Исцелить душу
Шрифт:
Плохой Мавка. Плохой Магнар. Он пнул еще один камень, на этот раз запустив его через кусты, пока тот не врезался в ствол дерева с красными листьями. Листья рассыпались по земле и поверхности воды, обнажая сухие ветви.
Идиот Магнар.
Но он больше не чувствовал себя глупым. В каждый момент с Делорой он учился. Он совершил ошибку, теперь ему просто нужно было убедиться, что он не повторит её.
Сейчас он просто хотел, чтобы она была в безопасности, в том числе
Она также не была одна.
Его сферы стали фиолетовыми, когда она появилась. Вид её, запах и даже звук её голоса звали его быть рядом с ней. Если бы он не ушел, он не знал бы, что бы натворил, и хватило бы ему мудрости подумать, остановиться, сдержаться, если бы она попросила его об этом.
Я причинил ей боль. Она может не захотеть, чтобы я снова так касался её. От этой мысли его сердце упало, словно хотело выскочить из груди и утонуть в водах рядом с ним.
Почему я не могу быть лучше?..
Звук воя, скорбный и долгий, эхом пронесся над огромным расстоянием. Это был призыв.
— Орфей, — констатировал он, поворачивая голову в сторону звука.
Магнар уже использовал свой собственный призыв в прошлом — гораздо более похожий на лисий, — когда сталкивался с опасным Демоном, загнавшим его в угол. Именно тогда они обнаружили, что могут слышать и отвечать на зов своего вида на огромных расстояниях.
Белый цвет заполнил его сферы при звуках этого зова.
Орфей никогда бы не позвал его, если только…
— Делора.
Что-то случилось. Либо они все были в опасности, либо что-то произошло с его невестой.
Глава 22
Магнар сорвался на бег, опускаясь на все четыре конечности, чтобы развить максимальную скорость на пути к дому Орфея.
Дождь с силой хлестал по его телу, подгоняемый скоростью бега. Его копыта иногда скользили, но он быстро восстанавливал равновесие и продолжал мчаться вперед.
Кровь бурлила в жилах, заставляя сердце гулко стучать в ушах, а из носового отверстия при каждом хриплом выдохе вырывались брызги дождевой воды. Он был с ног до головы в грязи, но не обращал на это внимания.
Минуты в его панике казались бесконечными.
Он затормозил, взрывая землю, когда увидел фигуру, покрытую белыми перьями, которая так же стремительно пересекала поляну перед домом Орфея. Она направлялась туда же — к входу в хижину.
Ведьма-Сова, — подумал он.
Она была насквозь мокрой, её тяжелый плащ из белых перьев отяжелел от воды. Босые ноги были перепачканы грязью по самые колени. Подол плаща и короткое белое платье тоже были в пятнах земли.
Он знал, что она не превратилась в сову размером с человека лишь потому, что летать
У неё была темная кожа и густые, кудрявые коричневые волосы. Её глаза, почти черные, вспыхивали темно-карим блеском лишь при попадании света. На них было чарующе смотреть — казалось, она заглянула в бездну, увидела все её ответы и приняла силу её знаний.
Так оно и было.
Ведьма-Сова, странное, но бессмертное существо, когда-то вгляделась в пустоту и сошлась с ней.
Она была матерью. Магнар узнал об этом недавно, и не от неё самой. Орфей объяснил ему значение этого слова, но Магнар никак не мог осознать эти узы.
Что такое мать и отец? Родители? Один — человек, ставший Фантомом с помощью магии, другой — дух тьмы, даровавший ей эту магию. Очевидно, он был создан ими, как и все Мавки, но он не понимал, что такое родитель, как они были сотворены и какова была причина.
Магнар понимал лишь одно: в каком-то смысле она была его творцом.
Он почти не помнил её, за исключением тех случаев, когда она незримо присутствовала рядом с его домом. Иногда она помогала ему, но разговаривали они всего несколько раз.
От неё пахло магией — этот запах был неприятным и раздражал его чувства. Есть её было бы противно, а из-за перенасыщенного аромата маны у него никогда не возникало желания даже пробовать. Как и у Орфея.
То, что она оказалась здесь сейчас, значило, что она ответила на зов Орфея, как и он сам.
Да, что-то определенно не так.
Ведьма-Сова замерла, когда увидела его у ступенек крыльца. Она позволила ему пройти первым.
— Мавка, — поприветствовала она глубоким, но женственным голосом, слегка кивнув ему.
— Магнар, — поправил он, щелкнув клыками.
Тот факт, что ей можно было доверять, еще не означал, что он действительно ей верил.
Она была могущественна, а значит, её предательство могло стать смертельным. Именно она сказала ему, что, если его череп будет раздавлен, он умрет окончательно — значит, она знала, как его убить.
Ведьма-Сова приподняла бровь, глядя на него, но он лишь фыркнул. У него были дела поважнее.
— Рея! Орфей! — закричал он, ударяя по барьеру, который не давал ему подняться на крыльцо.
На каждом углу дома висели защитные обереги из лент, укропа, костей и колокольчиков. Они преграждали путь всем, кроме тех, кто жил в доме, если только их не приглашали войти. Они были сильнее соляного круга, но гораздо хрупче, так как их можно было сбить, их мог унести ветер или они могли сгнить со временем.
— Ой, да подвинься ты, — огрызнулась Ведьма-Сова, отталкивая его, чтобы постучать по барьеру.
Мерцающая пелена отозвалась на её призыв, завибрировав вокруг дома и обозначая свои границы. Когда она постучала второй раз, на этот раз шепча что-то неразборчивое, облачко черной магии коснулось её костяшек.