Ирландский клевер
Шрифт:
— Заткнись, сволочь, и не смей так разговаривать со мной! — девушка кричала, с трудом контролируя злость. — Я завтра же уезжаю отсюда, Джон, вместе с сыном, и только попробуй, заикнись, что я твоя жена! Клянусь чем угодно, тогда я точно убью тебя, скотина!
— Морриган, недостойно леди выражаться так, как ты, — он стоял у стола, напротив девушки. — Давай спокойно сядем и поговорим.
— Мне не о чём говорить с тобой, я немедленно собираю вещи и уезжаю, — отрезала Морриган и направилась к двери.
Она совершенно упустила из виду, что Джон
— Нет, Молли, никуда ты не пойдёшь, ты останешься здесь!
Морриган с размаху залепила ему пощечину, давая наконец выход своей ярости.
— Отпусти, ублюдок!
Она пыталась освободиться из железных объятий Джона, царапаясь и пинаясь, больше не сдерживая себя и давая волю накопившейся злости. Джон чертыхался, стараясь усмирить разбушевавшуюся сестру, и одновременно потихоньку приближался к двери.
— Если ты сейчас же не уберёшь свои грязные руки от леди де Сент-Эвье, я прострелю тебе башку, — неожиданно раздался очень знакомый и до боли родной голос.
Они оба замерли, во все глаза глядя на Робина де Риверса и пистолет в его руке. Морриган оправилась от удивления первая, и со всей силы врезала острым локтём под рёбра Джону, тот зашипел от боли и, отпустив девушку, сложился пополам. Морриган метнулась к Робину, спрятавшись за его спиной, а гость быстро спрятал пистолет и достал шпагу.
— Постой здесь, родная, сейчас я разберусь с твоим прытким братцем.
Девушка напряжённо следила за двумя противниками.
— Я убью тебя, Сент-Эвье, — просто сказал Робин без всяких высокопарных фраз, и Джон увидел в его глазах приговор.
Он молча напал на де Риверса. Морриган вздрогнула от раздавшегося звона клинков, и без слов взмолилась, чтобы Робин победил. Она не знала, сколько прошло времени, минуты словно замерли. Под яростным напором противника Джон постепенно отступал назад, пока не оказался прижатым к книжной полке. Резким ударом Робин отвёл шпагу Джона в сторону и в следующий момент кончик его клинка пронзил незащищённую шею противника.
— Я не имею обыкновения нарушать данные мной обещания, — даже не оглянувшись на сползшего на пол и захлёбывавшегося собственной кровью Джона, Робин подошёл к застывшей Морриган. — Как ты, малышка?
— Робин… — девушку начала колотить дрожь. — Робин!.. Господи, боже мой, ты приехал!..
Больше от неё ничего нельзя было добиться, напряжение последних трёх недель вылилось в истерику. Робин взял судорожно всхлипывавшую девушку на руки и понёс наверх.
— До чего же тебя довел твой сволочной братец, детка, — пробормотал он, покачав головой и пинком открыв дверь в спальню — её бывшую спальню.
Уложив девушку на кровать, де Риверс заботливо укрыл её одеялом, убрав с лица несколько прядей. Рыдания перешли в икоту, Робин взял с тумбочки стакан с водой и протянул Морриган.
— Выпей, милая моя, поможет.
Она послушно выпила и отставила стакан обратно.
— Спасибо, что приехал, — на мокром личике появилось
Робин улыбнулся в ответ.
— Как же я мог оставить тебя одну с этим сумасшедшим, Морриган? Извини, я не мог приехать раньше, я не знал, куда ты пропала, а заходить к тебе домой — не рискнул, — он не стал заострять внимание на том, что это была просьба самой Морриган, не навещать её. — Теперь можешь спать спокойно, малышка, никто тебя больше не обидит.
Де Риверс собрался встать и выйти, но тонкие пальчики девушки легли ему на локоть.
— Робин, пожалуйста, останься, — тихо попросила она, глядя на него блестящими от недавних слёз глазами.
— Морриган?..
Вместо ответа девушка обняла его за шею, притянув к себе.
— Я сойду с ума, если сегодня останусь в этом доме, полном призраков, одна, — прошептала девушка, целуя Робина.
— Чёрт с ней, с Кларой, я и так поругался перед отъездом, — пробормотал он, уступая просьбе Морриган и чувствуя, как забилось сердце. — Малышка, единственная моя, моя Морриган…
На сей раз она знала точно: это ночь последняя. Утром Робин уедет, с её помощью или без, вернётся к жене и ребёнку. А она останется жить в замке, растить сына, рассказывая, какой замечательный у него отец и придумывая объяснения, почему его нет рядом… Морриган запретила себе думать сейчас о будущем, полностью отдавшись настоящему, счастью, которое дарили нежные ласки Робина, доводившие её почти до бессознательного состояния, его горячие губы, жадно целовавшие её. Она наслаждалась этой ночью с радостью обречённого, которому дали один день отсрочки до неизбежной казни. Морриган заснула с рассветом, успокоенная и почти смирившаяся с неизбежным расставанием.
— Ты ведь всё понимаешь, Робин? Ты понимаешь, что должен вернуться?
— Ох, Морриган…
— Тебе тяжело, я знаю, мне тоже нелегко, но… ты же не бросишь беременную жену. Ты не можешь оставить своего будущего ребёнка без отца, милый, я знаю.
— Стивен тоже мой сын, — несколько резко ответил Робин, прижимая к себе Морриган.
— Незаконный, — прошептала девушка, тихо вздохнув. — Все думают, что это ребёнок моего… в общем, Джона, Робин. Пожалуйста, не надо спорить. Мы оба знаем, что ты должен вернуться к Кларе.
…Она стояла во дворе, зябко кутаясь в тёплый плащ, несмотря на ясное солнце, девушка дрожала. Библиотеку уже убрали, запуганная прислуга держала рот на замке, и никто не задавал вопросов по поводу случившейся в замке трагедии. Молчаливые горничные готовили тело для погребения на семейном кладбище, и Морриган старалась не думать о предстоящих похоронах.
— Прощай, Робин, — тихо сказала она. — И… лучше тебе забыть дорогу сюда, — добавила девушка, опустив голову.
— Нет, Морриган, до свидания, — де Риверс немного грустно улыбнулся и наклонившись, поцеловал её. — Рано или поздно я вернусь за тобой, малышка моя рыжеволосая, и не смей даже думать о том, что я способен забыть дорогу в твой замок.