Исчадие ада
Шрифт:
Дюпрэ+ откинул голову на спинку стула и улыбнулся.
— В таком случае, как я понял, в вашем распоряжении одни сутки, лейтенант, — очень вкрадчиво произнес он.
— Я ведь вас не допрашиваю, ребята, — удивленно пробормотал я, — вы сами всюду бегаете, оповещая о предстоящем убийстве, словно это свадьба какая-нибудь или другое радостное событие. В итоге всем трудно поверить в серьезность ваших намерений, особенно копу.
— Мне казалось, вам не нравится это слово, лейтенант?
— Коп? Мне оно нравится, когда я его сам употребляю… Но вы так и не ответили ни на один из моих вопросов.
— Вы
Я закурил сигарету, припоминая, как Эд вел себя в морге утром. И невольно у меня в голове промелькнула мысль о том, что полуофициальный список убийств, осуществленных Крадущейся Смертью за восьмилетний период, равняется вроде бы двадцати семи, а Дюпрэ+, насколько мне известно, ни разу даже не был арестован — Так вы считаете, что двадцати четырех часов недостаточно, чтобы решить стоящую перед вами проблему, лейтенант? — неожиданно спросил он.
— По делу, которое находилось в архиве целых пять лет? Вы шутите! Выяснить один лишь мотив, не говоря уже о конкретных доказательствах, является нелегкой задачей. К тому же, когда они показывали снимок головы Тино пять лет назад почти всем обитателям Санрайз-Вэлли, ни один из них не признался, что видел его раньше.
— Может быть, он тогда только что приехал и был убит в ту же ночь?
— Нет, если предсмертное заявление Эмили Карлью правдиво, Тино был гостем в доме Самнеров за пять или шесть дней до убийства. И это еще одна вещь, которая меня беспокоит. Что общего они могли иметь с таким подонком, как Тино Мартинелли? Как могло случиться, что он гостил в доме Самнеров, а старик бегал взад и вперед с едой на подносе, ублажая его?
— Очень хороший вопрос, лейтенант, — заулыбался слепец. — Может быть, вы в конце концов поймете, что наш прямой метод имеет определенные преимущества?
— По данным полиции, на счету у Крадущейся Смерти уже имеется двадцать семь трупов, Эд, — сказал я ему. — По вашему мнению, это точно?
— Весьма вероятно, мы не занимаемся такими подсчетами.
— И вас никогда это не мучает? Я имею в виду — эти убийства людей.
— Нет, конечно.
Его пальцы невольно сжались.
— Фактически мне это даже доставляло удовольствие. Немногие люди это понимают. Наивысшее удовольствие, я бы так сказал. Акт осуществления наивысшей власти, когда в течение нескольких секунд человек становится Богом, даруя или забирая жизнь. Когда-то я подумывал даже написать книгу на эту тему, но есть досадные препоны: например, как на это может взглянуть суд? — Он довольно хохотнул. — Не хотите ли выпить, лейтенант?
— Нет, благодарю, через пару минут я ухожу. В Эдварде Дюпрэ+ было что-то такое, что невольно притягивало к нему. Габриель Мартинелли в известной степени казался вполне ясной фигурой, но этот слепой был совсем иным, куда более страшным созданием.
— Вы сами когда-либо испытывали чувство страха, Эд? — спросил я.
Он снял руки с колен, провел кончиками пальцев по своему лицу, слегка надавив на незрячие глаза.
— Один-единственный раз, когда они плеснули мне в лицо щелочью, — едва слышно ответил он. — Прежде чем вы уйдете, лейтенант, я тоже хочу задать вам несколько вопросов.
— Пожалуйста.
— Вы, естественно, сообщили Самнерам
— Правильно.
— Они восприняли ваши слова всерьез?
— Криспин Самнер — нет, — проворчал я. — Он считает, что, если ему понадобится на самом деле защита, к нему на помощь явится полсотни человек из Вэлли, вооруженные охотничьими ружьями и винтовками.
— Уверен, что он мог бы их позвать, — кивнул Эд, — но он этого не сделает.
— Откуда у вас такая уверенность?
— Потому что у него будет дурацкий вид, если мы не появимся, если ничего не произойдет, — заявил он уверенно. — Любой мужчина предпочтет рискнуть своей жизнью, нежели выглядеть болваном, лейтенант.
— Пожалуй, это верно, — согласился я. — Итак, благодарю за информацию о Тино. Спокойной ночи, мистер Дюпрэ+.
— Спокойной ночи, лейтенант! Ох, подождите! Еще один вопрос до того, как вы уйдете. Не советовал ли вам Гейб уйти с дороги, если нам придется действовать самостоятельно?
— Он говорил об этом.
— Но вы не желаете?
— Нет, если это будет зависеть от меня. Эд тихонечко вздохнул.
— Очень жаль. Мне с вами интересно разговаривать, лейтенант… Пожалуйста, уходя отсюда, выключите свет.
Глава 8
Я постучал в дверь номера люкс и в ожидании ответа думал, что в жизни масса случайных совпадений. Кстати, на эту тему здорово думается, когда тебе приходится чего-то ждать. Например, о том, что сейчас на девятнадцатом этаже отеля в кромешной темноте сидит человек, размышляющий о том, каким образом они с партнером сумеют убить двух людей. В то время как ? этажом выше одна из намеченных ими жертв занималась — черт подери… чем же она занималась? Я вторично постучал, уже гораздо громче. И когда я по-настоящему разнервничался, то услышал голос Чарити, интересующейся, кто пришел. Дверь распахнулась через пару секунд после того, как я ответил, и я вошел внутрь.
— Ну? — Чарити посмотрела на меня почти с довольным выражением лица, что я посчитал хорошим знаком. — Вы, надеюсь, вполне отошли, Эл, детка?
— Я вообще человек неунывающий, — ответил я, скрестив на всякий случай пальцы.
— Полагаю, вам все же лучше приготовить себе стаканчик, — сказала она. — Я как раз заказала спиртное.
На этот раз ее туалет был еще более вызывающим: шелковый шарф оранжевого цвета был стянут узлом на груди, помимо него она каким-то чудом ухитрилась натянуть на себя узкие штанишки, начинавшиеся у лодыжек и резко обрывавшиеся на бедрах.
Чарити заинтересованно наблюдала, как я разглядываю ее.
— В чем дело, детка? — наконец спросила она. — Вы впервые видите пупок?
— Бронзовый от загара — впервые, — откровенно признался я. — Примечательное зрелище!
К тому времени, когда я смешал себе бокал, она задрапировала своей особой кушетку, а ее бокал был водружен на диафрагму.
— Что нового во внешнем мире сегодня, лейтенант? — равнодушно спросила она.
— Та голова пятилетней давности была точно опознана братом убитого Габриелем Мартинелли. Имя убитого — Тино, — сообщил я будничным голосом.