Исход
Шрифт:
Сначала он почувствовал влажное горячее дыхание. Что-то громадное склонилось над ним. Ник с трудом разлепил ресницы. На него пристально смотрели два желтых глаза, каждый размером с хорошее блюдце.
Он отчетливо помнил свой минувший сон, хотя такого раньше с ним не бывало. Сновидения улетучивались у него из головы, стоило ему только проснуться. Он даже в детстве завидовал Полю, когда тот пересказывал свой очередной фантастический сон. Нику же если что и снилось, то он сразу по пробуждению напрочь об этом забывал.
Сейчас все было по-другому.
Сколько времени он находился в полуобморочном состоянии, Ник не знал. Иногда сознание прояснялось. Тогда ему казалось, что он слышит приглушенное рычание. Почему-то казавшееся жалобным. Несколько раз он приходил в себя от того, что кто-то громко скулил. Иногда сквозь забытье до него доносились покашливания, отдаленно напоминающие старческое кряхтение. Ник потерял связь с реальностью и уже не понимал, где кончается сознание и начинаются галлюцинации. В конце концов, он, кажется, забылся тревожным сном.
Лучи Орфиуса грели лицо. Ник шевельнул спекшимися губами и попробовал приоткрыть глаза. Ресницы слиплись и никак не открывались. Он протер их рукой. Все тело саднило. Левую руку сильно раздуло. Она онемела и не хотела сгибаться в локте. Ник вспомнил, что во время схватки намотал на нее какую-то плотную тряпку и использовал в качестве импровизированного щита. Он несколько раз напряг и расслабил мышцы. Все тело тут же отозвалось тянущей болью. Впрочем, сейчас это был хороший признак. Во всяком случае, все конечности остались на месте.
Он полежал так еще немного. Шевелиться не хотелось. Но он был жив. Это Ник отметил краем сознания, но особой радости не чувствовал. Сильно хотелось пить. Он поискал глазами бочку с питьевой водой и вдруг почувствовал легкое щекотание в раненом бедре. Ник осторожно подтянул правую руку, чтобы ощупать рану. Пальцы уткнулись во что-то пушистое и живое. Он с ужасом отпрянул, при этом неуклюже завалившись на бок. На том месте, где он только что сидел, лежал щенок. Он слеповато жмурился и тыкался своей мордочкой в разные стороны. Ник опасливо отполз еще дальше. Не продолжение ли это, часом, его ночных галлюцинаций? Он посмотрел в дальний угол комнаты. Туда не доходил свет, падающий из окна, но сомнений не осталось. То, что произошло этой ночью, ему не привиделось.
Ник доплелся к бочке, дрожащей рукой взял болтающуюся на веревке глиняную чашу, зачерпнул плескавшуюся на самом дне воду и жадно припал к ней губами. В голове зашумело. Он облокотился на стену и еще раз взглянул в дальний угол. Там большой горой лежал вчерашний пришелец. Зверь был мертв. Что-то привлекло внимание Ника. Он поколебался немного, но все-таки,
Зверь лежал, вытянув вперед мощную лапу, и будто готовился к прыжку. Глаза его были закрыты. Ник внимательнее посмотрел на длинные, отливающие матовым блеском когти и вздрогнул. «Не может быть!» – На пятипалой лапе не доставало одного когтя. Он нащупал на груди оберег, подаренный ему, как будто в другой жизни, странной девочкой по имени Нийя. Вынув его из-за пазухи, с недоверием уставился на него. Что она тогда ему сказала? «Это коготь морока. Он тебе поможет. Покажи его Ей и она тебя не тронет». Да, точно так и сказала: «Покажи его Ей!» Он тогда еще посчитал это каким-то детским бредом.
Но это и есть бред! Как девчонка могла знать, что я окажусь здесь и встречу Это? Он и сам еще вчера такое и в страшном сне не мог предположить. Тут он вспомнил, что заставило его подойти к мертвому зверю. Ник боязливо приблизился. Он сразу все понял. В мозгу вдруг что-то щелкнуло, и все пазлы встали на свои места.
Ник увидел страшные раны на теле животного. Некогда блестящая шерсть во многих местах была покрыта бурыми пятнами спекшейся крови. Рядом, маленькими скрюченными комочками, лежали четыре ее детеныша. Они, без сомнения, были тоже мертвы.
Зверь пришел сюда рожать, правильно посчитав, что маяк является лучшим укрытием для той ночи. Как его сюда занесло? Может, Исход гнал его от самого Леса? Скорее всего, смертельные раны животное получило раньше, до того как укрылось здесь. Ник вспомнил свое ночное видение, влажное дыхание зверя, склонившегося над ним. Тяжелый гипнотизирующий взгляд янтарных глаз. По спине пробежал запоздалый холодок. Стало ясно, что тогда зверь решал его судьбу.
Ник услышал слабый писк. Щенок, скуля и повизгивая, упрямо полз в его сторону.
– Ну что мне с тобой делать, Серый? – со вздохом пробормотал Ник. Шерстка зверька была грязно-серого цвета, под стать каменному полу. Ник нагнулся, неловко подхватил его правой рукой.
– Получается, что теперь я твой должник, малыш.
Глава 8
Ник сидел за большим, грубо сколоченным деревянным столом и с удовольствием прихлебывал из глиняной чаши медовуху, сваренную Паком. Хозяин с гордостью сообщил, что сделана она точно по рецепту его покойного деда. Напиток был прохладным, немного хмелил, но, в тоже время, наверно, благодаря каким-то неведомым добавкам из трав, заметно бодрил. Было легко и приятно вот так просто спокойно сидеть, расслабившись, а не напрягать свои и так обостренные близкой опасностью чувства, ежесекундно ожидая нападения.
Кажется, к нему снова начало возвращаться ощущение утраченного покоя и умиротворения. Сейчас Ник философски размышлял, каким субъективным бывает ощущение времени. Вроде бы совсем недавно, не больше месяца назад, он сидел на этом самом месте. Ел вкуснейший ужин, приготовленный Лолой, матерью Нийи. Слушал веселые застольные разговоры охотников. С другой стороны, оглядываясь на череду быстро сменяющих друг друга событий, произошедших за этот небольшой срок, Нику казалось, что он успел прожить целую жизнь.