Ион
Шрифт:
– Нет, конечно, нет, – я торопливо приглаживаю волосы, – через сколько ты будешь?
– Десять минут, не больше.
– Отлично, приземляйся прямо у меня.
– Как скажешь, Терен.
Фредди отключается, и я нехотя поднимаюсь с кровати. Захожу в гардеробную и смотрю на себя в огромное зеркало.
Сухое телосложение, длинные руки, широкие ладони, резко очерченные скулы, небольшие чуть раскосые карие глаза и взъерошенные темно-русые волосы. Интересно, не будь у меня столько денег, девчонки все равно толпами бегали бы за мной?
Аккуратно
Увидев меня, он тут же вскакивает с небольшого диванчика и пожимает мне руку:
– Веселая ночка была, а? – он весело подмигивает мне.
– Хм, ну как всегда, – я не могу не улыбнуться ему в ответ, – дежурный вечер четверга, ты же знаешь.
– Ага, – кивает Фредди, – только, ты бы поосторожнее с ней.
– Да ладно тебе, мы же с Лидией только так, через сеть…
– Так-то оно так, но только, что если ее отец узнает?
– Об этом можешь не беспокоиться, Фредди, скорее Ирдэна признается в чем-то подобном, чем Лидия сообщит своему отцу, что пользуется сетью.
– У нее все совсем так строго? – Фредди удивленно вскидывает брови, – я думал, что твоя семья самая закрытая в этом плане.
– Мы не закрытые, мы просто чтим эти вечные традиции. Сотни традиций, – я невесело улыбаюсь ему и предлагаю пройти в столовую.
Здесь у меня есть все, что нужно – фрукты, питье, сладкое и прочая ерунда.
Мы садимся за барную стойку, и я наливаю нам немного выпивки.
– Куда двинем завтра? – спрашиваю я у Фредди, смакуя первый глоток, – в какой-нибудь ресторан или галерею?
Фредди отводит взгляд в сторону и начинает теребить свой стакан в руке, постукивая кусочками льда о стенки стакана.
– Терен, помнишь, я тебе обещал, что в ближайшее время не пойду на поводу у Триш? Так вот, я пошел…
Я выругался вслух. Фредди воспринял это как сигнал к тому, что ему можно продолжать свою речь:
– В общем, она хочет, чтобы завтра мы сходили на шоу верховых гимнасток.
– Там же одни старики!
– Я знаю, знаю… Но, Триш, она так просила!
– Ладно, ладно, черт с тобой. Потрачу я свой выходной на твое счастье. А кто из девчонок пойдет вместе с Триш?
Фредди вновь начинает усиленно постукивать льдом.
– Ну, вообще-то, я обещал, что с нами пойдет Ирдэна.
– Что?! Издеваешься?! Да она ни за что не согласится!
– Брось, Терен, ты наверняка пойдешь куда-нибудь с ней в ближайшее время по ее делам. Вот и попроси об ответной услуге.
Я тяжело вздыхаю и ставлю свой стакан на стол. Лучше сразу покончить с этим делом. Оставляю Фредди одного и направляюсь в сторону комнат Ирдэны. До ее комнат мне идти дальше всего. Наш небоскреб венчают две башни. В северной живу я, в южной – Ирдэна. Двери лифта открываются, и я оказываюсь в прихожей. Планировка здесь
Вхожу в комнату, через которую можно попасть в спальню, и тут меня встречает рейб Ирдэны – престарелая дама лет пятидесяти с номером «G5−37» на виске, выполненным ярко-розовой краской. Волосы в высокой прическе и татуировка, пересекающая правую бровь у нее такого же цвета.
– Прошу прощения, молодой господин, но госпожа Ирдэна не готова принять вас.
– Брось, Алика, я ее брат, мне плевать на это.
– Но… – Алика безуспешно пытается прикрыть собой двери.
Я легко отстраняю ее и захожу в спальню. Комната выполнена в нежно-розовых и лиловых тонах. Свет здесь такой же уютный, как и в предыдущих комнатах. Большая кровать под балдахином скрыта за тонкой ширмой с павлинами. Вся комната заставлена туалетными столиками, на которых располагается неимоверное количество шкатулок и сундуков, украшений, лаков для ногтей всех цветов спектра, теней, блесков и прочей косметики.
Ирдэна сидит за одним из столиков, перед ней установлено огромное трюмо. Я понимаю, что она действительно не готова видеть меня. Из одежды на ней только легкий белый халат, волосы спрятаны в тюрбане из полотенца. Она сидит спиной ко мне, но я прекрасно вижу ее лицо, отраженное зеркалами и покрытое толстым слоем какой-то жижи. Ее карие миндалевидные глаза недовольно смотрят на меня.
– Что тебе нужно? – с нажимом спрашивает она.
– Завтра мы с тобой, Фрэдди и Триш идем на выступление верховых гимнасток.
– Вот как? – она поджимает губы и переводит взгляд на себя в зеркале, – только я не еду.
С этими словами Ирдэна принимается за свое лицо и медленно размазывает по нему жижу. Меня бесит эта ее невозмутимость, но я никак не показываю этого. Беру с ближайшего столика пудреницу и верчу ее в руках.
– Жаль, конечно, – говорю я спокойным голосом, – что в воскресенье ты останешься дома.
– Что? – странно, что она еще не поняла, что я замыслил.
– Раз уж завтра мы никуда не идем, то и в воскресенье тоже.
Я попал прямо в яблочко. Теперь ей не отвертеться. Без меня она не сможет пойти на закрытие весенней серии балов.
– Но мы же договорились, – я слышу волнение в ее голосе, – ты не можешь так поступить.
– Еще как могу, – я подбрасываю пудреницу в воздух и ловлю ее.
Ирдэна понимает, что я не шучу, ее лицо искажается яростью.
– Убирайся!
Я не спешу уходить. Неожиданно для меня она вскакивает с места, от гнева ее просто трясет. Она хватает со стола какую-то баночку и запускает ей в меня, я едва успеваю увернуться и выбежать из комнаты прежде, чем еще один снаряд достигает меня. За закрытой дверью слышится звон разбивающихся бутыльков.