Искатель, 2008 № 08

Annotation

«ИСКАТЕЛЬ» — советский и российский литературный альманах. Издаётся с 1961 года. Публикует фантастические, приключенческие, детективные, военно-патриотические произведения, научно-популярные очерки и статьи. В 1961–1996 годах — литературное приложение к журналу «Вокруг света», с 1996 года — независимое издание.

В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, с 1997 года — ежемесячно.

ИСКАТЕЛЬ 2008

Содержание:

Николай

ПОЛУНИН

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Станислав РОДИОНОВ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

Владимир АНИН

Владимир КУНИЦЫН

Кира ВЕЛЬЯШЕВА

INFO

ИСКАТЕЛЬ 2008

№ 8

*

Содержание:

Николай ПОЛУНИН

НАВИГАТОР. RU

повесть

Станислав РОДИОНОВ

ПОСЛЕДНЯЯ СТАТУЯ

повесть

Владимир АНИН

КАРДИОЛОГИЯ

рассказ

Владимир КУНИЦЫН

ПРО КУРОЧКУ РЯБУ

рассказ

Кира ВЕЛЬЯШЕВА

ОДНАЖДЫ,

В САМОМ КОНЦЕ ВОЙНЫ

рассказ

Николай ПОЛУНИН

НАВИГАТОР. RU

Всякий человек подает сперва хорошее

вино, а когда напьются, тогда худшее; а ты хорошее сберег доселе. Иоанн: 2, 10

Веселие Руси есть пити...

Глава 1

Исход

Я выпил для начала стакан зубровки, потому что по опыту знаю, что в качестве утреннего декокта люди ничего лучшего не придумали. И сразу рассеялась мгла, в которую я был погружен, и забрезжил рассвет из самых глубин души и рассудка; и засверкали зарницы... Вен. Ерофеев «Москва — Петушки»

Силуэт на обочине был едва виден в утренней мгле, серый, сгорбившийся под дождистым туманом, и я даже проскочил метров сто, а потом остановился и сдал задним.

Хич-хайкеров я беру. Только всегда сажаю рядом с собой, на правое сиденье, хотя и это ни в какие времена не гарантировало стопроцентной безопасности.

Но уж больно этот был мокрый и несчастный.

Початую бутылку и стакан (на профессиональном сленге водителей — «ключ») я автоматически спрятал в бардачок. Хотя с некоторых пор я скрываться и прятаться перестал. И бояться перестал.

— Это... в город мне. Или хоть докуда в ту сторону...

Некоторое время он возился, устраиваясь. При нем имелась потертая хозяйственная сумка, набитая чем-то угловатым, да полиэтиленовый пакет с одной оборванной и завязанной узлом ручкой. Сам в плаще, из-под шапочки висят сосудистые патлы. Ничего особенного.

— Чего ж руку не поднимал? Знаешь — выставя большой палец, по-модному?

— Толку... Хоть какой ты палец кажи, легковушки все едино не останавливаются. Я лесовоза ждал. Или «МАЗ» с песком пойдет. Они тут ходят иногда, с карьеров... Спасибо.

Нос его уже заинтересованно шевельнулся, и на запотевшие изнутри стекла он тоже взглянул. И на меня — искоса.

— Ага, — сказал я. — А ты не желаешь? Если желаешь — перед тобой, открывай, наливай.

Мужик обвел глазами внутренность моего тигра «Лендкрузер-100-спешл» и уставился прямо на меня — теперь несколько испуганно.

— Бери, бери, — кивнул я, — не стесняйся. Что я, не вижу? Небось, продавать чего везешь? Опохмелиться не на что? — И добавил, уже по памяти, из любимейшего литературного произведения — можно сказать, катехизиса моего: — «Когда мы вечером пьем, а утром не пьем, какими мы бываем вечером и какими становимся наутро? Вот в чем заветная лемма!»

Прозвучавшая философия мужичку решительности не прибавила, поэтому я сам, держа коленом руль, потянулся, достал посуду и сам же пассажиру своему налил. Какая ни есть, а компания. Не ожидал подобного сервиса, житель сельский?

— Вы... осторожней, — выдавил он, принимая стакан, — до-рога-то у нас...

Подбросило на ухабе. Я нарочно выбрал объездной путь, не по трассе.

— Не дрейфь! Давай освобождай емкость, выдыхается продукт же...

Через километр мы были уже на «ты». Федя с уважением поглядывал на меня, но с еще большим чувством — на этикетку. Он сильно воодушевился.

— Люблю, — кричал, — «зверя»! А еще «старуху». Помнишь, какая раньше «Старка» была?! При Ельцине-то?! А теперь — все из одного крана, паленое. Или не укупишь. По мне, так лучше — спирт! Ведь и сами гнать перестали, не-рен-та-бель-но! А спир-тягу купил, развел, все дела. На базаре этой отравы хоть залейся, знай только, к кому подойти...