Искатель, 2008 № 07

Ситников Иван

Роман провел тыльной стороной ладони по подбородку.

— Ты никогда и нигде ее не видела, — сказал наконец Роман.

Кристина закурила и изобразила удивление:

— Почему, котик?

— Если бы ты ничего не хотела за эту информацию, то рассказала бы мне обо всем еще в лифте. Я уверен, что ты врешь. Может, ревнуешь?

— Может, ты не заметил, но я вообще боюсь, как бы к тебе не присосались какие-нибудь малолетки. Оберегаю.

Роман улыбнулся.

— Кристинка, мы же уже все как-то обсудили.

Давай закончим об этом, не начиная.

— А она тебе нравится? — спросила Кристина насупившись.

— Нам лучше будет разбежаться на время.

— Опять? — удивилась Кристина.

— В ситуации, в которой ты ничего не понимаешь, лучше залечь поглубже и ждать. А сейчас именно такая ситуация. Я ничего не понимаю, — сказал Роман и снял ее ладонь со своего колена.

— Ты убежишь с нею, а я...

— Ну, ты же у нас большая девочка. Сама о себе позаботиться сумеешь.

По лицу Кристины скользнула злобная улыбка.

— Ладно, — ободрилась она. — Ты хоть помнишь те времена, когда мы были вместе каждую ночь?

— Конечно, помню.

Кристина скептически вздернула бровь.

— Вижу я, как ты помнишь. Перед тем как устроить отдых с этой... Аленой, подаришь мне ночку?

— Если не поздно вернусь, — сказал он и поцеловал девушку в губы.

Естественно, ни о каких постельных отношениях с Кристиной теперь, когда Алена здесь, речи быть не могло.

— Улыбнись, Кристина, мы с тобой вляпались по полной. Ну, разве не здорово!

— Здорово, — пробормотала она.

Она глубоко затянулась и задержала дым в легких. Щеки у нее зарумянились. С шумом выдохнув дым вверх, она прокашлялась и сказала:

— Ромка, боишься, что я тебя по-настоящему брошу? Обижусь и уйду. Не на время, а навсегда. Боишься?

Роман улыбнулся:

— Боюсь.

Кристина тоже улыбнулась.

— Ну, куда я от тебя денусь.

Они поцеловались.

— Я пойду поговорю с Аленой, а ты посиди тут. Лады?

Он сделал шаг в сторону лифта.

— Рома, — окликнула его Кристина.

Роман обернулся.

— Рома, кому из нас ты веришь? — спросила она.

— Какая разница? — ответил он, немного подумав.

Глава 44

Алена услышала, как открывается дверь. Она уже давно не смотрела телевизор, а просто слонялась по номеру. И уже начала жалеть о том, что не упросила Романа взять ее с собой.

Но еще мама ее учила, что лучше подождать, чем не дождаться. Не стоит выказывать свое нетерпение.

Когда она, еще будучи в Нью-Йорке, поняла, что Роман сбежал, она ничуть не обиделась. Она привыкла. В конечном счете, все всегда обходились с ней скверно. Ничего в его поведении нового нет. Но зато с ее стороны все было сделано как надо. Все, как сказала Кепчия. Теперь Роман стал ее жизнью. Может, он и сам об этом не ведает, но скоро поймет.

Раньше

ее мир делился на нее и на весь остальной мир. В основном, этот мир состоял из мужчин, которых она подсознательно боялась.

Теперь произошло перераспределение. Есть они с Романом и... все. Больше никого.

Алена чуть в ладоши не захлопала, когда придумала себе это.

Свершилось.

Вот он вошел. Ее мужчина.

Алена смотрела на него как на божество.

Он что-то сказал. Подошел ближе. Обнял ее. Погладил по спине.

— Алена, ты поняла, что Кристина со мной работает. Это не значит ничего такого.

— Как хорошо, что ты вернулся так быстро.

У нее мурашки бежали по всему телу.

«Не говори. Люби меня».

— Алена.

Роман медленно засунул руки ей под свитер.

«Это же ничего, ты не подумаешь, что я хочу только этого. А я хочу!» — думал он.

«Это ничего, все мужчины хотят только этого. Но тебе можно. Потому что ты только мой. Только мой, — думала она. — Я уступлю тебе все. Я отдам тебе все. Ты мой. А я твоя».

— Скажи, что это не сон, — попросил Роман, целуя ее в шею.

Он сбросил с себя рубашку, брюки и помог Алене снять джинсы.

От удовольствия девушка зажмурила глаза.

Роман медленно стянул голубые трусики. Легко поднял девушку и положил на кровать.

Алена уже не чувствовала ничего кроме нервной дрожи. От возбуждения ее бил озноб.

«Скорей, любимый! Скорей, раздвинь мне ноги. Я такая мокрая. Скорей».

— Ах! — выдохнула она.

— Любимая моя, — прошептал Роман.

— Может, нужно выключить свет? — спросила Алена.

— Ни за что.

Роман наслаждался ее красотой. Каждым сантиметром ее тела.

— Стой! Стой! — опомнилась вдруг Алена и ловко выползла из-под него. — Нужно сначала снять перышко, которое я тебе завернула в рукав.

— Что такое? Какое перышко? Никаких перышек сейчас. Сладкая. Ну, иди сюда. Ну. Хорошая. Ложись.

Алена металась по номеру, ища чего-то.

— Где та рубашка, в которой я видела тебя в Нью-Йорке? — спросила Алена.

— О господи! Потом найдем. Иди ко мне.

— Нужно обязательно снять перо. Иначе... Все будет очень плохо. Так Кепчия сказала. Нельзя любить до этого. Я тебе покажу. Где эта рубашка?

— Ну, забудь. Я ту рубашку выбросил, — сказал Роман, вспомнив, как у него забрали одежду в тюремном приемнике.

Алена изменилась в лице:

— Как выбросил?

Роман встал. Он терял всякое терпение.

«Господи, как же я ее хочу!»

— Выбросил. Купил новую. Что в этом такого, — сказал он и попытался поймать Алену в объятия, но девушка вырвалась.

— Алена! Да что с тобой...

— Нет, не может быть. Я же нашла тебя. Значит, перышко здесь.

— Хорошо. Как оно выглядит? — спросил он.