Ирис

Лилли Р. К.

Я поездил безрезультатно в поисках Ирис, прежде чем вернулся домой, чтобы дождаться звонка, который, как я был уверен, не последует.

Я был очень подавлен.

На самом деле, меня тошнило от зависти, меня одолело знакомое ощущение того, как мужская рука гладит ее волосы.

Моя, – подумал я. Как он посмел прикоснуться к моему?

И когда я начал думать об этом диком существе как о своем?

И, как ни странно, самая невыносимая мысль из всех осенила меня. Имела ли она ввиду на самом деле то, что любит меня, или это снова очередная игра?

В

тот день я отлично тренировался, но я все еще чувствовал себя дерьмом.

Она не звонила.

Она не появилась.

Я не должен был удивляться. В конце концов, она была лгуньей. 

Глава 5

Тернер Торн писал ужасы, искаженное дерьмо с большим количеством секса и крови, но никто не мог поспорить, что секс и кровь были плохо описаны. Он был одним из лучших в своем жанре, жил всего в десяти минутах от меня, и в последнее время он становился одним из моих самых близких друзей и советником.

По правде говоря, я вроде как думал о нем, как о засранце.

Он был грубым, язвительным, высокомерным, с шовинистическими наклонностями и был полностью одержим разговорами о сексе, который, если вернуться в то время, когда я был женат, бывал очень редко и не доставлял особого удовольствия.

Он нашел какой-то дурацкий баланс, когда называл себя социальным отшельником, что означало, что в основном он проводил придворные и частые вечеринки в своем доме, но он практически никогда никуда не ходил.

У него также было совершенно извращенное чувство юмора, которое, опять же, я не ценил, пока не освободился от бремени супруга, в чем не находил ничего веселого и часто злился на себя за то, что смеялся не над тем, что надо.

Не помогло и то, что Тэмми всегда ненавидела его.

Но, конечно, она многих людей ненавидела. Она превратила то, с чем трудно иметь дело, в предмет личной гордости.

Тернер был слишком молод и пресытившийся, слишком крупным и чрезмерно сексуальным. Я всегда так думал, до сих пор так думаю, несмотря на то, что он мне даже начал нравиться.

Он нравился мне, но это не значит, что у него все еще не было своих причуд.

Он был худощавым с голодным взглядом. Он был высоким и мускулистым, с загорелой кожей и ярко-голубыми глазами. Его темные волосы были очень коротко подстрижены, и с продолговатым подбородком.

У него была история с плохим парнем, и он не сомневался, что довел ее до энной степени.

В последнее время мы связывались друг с другом, потому что я обнаружил, что его компания внезапно освежает. Я начал приходить к нему домой еженедельно на кофе или развеять мозги.

Я мог поговорить с ним о вещах, которыми не мог поделиться с другими друзьями и товарищами. Было что-то очень приятное в том, чтобы иметь приятеля, который не говорил тебе о том, что ты за мерзость из-за того, что спишь с молодой женщиной.

Напротив, он хотел знать детали, вплоть до ее размеров.

– Так что позвольте мне уточнить, – сказал он, когда мы снова

говорили о моей грязной любовной жизни. Он просто не понял. Мне нравилось думать об этом как о разнице в возрасте. Он не видел причин желать от женщины большего, чем секс. – Эта горячая молодая тварь хочет сделать с тобой гадость во всех отношениях, и ты на это соглашаешься, а потом она уходит, и у тебя начинаются с этим проблемы.

Я закатываю глаза. Мы уже много раз проходили эту часть.

– Да. У меня с этим проблема. Я хочу увидеть ее снова, но не могу ее найти.

Он присвистнул, шевеля бровями. О нем можно было много рассказать, но парень не воспринимал себя слишком серьезно. Это было то качество, которое я действительно начал ценить, когда приложил все усилия, чтобы относиться к себе менее серьезно.

– Она, должно быть, работает, – размышлял он. – Она горячее, чем Кенди?

Я огляделся, не желая обидеть его помощницу, озабоченную Кенди.

Я кивнул. Без сомнений.

– Это поразительно. Кенди нет цены. Потому что я нанимаю только красоток.

Это был хорошо известный факт. Он сделал его хорошо известным.

– Ирис ни на кого не похожа. Я не преувеличиваю.

– Нет, я тебе верю. Ты искренний парень. Не тот, кто отклоняется от фактов, что иронично, ведь ты так хорошо пишешь фантастику. Итак, ты встречаешься с этой невероятно горячей женщиной с очень ахренительными сиськами, и это просто здорово, должен добавить. Она преследует тебя, трахает мозги, ты в ответ трахаешь ее мозги, она исчезает, и ты застреваешь в этой дилемме. Какого хрена она во мне увидела? Почему она ушла? Она вернется? А потом она возвращается, два месяца спустя, делает твои шары синими, говорит, что любит, и снова исчезает, на сколько, на несколько недель? Что за фигня?

– Ага, полагаю, все именно так. В любом случае, я знал, что все это было обречено, но это кажется таким незаконченным.

– Обреченно? Почему?

– Она не моего уровня. Для такой разницы в возрасте нет ни единого крошечного шанса.

Он покачал головой, посмотрев на меня так, словно он был моим разочарованным отцом.

Он указал на меня.

– У тебя, друг мой, низкая самооценка. Конфетка! – он громко позвал свою помощницу.

Она не спеша вошла внутрь, вся такая Джессика Рэббит, красные волосы, красные губы, сумасшедшие формы. Где, черт возьми, он находит этих женщин? Я встречал нескольких его помощниц, и все они были на высоте, источая такую сексуальность.

– Да малыш? Я кое над чем работала.

– Повторной публикации твоего декольте в Instagram – это не к чему. Думаешь, я не понимаю, что ты там задумала? У тебя есть три лишние кнопки, и мой телефон присылает мне обновления, когда ты страдаешь фигней.

Она совершенно бесстыдно ухмыльнулась.

– Хорошее фото, правда?

Он пожал плечами.

– Они лучше выглядят лично. У нас с Дэйром вопрос к тебе.

– Говори.

Он указывает на меня, ухмыляясь.

– Будь абсолютно честна. Ты бы трахнула здесь моего друга?