Irresistible
Шрифт:
– Все то, что я только что сказал!
Мне стоило большого труда сдержать свой голос. Я был зол и хотел кричать - не конкретно на нее, а вообще. На ситуацию. И определенно на себя. Я провела рукой по волосам.
– Прости меня, Фрэнни. Я не должен был целовать тебя. Это моя вина.
Она покорно вздохнула и покачала головой.
– Нет, это не так.
– Это так. Я едва мог смотреть ей в глаза, но я заставил себя.
– У меня была одна задача - надеть эту чертову наволочку на подушку и лечь спать. Вместо этого
Она удивленно закатила глаза.
– Пожалуйста, Мак. Ты не воспользовался мной. Если бы я не умирала от желания, и не хотела чтобы ты меня поцеловал, я бы осталась наверху, пока не убедилась, что ты в своей комнате. Или, по крайней мере, не снимал бы штаны.
– Наверное, тебе следовало бы.
Она кивнула и посмотрела вниз на свои колени, которые были прижаты друг к другу.
– Прости.
Я попытался унять дрожь в голосе.
– Ты слишком молода, Фрэнни. И если бы мы позволили этому зайти дальше сегодня вечером, мы бы оба пожалели.
– Слишком молода! Мне двадцать семь.
– А мне тридцать семь.
Она подняла подбородок.
– Меня не волнует разница в возрасте.
Я пыталась придумать, как еще выразить то, о чем я думаю.
– Я только пытаюсь защитить тебя.
– Не надо, - жестко сказала она.
– Не говори так. Я так устала от того, что мне отказывают в том, чего я хочу, и говорят, что делают это для моего блага. Я не ребенок, Мак. Мне не нужна твоя защита. С этими словами она сердито схватила подушку, закинула ее на один конец дивана и улеглась, набросив одеяло на ноги.
Мне было одновременно грустно видеть, как они исчезают, и радостно, что их больше не видно.
– Спокойной ночи, - сказала она, натянув одеяло до подбородка и закрыв глаза.
Смирившись с тем, что нет способа выйти из этой ситуации изящно - особенно с массивной, упрямой эрекцией, - я выключил лампу и вышел из комнаты.
В своей спальне я закрыл дверь и сел на край кровати, уперев руки в колени.
Черт, - прошептал я, зажмурив глаза. Почему мое нутро сводило? Разве я не поступил правильно? Разве я не отбросил свои собственные желания? Разве я не поступил именно так, как хотел бы, чтобы поступил другой мужчина, если бы Фрэнни была одной из моих дочерей через много лет? Я плюхнулся обратно на кровать и закрыл глаза рукой.
Господи. Я не хотел думать о своих дочерях в будущем. Я не хотел думать о них сейчас. И я не хотел относиться к Фрэнни так, будто она одна из них - потому что я видел ее совсем не так. Но это было неправильно - хотеть. Я не мог переступить через это.
В конце концов, я стащил себя с кровати и потащился в ванную, чтобы почистить зубы. Затем я разделся до нижнего белья, натянул треники, выключил свет и забрался под одеяло в одиночестве, таким, я вероятно, и останусь до конца своей гребаной жизни.
Вот только... я не мог перестать думать о ней.
Мой член был таким твердым, и мне было бы так приятно оказаться внутри нее. Мое тело отчаянно требовало разрядки. И она тоже хотела этого, не так ли? Может быть, она была так же одинока, как и я. Может быть, она просто искала немного общения. Немного веселья. Связи.
Я заколебался. Что может быть плохого? Мы ведь были двумя взрослыми людьми и делали это по обоюдному согласию, не так ли? Может быть, один раз будет приемлемо. Может быть, мы могли бы пережить один момент безумия, а потом вернуться к нормальной жизни. Может быть, все, что мне было нужно, это выкинуть это из головы.
И я так устал от ощущения, что вся моя цель в жизни - быть ответственным человеком. Раньше я была непредсказуемым. Я была смелым. Я рисковал, действовал инстинктивно, говорил: К черту последствия.
Мои ноги коснулись пола, и не успел я опомниться, как открыл дверь своей спальни и двинулась в темноту.
Глава 9
Фрэнни
Лежа в темноте я смотрела в потолок, попеременно злясь и чувствуя себя униженной.
Он ведь хотел меня, не так ли? Конечно, хотел - я чувствовала это своей ногой. И он поцеловал меня первым! Он провел руками по моей коже! Моя грудь болела при воспоминании о его прикосновениях, а безответное желание в моем теле никак не хотело утихать. Я была беспокойна и раздражена, как на него, так и на себя.
Хотя было даже приятно, что он пытался быть благородным и героическим в отношении всего этого секса. Я понимала его - он работал на моего отца, так что технически, да, я была дочерью босса. И его няней на полставки. И на десять лет моложе.
Но, черт возьми, он нравился мне целую вечность. Мне было плевать на все остальные вещи. Я хотела быть с ним.
И теперь он знал это. Уф.
Я зажмурила глаза, чувствуя себя как ребенок, который выставил себя полным ослом перед своей школьной любовью. Неужели я действительно предложила ему отнести меня в его спальню? Покачивая головой туда-сюда, я пыталась стереть воспоминания о его отказе.
Вот тебе и соблазнение.
Но чем дольше я лежала, не спала и дрожала под одеялом, тем больше понимала, что не жалею о своей попытке. По крайней мере, я рискнула. Поступила импульсивно. Конечно, все прошло не так хорошо, как я надеялась, но все же Мак поцеловал меня.
Я повернулась на бок, натянула одеяло на плечо и закрыла глаза.
Я не была уверена, сколько времени я так пролежала, когда почувствовала руку на своем бедре. Я открыла глаза и увидела, что рядом со мной балансируя на носочках присел Мак. Без рубашки.