Шрифт:
Голова огра-охранника разлетелась от мощного удара кувалды. По стенам пещеры разбросало ошмётки арбуза и мягкое содержимое. Король Конунг добил последнего врага, охраняющего логово колдуньи, сотенника и пошел в дальнюю часть пещеры, где оставалась злобная ведьма и похищенная ею королева Жаннет.
Внутри отвратительной обители старой карги валялись кости, пахучие ингредиенты для зелий (высушенные мозги крыс и законсервированные человеческие сердца), а за столом, заваленным богомерзкими гримуарами и некрономиконами сидела сама колдунья и
– Король, вы действительно сильны и храбры, я недооценила вас, но у меня есть взаимовыгодное предложение…
Могучий Конунг не стал её слушать и просто расплющил жалкую тварь.
После этого освободил Жаннет и тронулся в обратный путь, в своё королевство.
Так, когда-то 35-летний бухгалтер, подавленный тёщей и своей женой-манипуляторшей, Витя, стал великим королём Витляндии, непобедимым Конунгом.
КОНЕЦ
Влад закончил читать ещё одну книжку про попаданцев и положил её в свою библиотеку, всунув между старыми, еще от бабушки, сборниками рассказов и романами.
– Влад, съезди в магазин, продуктов дома совсем не осталось. И не забудь поменять лампочки в спальне. И ещё…
Навалилось куча дел, которые Влада совсем не касались. Ну разве нельзя прожить и с одной лампочкой в ванной, и без продуктов, и без других ерундовин.
Но спорить было бесполезно, всё равно это закончится невнятным мямленьем и капитуляцией. Так что Влад согласился, хотя в планах было много важных дел: начать заниматься спортом, начать изучать новую профессию, начать закрывать дедлайны по работе,– к сожалению, всё это было порушено бестолковой женой.
Пока Влад ехал на машине в Ашан, потом в Ашане искал продукты по списку и по московским пробкам пёрся до дома из Ашана, он вспоминал, что в его жизни всегда было так. Другие люди постоянно ему мешали и ломали его, заставляли заниматься чем-то иным, сначала родители, учителя и профессора, потом жена и начальник.
«Вся моя жизнь была определена за меня.»,– думал Влад, прокручивая в голове, те несколько кадров бесцветной, немой киноленты, которые сохранились в архивах.
1. 90е, центр Москвы, старый Арбат, маленький смеющийся Влад с улыбающимися родителями в джинсовой курточке и джинсах. Рядом матрёшки Ельцин и Горбачёв, а сзади надпись «Ломбард».
2. Первый день школы в новозастроенном под мидлкласс спальном районе Москвы. Лет 70 назад в этих местах ещё пахло деревенским навозом, теперь его заменил запах пыли и вечной стройки.
3. Символ больших надежд – школа английского для самых маленьких. Приятные малыши сидят за партами перед не менее приятной учительницей.
4. Время большого выбора, который вдруг возник перед Владиком: а ты думал о будущем? Надо определяться со своей профессией и всей надвигающейся взрослой жизнью, уже 14 и родители не дремлют.
5. Фото аудитории на 200 человек – студенческое бытиё. Баллов хватило только на университет им. Оплеуха Плюшкина. Зато не в армии.
6. Первые
7. Где-то в офисе, на работе не по специальности, фото диплома вместо подставки для чая на странице в вк и подпись: очень полезно :D.
Как бы это всё хотелось бросить и начать жизнь заново, но через 10 лет ничего не поменялось. Время застыло.
Уже 16 часов, большая часть дня пройдена. По улице растекаются ручьи от всё тающего снега. Рядом со стенами железобетонного дома в тени ещё валяются собранные дворниками кучи снега, обуглившееся от выхлопных газов машин. От лучей солнца они аккуратно прикрыты деревьями, высаженными у подъезда. Бывает, что такие зимние бастионы остаются до мая, под мостами, прячась в тенях, как ниндзя, они защищают свой самобытный и однообразный уклад в мире цветущей весны.
С характерным звуком Влад прошёл через бетонные врата брежневки. Лифт оказался сломан. Каждый лестничный пролет был позеленён, ступеньки и стены зацвели после долгого хлада и теперь отдавали молодым салатовым цветом. На седьмом этаже на площадке стояла молодая цыганка с ребёнком на руках. Когда Влад подошел, она обернулась и на лице её была скорбь.
– Добрый человек, поделитесь, чем сможете, я на заработки в Москву приехала, а меня обманули, родственников нет, мужа нет, только вот ребёнок мой, драгоценный мой, и мамка старая уже, пожилая, незрячая. С голода умрем, если не поможете.
– А вы на работу пойдите или в полицию обратитесь, у меня денег нет.
– Везде гонят, говорят, вы – цыгане, постоянно попрошайничаете, а что делать, если на работу никто не берёт, не верят мне, думают обману или порчу наведу, а все потому, что я – цыганка.
– Хм, ну ладно.
Влад протянул ей пакеты с продуктами, в машине было ещё несколько, так что было не жалко. Раз такая ситуация, то почему бы и не помочь.
Старая бабка взяла пакеты отстранённо, как-будто, только что они сами не выпрашивали ХОТЬ КАКОЙ-НИБУДЬ помощи. Она пошарила рукой в пакете и после этого брезгливо выкинула пачку сладостей за спину, бутылку молока швырнула вниз, куда-то на первый этаж, послышался отдалённый мат.
– Это тоже не надо,– протянула ему прокладки и туалетную бумагу.
Как полный дурак, Влад стоял с прокладками и бумагой, ощущая некоторую вину перед этими людьми. Даже продуктами он не смог помочь, оплошал. Всё не то купил.
– Влад, ты дочке этой старухи помог, а теперь она, старуха Сара, тебе поможет,– она показала на себя.
– Я чувствую, что на тебе порча, но ты мне не верь на слово, я тебе делом покажу, достань из пакета яйцо.
Влад подчинился и выбрал белое, хорошее яйцо С0, без трещин и грязи.
Бабка взяла его, покрутила в руке, внимательно поглядела и разбила это яйцо, а внутри оказалось чёрное пятно.