Исход

Кент Кайли

– Блядь, с тобой так хорошо. Всегда так чертовски хорошо, - стонет он.

– М-м-м, так хорошо, - соглашаюсь я, скользя по его длине.

Губы Грея устремляются к шее, и я выгибаю спину, чтобы дать ему лучший доступ к моему телу. Затем его рот приникает к одной из моих грудей.

– Так чертовски хорошо, - повторяет он, обхватывая губами вершинку. Высунув язык, он дразнит мой сосок, а затем его зубы касаются его поверхности, и он слегка прикусывает его.

– Черт. О, боже.
– Я прижимаю его голову к себе,

не желая, чтобы он прекращал. Мой темп нарастает, когда я чувствую приближение оргазма.

– Кончи на мой член. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь для меня, Кэтрин, - рычит Грей, его губы снова двигаются вверх по моей груди, по шее, а затем находят мои губы как раз вовремя, чтобы проглотить мой крик, когда мое тело начинает биться в конвульсиях.

Каждое нервное окончание загорается, когда наслаждение вспыхивает во мне. Наступает эйфория. Я чувствую, что парю.

– Черт, я сейчас кончу, - говорит Грей, прежде чем глубоко войти в меня, и его сперма выплескивается внутрь меня.

Я не шевелюсь. Смотрю на него. А потом вскакиваю и отшатываюсь назад.

– Что случилось?
– спрашивает он, обводя взглядом каждый дюйм моей кожи.

– Ты только что кончил в меня, Грейсон.
– Мои слова звучат торопливым шепотом.

– Не то чтобы я не делал этого раньше, Кэтрин.

– Да, и это привело к появлению Грейси, - напоминаю я ему.

– И так уж случилось, что это лучшее, блядь, что я когда-либо создавал. Не то чтобы я имел большое отношение к тому, какой потрясающей она выросла, - говорит он, его голос понижается в конце, как всегда, когда он упоминает о том, как много он пропустил в ее жизни.

Я втягиваю воздух, пытаясь успокоиться.

– Я не принимаю таблетки.

– Ладно. По крайней мере, если я снова тебя обрюхачу, на этот раз ты не сможешь сбежать.
– Грейсон поднимается на ноги, и я чувствую внезапный озноб, не имеющий ничего общего с холодной водой.
– Похоронный агент будет здесь через двадцать минут, - говорит он.

Моя мама. На несколько минут я позволила себе забыть об этом.

Я киваю головой и смотрю, как Грейсон выходит из душа и обматывает полотенце вокруг талии.

– Когда ты набил мое имя?
– спрашиваю я, когда мой взгляд падает на татуировку на его ребрах.

Он опускает взгляд, словно желая убедиться, что она все еще там.

– Когда я смирился с тем, что ты мертва, потому что не мог придумать другой причины, по которой ты бы меня бросила, - говорит он, прежде чем уйти.

– Мне жаль, - говорю я ему в спину.

– Да, мне тоже, - бросает он через плечо, оставляя меня и то, что было нашей первой попыткой объясниться.

Собравшись с силами, я спускаюсь вниз. Я понятия не имею, где нас ждет

похоронный агент. Я направляюсь в игровую комнату, потому что именно там обычно проводит время Грей. Когда я прохожу мимо гостиной, голоса, доносящиеся из-за двери, заставляют меня замереть на месте и повернуться в ту сторону.

– Лил? Что ты здесь делаешь? Я бросаюсь к своей лучшей подруге - ну, по крайней мере, когда-то она ею была. Теперь это просто еще одни отношения, которые я разрушила своим побегом.

– Почему бы мне не быть здесь? Я узнала о твоей маме. Не благодаря Грейсону.
– Она бросает на мужчину такой взгляд, от которого многие бы бросились бежать. Но ему, похоже, все равно.

– Ты хочешь, чтобы я делился с тобой, Лил? Может, тебе стоило оказать мне такую же любезность шесть лет назад, когда ты помогла ей сбежать с моим ребенком?
– Ворчит он.

– Во-первых, я не знала, что она беременна. И она, кстати, тоже. А во-вторых, она - моя лучшая подруга. Неужели ты думаешь, что я могла отказать ей в помощи?
– огрызается она.

Грей складывает руки на груди и прислоняется к двери, явно отказываясь отвечать на вопрос Лилианы.

– Мне очень жаль. Вы двое не должны ссориться из-за меня. Грей, это я сделала, а не она. Она ни в чем не виновата, - говорю я ему.

Он смотрит на меня, и его глаза немного смягчаются.

– Представитель похоронного бюро ждет в гостиной. Просто скажи ему, чего ты хочешь. Я уже выписал ему чек, - говорит Грейсон и выходит.

Я хочу пойти за ним. Я хочу все исправить, но пусть он лучше продолжает злиться на меня. Потому что, когда он снова становится самым милым, заботливым мужчиной, которого я помню, мне еще больнее.

– Вы двое точно снова трахаетесь, - хмыкает Лилиана, и я поворачиваю голову в ее сторону.

– Что? Не будь смешной. Ты что, не видишь, как сильно он меня ненавидит?

– Да. Но между любовью и ненавистью очень тонкая грань. И вы двое ее перешли.
– Она улыбается.

– Заткнись.
– Я закатываю глаза.

– Так… как все прошло? Так же, как раньше? Или лучше? Видит Бог, у этого мужчины было много практики, пока ты скрывалась, - говорит Лилиана.

Я втягиваю воздух. Я знаю, что не имею права ревновать при мысли о том, что Грей был с другими женщинами. Это я ушла. Не он. Но мне все равно больно.

– Давай, не будем заставлять этого агента ждать, - говорю я вместо ответа.

Лилиана переплетает пальцы с моими.

– Если он так тебя ненавидит, почему он оплачивает похороны твоей матери?

И вот тут-то я вспоминаю, почему моя лучшая подруга здесь, и новая волна слез вырывается на свободу. Я не могу этого сделать. Я не могу планировать похороны. Я даже не могу пойти на похороны. Что я должна сказать агенту? Просто похоронить ее, потому что на церемонии все равно не будет родственников?