженные на чердаке его убогого домишка в Валуевке — пророческие слова Никитского с точностью сбылись…
Не менее все были удивлены тем, что таинственным образом исчез олигарх Никитский со всей семьей. Их тела так нигде и не были обнаружены. Возможно, Никитский погиб при авиакатастрофе, осторожно предположило следствие, поскольку его личный самолет также исчез.
Главный редактор телеканала «3+3» успешно продал свои сенсационные материалы за границу
Впрочем, и это еще не конец.
Когда пожарные и полицейские уехали, рассосались толпы зевак и на окрестности опустились предвечерние сумерки, а кроваво-красное предзакатное солнце бросило свои темно-розовые лучи на обугленные камни, к самым развалинам подошли два человека, мужчины. Одежда на них была весьма странной, впрочем, оценить это все равно было некому.
Один был облачен в длинный, до щиколоток, голубой шерстяной хитон и простые деревянные сандалии. На его широкие, но сильно ссутуленные плечи ниспадали длинные густые черные вьющиеся волосы, заплетенные в хвостик, небольшая аккуратная черная бородка обрамляла нижнюю часть лица. Другой также был облачен в хитон, но уже красного цвета, со старинным омофором белого цвета с черным крестом. У него были белые как лунь курчавые, коротко стриженные волосы, белая, также аккуратно подстриженная борода.
— Ну, вот и все… — облегченно сказал седовласый. — Как видишь, художнику все-таки хватило сил сжечь оба портрета и закрыть портал. Я только помог раздуть пожарче пламя, а все остальное — даже спичку — он зажег сам! — в его голосе прозвучала нотка гордости, какая бывает у учителя за своего успешного ученика.
— Я вижу… — как-то устало и немного отрешенно ответил высокий человек в голубом хитоне. — Значит, Мое Пришествие опять откладывается. Чаша грехов этого мира еще не исполнилась…
Оба некоторое время молчали, думая о своем.
— А что теперь будет с этим художником? — вдруг, не скрывая некоторой дрожи в голосе, спросил седобородый. — В последний момент дьявол все-таки взял над ним власть и утащил его с собой в преисподнюю. Невесту его я уже определил к нам, но она очень просит за него — даже и не знаю, что ей сказать… Ведь не в наших правилах разлучать влюбленных!
Человек в голубом хитоне долго молчал.
— Наступит час, — наконец устало и отрешенно проговорил Он, — когда ад и преисподняя отдадут своих мертвецов, и все, что было некогда разделено, — воссоединится вновь, и все, что рыдало и плакало, — будет смеяться и славить Отца Моего, сущего на небесах, а все нечистое будет очищено, как очищается в горниле золото и серебро… — Он осенил крестным знамением еще дымящиеся, кроваво-красные в последних лучах заходящего солнца развалины и с грустным вздохом пошел прочь, слегка сгорбившись, словно до сих пор продолжал нести на своих плечах так никем и не снятый с Него тяжелейший Крест.
А седовласый и седобородый собеседник, прошептав «Аминь», тронулся вслед за ним…