Исцелить душу

Рейн Опал

— Я позабочусь о тебе.

— От чего ты будешь меня лечить? — настаивала Делора, глядя на него. — Что со мной не так?

Она почувствовала, как он внутренне съежился — его тело словно инстинктивно пыталось свернуться вокруг неё, будто он хотел опустить её на землю и сбежать в тень. Тем не менее, он продолжал идти вперед, упорно храня молчание.

— Человек заслуживает знать, что с ним происходит, когда спрашивает, Магнар. Я знаю, ты хочешь подождать до дома, но это неведение заставляет меня нервничать.

Они шли уже, должно быть, не

меньше часа, и она не знала, сколько еще осталось. С каждой минутой глаза слипались всё сильнее, и она понимала: чем дольше это тянется, тем скорее её сознание поплывет. Дождь был холодным и не давал ей окончательно отключиться. Она хотела объяснений сейчас, пока еще была в состоянии соображать и помнить разговор.

— Я не знаю, как сказать тебе об этом и не расстроить, — признался он честно. — Рея заставила меня почувствовать, что это что-то плохое. Я не хочу, чтобы тебе было грустно или чтобы ты злилась на меня. — она увидела, как свечение его сфер стало синим. — Я не хотел, чтобы так вышло, Делора.

Она почувствовала, как пульс участился, и ей стало еще жарче.

— Что ты со мной сделал? — когда ответом снова стал лишь качок головы, её сердце забилось еще неистовее. — Я… я постараюсь не злиться на тебя.

— Я сделал тебя создателем. Или нас обоих — создателями. — Он опустил взгляд и увидел, что она в замешательстве качает головой, нахмурив брови. — Ведьма-Сова сказала, что внутри тебя от меня растет жизнь.

Её губы приоткрылись в недоверии.

— Ты хочешь сказать, что я беременна?

Он смотрел вперед сквозь дождь, капли которого стекали по его черепу. Ответ последовал не сразу:

— Да.

Вещи у неё на груди прижались плотнее, когда Делора порывисто приложила ладони к животу.

— Как это возможно? — спросила она саму себя. — Я человек, а ты Сумеречный Странник. Мы не должны были…

— Но ты больше не человек. Ты Фантом. Я сделал тебя такой же, как я.

Она подняла глаза на свою душу, парящую между его рогами, и её осенило. То, что я отдала ему душу, сделало нас совместимыми? Она снова посмотрела на свой живот и впилась в него ногтями.

— Я буду матерью?

Хотя её глаза и так были полны дождевой воды, она поняла, что теперь к ней примешались слезы — они были теплыми. Она была благодарна, что Магнар, кажется, этого не заметил, иначе он предположил бы худшее.

Но вместо ужаса, гнева или разочарования, которые могли бы возникнуть у любого другого человека в её ситуации, Делора впервые за долгие годы почувствовала трепет радости.

Я… я беременна. Если бы боль, которую она ощущала одновременно с этим, не была столь требовательной и жестокой, сжимающей сердце, она бы, наверное, рассмеялась.

Это была не моя вина.

За все годы брака с Хадитом Делора так и не смогла забеременеть. Обвинения, которыми он её осыпал, выжигали всё внутри. Она знала, что его чувства к ней остыли именно потому, что она не

могла родить ему ребенка. Это было всё, чего он хотел — продолжения своего рода, и из-за её неспособности подарить ему дитя он счел её «сломанной», бесполезной, никчемной.

Это была не моя вина! Это была его вина.

Его гребаная вина, а он переложил всё это на Делору! С её утробой всё было в порядке, что стало очевидным теперь, когда она носила ребенка Магнара. Это у Хадита были никчемные яйца, не способные произвести живое семя.

И она была так счастлива, что он не мог, что у него никогда этого не получалось.

Заметив, как напряжен Магнар, Делора отбросила всю горечь от несправедливых лет унижений и сосредоточилась на настоящем моменте.

— Я всегда хотела ребенка, — пробормотала она застенчиво.

Он рискнул снова посмотреть на неё, склонив голову:

— Ты не расстроена из-за этого?

Делора покачала головой:

— Нет. Конечно, я удивлена, и не думаю, что сейчас лучшее время, но я не расстроена.

Делоре на самом деле было плевать, подходящее ли это время, правильное ли оно, и стоило ли им вообще это делать. Она станет матерью — то, о чем она всегда мечтала, и в глубине души её даже воодушевлял тот факт, что это ребенок Магнара.

— Ты хотела этого со мной?

— Нет, — ответила она. — Я даже не думала, что это возможно между нами, но мне немного любопытно. Оно будет человеком или как ты?

— Ведьма-Сова сказала, что это будет Мавка, потому что ты больна. Твое тело отторгает его.

Ужас пронзил её так внезапно, что всё её существо похолодело. Она была благодарна дождю за то, что он смывает запах страха, который, как она знала, сейчас начнет от неё исходить.

— Отторгает?

— Да. — Он поднял голову, следя за тропой, пока они пробирались через небольшой лесок, осторожно переступая через искривленные корни. — Потому что это в первый раз, сказала она. Твое тело со временем привыкнет, и через несколько дней тебе станет легче.

Облегчение расслабило её мышцы, и она уставилась на свой живот. Значит, всё будет хорошо? Ребенок Сумеречного Странника?

Её губы слегка изогнулись вверх — возможно, это была её первая настоящая улыбка за долгое время, — пока она касалась своего живота.

— И когда тебе станет лучше, я отведу тебя в деревню Демонов.

— Что?! — Делора ахнула, её глаза расширились, и ей пришлось часто заморгать, когда капли дождя ужалили их. — Ты ведешь меня в деревню Демонов?

Глава 24

Еще три дня Магнар изо всех сил старался заботиться о своей больной женщине. Это была непростая задача, учитывая, что её внезапно начинало рвать черным, и ему приходилось быстро подставлять большую миску, чтобы она не испачкала гнездо, на котором лежала. Затем он растирал ей спину, пока она склонялась над краем гнезда в мучительных позывах.