Ирбиса (не) приручить

Колуэ Адель

– Понимаешь, когда сажаешь овощи, то хочешь, чтобы они выросли крупными, а дикая трава их может задавить, не дать нормально развиться. Вот ее люди и убирают, - как сама понимала этот вопрос, так и объяснила землянка.

– Так это же сапка, ну мотыга, - удивился Лигран, рассматривая корявый рисунок.
– У нас они тяжелые, из каменных осколков, чтобы рыхлить землю.

– Тяпка тоже рыхлит, - успокоила его девушка.

– Топор, говоришь?
– прикрывая глаза, пробурчал кузнец, и Ира увидела, как со стороны смотрится их волшба.

Глава 17

Только

что руки мужчины окутались легкой золотистой дымкой, а уже его ладонь крепко сжимает проявившуюся, словно из воздуха, металлическую пластину, что как пластилин принимала нужную чародею форму. То, что получилось у Лиграна, не было похоже на тот инструмент, что был в памяти землянки, но соответствовало тому рисунку, что еще был виден на песке дорожки.

– Такого тяпока ни у кого нет!
– любовно укладывая корявое полотно в сундучок, прошептал счастливый жених.
– Теперь наши дары больше похожи на подношения владык.

– А чем мы хуже?
– подмигнула ему Ирина и, увидев его недоуменное удивление, пояснила: - Ты дружинник самого Хранителя Мира. Так сказать один из трех его ближников. Так что мы не ровняемся с владыками, но только потому, что служим Духу Леса. Наша вотчина отныне - Зачарованная Дубрава. Правильно, Деб?

– Ты считать разучилась?
– стрельнул в нее глазами лесовик и задрал надменно нос.
– Вас четверо.

Стоит с гордо вскинутой головой, но искоса наблюдает, как округляются глаза иномирянки. А уж когда она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, сам не выдержал и прыснул от смеха, но подавился им, когда услышал:

– Что с Ирбиссой?
– Ира стояла бледная и с замиранием сердца ждала ответ. Девушка понимала, что чуть не погибла из-за упомянутой особы, но страшно было услышать, что ее убили.

– Не знаю, - насупился Деб и, увидев, как взлетели брови девушки, объяснил.
– Она хотела стать матриархом стаи. Казнить и миловать самцов, пользуясь своей неприкасаемостью.

– Как ее наказали?
– раздался из-за спины Ирины спокойный голос знахарки. Девушка оглянулась. Бина стояла все в том же нелепом наряде, закутанная по самые глаза, и пристально смотрела на Хранителя.

– Я отобрал магию и звериную суть, а также обещанное за жизнь когда-то ею ценимого человека, - равнодушно пожал плечами Бог.

– Она...
– закончить вопрос Ира не смогла, в горле застрял комок, что не давал ей не то что говорить, а даже дышать нормально. Но Деб понял, о чем она хотела узнать. Оглянулся на окаменевшего Лиграна. Заглянул в прищуренные глаза знахарки. И ответил на их невысказанный вопрос:

– Когда я уходил из Чертогов, она была жива и здорова, как обычная женщина пятидесяти лет, прожившая на Летхе всю свою жизнь. Ее судьбу решали наши собратья.

Облегченный вздох вырвался у всех слушателей. Деб невесело усмехнулся и напомнил смертным:

– Свататься идем или уже передумали?
– заострившиеся уши слегка шевельнулись.
– Ребята на подходе. Минут через десять будут возле околицы.

– Ой!
– подхватилась Ирина и, уже затаскивая невесту в низкую дверь избушки, крикнула.
–

Дайте девочкам пять минут. Мы быстро!

И уже из сеней услышала негромкий баритон Лиграна:

– Прости, Высший, но тут такое дело...

Они действительно управились быстро. С учетом того, что землянке не надо было что-то выдумывать, она четко представляла свой брючный костюм. Сотворить его аналог на себе и Бине много времени не заняло.

Но, глядя на закутанную знахарку, девушка осознала, что ей тоже придется заплестись, чтобы не опростоволоситься и не подвести отца. Хватит, уже один раз на нее бросали косые взгляды.

Бина сама вызвалась помочь ей с волосами. Причем когда женщина уже доплела ее не такие длинные косички, землянка подала ей широкую кружевную накидку:

– Я не знаю, как в вашем поселении незамужняя девушка должна его надевать. Помоги, пожалуйста, не опозорить всех вас, - видя, как знахарка всматривается в ее глаза, девушка продолжила.
– Не придумывай ничего. Там, откуда я родом, уже давно женщины надевают что-либо на голову, только спасаясь от холода или палящего солнца. Я не говорю обо всех. Только о своем народе. Но я правильно поняла? Ты сама не знала, что думать про нас с отцом, именно из-за отсутствия платка?

Острый, цепкий взгляд просканировал фигуру девушки, да так, что у Ирины побежали мурашки по коже. Как она могла принять эту женщину за старуху? Расслабилась. Повелась на обращение мужиков.

А ведь видела и молодость рук, и отточенность движений. А что щурился человек, так в темноте этого, с позволения сказать, домишка любой будет приглядываться, как умеет.

– И вы действительно живете в Заповедной Чаще?
– принимая тонкую паутину кружева, поинтересовалась женщина.

– Обустраиваемся потихоньку, - не стала лгать Ира.

– И твой отец не шутил, когда сказал о сватовстве?
– наклонившись, заглянула в глаза недоверчивая невеста.

– Откуда такие мысли?
– нахмурилась попаданка, но взгляда не отвела.

– Были тут любители познать, как живется с уродом, - буркнула под нос Бина и встряхнула вуаль.
– Ох, Хранитель! Какая красота!

– Хочешь, я твой платок в такой же убор превращу?
– предложила девушка, но Бина быстро замотала головой. Ее ловкие пальцы аккуратно укладывали и закрепляли кружево на светлых волосах, но это не помешало объяснить свой отказ:

– Ой! Не надо. Если меня отдадут в ваше селение, то я должна буду оставить свой плат нашей старшей женщине. Для односельчан перестанет существовать знахарка Бина, а появится чужая, возможно, мужня жена Лиграна. Что бы потом ни случилось, для всех я уйду из жизни вслед за вами. Не хочется потом жить с измазанными воротами, да и пристяжной не хочется оказаться.

– Не поняла, — оглянулась Ира.
– Ты о чем?

Темное от загара лицо Бины стало бордовым:

– У нас, если девка не сберегла себя, то ей проще самой себе ворота испачкать, чтобы они в темноте казались отворенными. Потому как если это выясняется на свадьбе, то родня мужа мстит за обиду. Не до смерти, но...